Воспоминания из моего рабстваБыло лето, практически все мои друзья разъехались, во дворе осталось лишь несколько. Один из них имел старшую сестру. Немного о ней. Звали ее Инга, она была очень красивой девушкой лет 18, за ней ухаживало много сильных парней значительно старше ее из нашего района, что ставило ее брата в выгодное положение. Его боялись трогать практически все старшие ребята нашего двора. Вот к нему-то я и зашел в гости в то лето.

Дверь мне открыла Инга, на ней был легкий халатик, обнажавший ее красивые ноги, в руках Инга держала полотенце и вытирала им мокрую голову.

– Проходи, брата нет дома. Подождешь? – спросила она.

– Да, – вымолвил я, почему-то при виде Инги у меня всегда пропадал дар речи и я ужасно краснел.

Она и раньше замечая мое поведение в ее присутствие, и всегда одаривала меня загадочными улыбками. Проходя в дверь я потупив голову смотрел на ее ноги, в тот день Инга была в легких тапочках практически открывавших ее потрясающие по своей красоте ступни, понятно, что я не мог оторвать от них своего взгляда. Инга видя мое поведение с улыбкой произнесла:

– Проходи в комнату, я мою голову, – и пошла в ванную.

Пройдя в комнату, которую Инга делила с братом, я сел на диван воображая, что Инга выходя из ванной оступается, завет меня на помощь, мне приходится нести ее на руках а комнату, помогать ей вытираться, стоя на коленях глажу ее ушибленную ножку, вытираю эти божественные пальчики, поднося их как можно ближе к своему лицу. Предаваясь таким приятным мечтам моя рука опустилась к моей «игрушке», мягко поглаживая его и при этом приводя себя почти в экстаз. Не выдержав долгой игры воображения, я пошел как бы на кухню, с одной целью оказаться в коридоре возле обуви Инги, очутившись там я убедился, что Инга еще в ванной и дверь плотно закрыта.

Схватив туфельки Инги, я стал осыпать их быстрыми поцелуями, вдыхая аромат оставленный прекрасными ногами красивой взрослой девушки. Переплетение запахов пота и кожи возбуждало меня, непроизвольно, нет, скорее не в силах совладать с собой и волнуясь, что второго такого случая может не представиться, я опустился на колени, широко расставив ноги, расстегнул ширинку, извлек вставший член. Стоя на коленях, поставив одну из туфелек на ящик для обуви, и уткнувшись в нее носом вдыхая божественный аромат и покрывая ее поцелуями, одной рукой мастурбировал, второй зажал другую туфельку и поднеся острый каблучок к груди давил им на свой сосок.

Наслаждение была столь велико, что семяизвержение произошло моментально, едва я успел поставить туфельку и старался собрать семя в ладонь второй руки. Подняв взгляд и устремляясь на кухню, чтобы помыть руку, я к своему ужасу встретился взглядом с Ингой, которая смотрела на меня, по-прежнему немного улыбаясь.

– Ну, что дальше? – спросила Инга.

– Не знаю, – только и смог вымолвить я.

– А я знаю, иди в ванную помойся и приходи в комнату, – приказала Инга.

Придя в комнату, я увидел сидящую на диване Ингу, она сказала:

– Я давно поняла, что ты влюблен в меня, но никогда не могла подумать, что твоя любовь будет такой необычной! Но мне нравится твое поведение, и если ты будешь выполнять мои пожелания, может быть я никому не расскажу о твоем поступке, и это станет нашей тайной. Ты согласен с настоящего момента полностью подчиняться моим желаниям?

– Да, я буду слушаться тебя, – ответил я.

– Не тебя, а Вас, моя ГОСПОЖА!!! – с настоящего момента ты будешь обращаться ко мне только на ВЫ, добавляя слово ГОСПОЖА – тебе ясно?

– Да, Госпожа, – ответил я.

– Тогда встань на колени рядом со мной и приготовься слушать.

– Да, Госпожа, – промолвил я, опускаясь рядам с прекрасными ногами моей Госпожи на колени.

– С настоящего момента ты будешь моим рабом, ты будешь выполнять все мои приказы, за нерасторопное исполнение приказов я буду тебя наказывать, впрочем, наказывать я буду тебя всегда, если ты посмеешь ослушаться меня, я расскажу о тебе и твоем поведении всем нашим знакомым, и попрошу своего ухажера как следует избить тебя, ты не сможешь выйти на улицу, над тобой будут смеяться все и везде. Видишь в какую историю ты влип. Сейчас я проверю, хорошо ли ты усвоил мои требования. Встань на четвереньки и ползи в коридор, принеси в зубах мои босоножки, не те, которые ты лизал, а красного цвета!

Встав на четвереньки, я по-собачьи проследовал в коридор, там не было красных босоножек, посмотрев в ящике для обуви, я увидел их! Теперь я понял, почему Инга настаивала на них. Это была моя мечта, не новые, с прекрасно сохранившимися отпечатками подушечек пальчиков и пяточек, ярко-красные на высоченных тонких каблуках, с элегантной подошвой и почти полностью открытые сверху. В предвкушении чего-то нового, неиспытанного, но до боли знакомого по своим мечтам, я взяв в зубы эти прекрасные босоножки моей Госпожи, на четвереньках вполз в комнату, где сидела Инга.

– Одень их, – приказала Инга, выставив левую ножку вперед. Подползая к ее ногам, я очень аккуратно и дрожа от волнения и переполнявших меня чувств, обул ножки моей Госпожи.

– Тебе нравятся мои ноги? – спросила Инга.

– Да, Госпожа.

– Целуй их, целуй их постоянно, пока мне не надоест, или не получишь новых приказов!

Сбылась моя мечта – я мог целовать ноги прекрасной, почти взрослой женщины, унижаться у ее прекрасных ног, целовать пальчики, пяточки, голень, всю прекрасную ступню.

– Стой! Я вижу тебе это слишком нравится, а я не намерена поощрять тебя, раздевайся, – сказала Инга.

– Как? – спросил я, и тотчас получил пощечину.

– Догола, а в дальнейшем реакция на мои приказы должна быть моментальной и только в сторону исполнения, за глупые вопросы я буду тебя наказывать и значительно сильнее, чем просто пощечина.

Я очень стеснялся, но выполнил приказ моей Госпожи, оставшись в чем мать родила, я стоял посреди комнаты и не знал, что делать дальше. Но незамедлительно последовал приказ:

– Ложись на пол на живот, вытяни руки, как будто собираешься выполнять отжимания, – став перед моим лицом и позволяя любоваться своими потрясающими ножками, которые находились так близко от моего лица, что были видны малейшие подробности. Прекрасные ровные пальчики, очень тонкая, можно сказать нервная ступня с голубыми прожилками, очаровательная округлая пяточка, обтянутые тонкими красными ремешками босоножек. Но эти прекрасные ножки недолго позволили мне любоваться ими, наступив носком босоножек на мою руку, Госпожа Инга спросила:

– Нравится тебе, паршивый раб, лежать возле моих ног? – усилив нажатие на кисть моей руки, рука предательски ныла, пальцы болели, но сладостная истома, разливавшаяся по всему телу, подсказывала ответ:

– Да, Госпожа, – нажатие усилилось, кончик туфли стал прокручиваться из стороны в сторону, боль усилилась.

– Да, Госпожа, – на место кончика босоножки пришел острый каблучок.

– ДА, ГОСПОЖА.

Сняв ногу с моей руки Инга сказала:

– Ты терпеливый, ладно, на сегодня хватит, мне надо уходить. Можешь поцеловать мои ножки и убирайся, завтра придешь в 11 часов. Брат будет на тренировке, и я буду иметь время поразвлечься с тобой.

Поцеловав каждый пальчик в отдельности, по несколько раз, я переместился к пяточке и целуя ее, попробовал полизать, очень осторожно просовывая кончик языка между подошвой и босоножкой, моя Госпожа, обратив внимание на мои старания, немного приподняла пяточку, позволяя мне просунуть язык поглубже, затем резко всем весом опустила пяточку на мой язык, у меня от боли слезы брызнули из глаз, но я терпеливо ждал дальнейшего.

– Ладно, можешь взять с собой эти босоножки, налижешься в свое удовольствие дома, а теперь брысь отсюда!

Сняв прекрасные красные босоножки с ног моей Госпожи, я пошел домой, с одной мыслью «поскорее бы наступило завтра».

Проснувшись часов в 9 утра и с нетерпением ожидая 11, я целовали лизал Ингины босоножки. Наконец без пяти одиннадцать я позвонил в дверь Инги. Долго не открывали, наконец дверь открылась, на пороге стояла Инга:

– А, мой раб пришел. На колени. Положи босоножки на место и ползи в комнату.

Поставив босоножки в ящик для обуви, я на коленях пополз в комнату. Инга только что проснулась и была в плохом настроении, взяв меня за волосы резко нагнула мою голову к полу, где стояли ее тапочки:

– Лежи тут, пока я буду досыпать, спешить нам некуда, сегодня в квартире до вечера никого не будет. Сев на кровать, Инга наступила на мою голову ногой, поставив вторую на спину, потянулась:

– Нет, пожалуй, спать я не буду. Я буду учить тебя доставлять наслаждение женщине, встань на колени.

Инга, сидя на кровати, расстегнула и сняла халатик, под халатом не было ни трусиков, ни лифчика, от такой красоты у меня потемнело в глазах, а Инга, видя произведенное на меня впечатление, специально не спеша растянулась на кровати и широко раздвинув ноги произнесла:

– В твои обязанности входит вылизать меня от кончиков пальцев на ногах до пояса, не пропуская ни миллиметра. Приступай!

Начав с правой ножки Госпожи, не спеша вылизывая все и везде, поднимаясь выше и выше, я наконец достиг щелки моей Госпожи.

– Так, здесь ты задержишься подольше. Ты раньше лизал у женщин?

– Нет, Госпожа.

– Начнешь с осторожного лизания губок, затем… Нет, впрочем лижи, а я буду направлять твой язык сама.

Лизать пришлось довольно долго, по участившемуся дыханию Инги я понял, что развязка близка. Сильно прижав мою голову руками и сжав ногами, Инга кончила и резко отстранилась от меня. Перед моим лицом была красная открытая щель, вся мокрая от слюней и выделений. Через пару минут придя в себя, Инга посмотрела на меня, стоящего на коленях перед ее раздвинутыми ногами:

– Я не довольна твоей работой, раб, ты будешь наказан! Раздевайся!

Голый, стоя на коленях, я ожидал дальнейших приказаний моей Госпожи.

Инга принесла моток бельевой веревки, связала мне ноги, затем приказала обхватить руками ножки стула, который предварительно поставила в центре комнаты. Инга привязала мои руки к ножкам стула, сама села на стул, поставив ноги мне на локтевые сгибы и прижав их к полу. В руках у нее был широкий армейский ремень, на мое счастье без пряжки.

– Раб, за плохо исполненный приказ тебе полагается 20 ударов!

Встав, Инга обошла меня, лежащего на животе со связанными ногами и руками, привязанными к ножкам стула – видно моя поза показалась ей неудобной для подобной экзекуции.

– Приподними задницу, раб, мне неудобно наказывать тебя.

Первый удар застал меня врасплох, от неожиданности я довольно громко вскрикнул.

– Молчать, раб!

Инга подошла к шкафу и достала свои грязные носочки:

– Открой рот.

Запихнув носочки мне в рот, Инга продолжила хлестать мою попу ремнем, с каждым ударом усиливая силу или мне так казалось. В конце наказания мое лицо было мокрым от слез.

– Ну как, раб, ты понял за что я тебя наказывала?

– Нууу… – только и смог промычать я.

– Ты не исполнил моего приказа – очень большой участок моего тела остался без внимания твоего языка!

Развязав мне руки и ноги, Инга взяла меня за ухо и крутя его в сторону, поставила меня на колени, потом повернувшись в пол оборота, подставила мне к лицу свою попу. Притянув меня за ухо к попе, Инга сказала:

– Ты забыл вылизать вот эту часть тела, разве она тебе не нравится?! Может быть ты считаешь, что второе отверстие не нуждается в твоем языке? Лизать!!! Раб!!!

При этом Инга легла набок, одной рукой раздвинув половинки своей попы так, что открылось маленькое, сморщенное отверстие, поросшее редкими черными волосами. Второй рукой все еще держа меня за ухо, притянула мою голову к раскрытым половинкам своей попы.

– Лижи, раб, лижи мою прекрасную попу, и старайся, иначе наказание повторится.

Я старательно начал вылизывать попу моей Госпожи – запаха, которого я ожидал, практически не было, под моим языком отверстие разгладилось и как-будто поддавалось навстречу моему языку, я начал испытывать странное, непреодолимое желание засунуть язык в это отверстие, мне хотелось засунуть его как можно глубже. Помогая себе руками, я раздвинул попу моей Госпожи как можно шире и практически ввинтился своим языком в ее анальное отверстие.

– Так-так, раб! Засовывай свой поганый язык как можно глубже, тебе предстоит делать это довольно часто, мне очень понравилось.

Еще минут десять мой язык сновал в этом отверстии, мне показалось, что Инга кончила второй раз, именно от анальной стимуляции.

– Теперь я полежу и подумаю, а ты иди на кухню, поставь чайник, сделай бутерброды и жди меня там.

Через несколько минут Инга пришла на кухню, одетая в халатик и тапочки. Ах, какие это были тапочки, они открывали великолепные ступни Инги почти полностью, прекрасные пальчики моей Госпожи смотрелись в них изумительно.

– Залезай под стол и ложись на пол.

Поставив мне на грудь свои очаровательные ножки, Инга принялась пить чай. Изредка переставляя ноги, которые оказывались у меня на голове, животе, паху. В паху у меня уже давно болело, эта тупая, ноющая боль от постоянно возбужденного члена моментально пропала, как только прекрасная ножка моей Госпожи оперлась на мое возбужденное естество, я кончил. Инга, почувствовав сокращения моего члена, сильно нажала ножкой, отчего экстаз стал еще более приятным.

– Паразит, ты вместо того, чтобы служить скамейкой для моих ног, удовлетворяешь свои потребности. Быстро в ванную, тебе надо поработать и забыть про удовольствия. Постираешь мое белье. Смотри, я проверю, если обнаружу хоть одно пятнышко – тебе несдобровать.

Пока я стирал белье моей Госпожи, успел еще два раза кончить на трусики и носочки моей Госпожи. Постирав, я пришел в комнату: Госпожа Инга сидела и смотрела телевизор.

– Что бы мне еще придумать? – спросила она сама себя. – Так, я вчера заметила, что ты неравнодушен к моей обуви. Быстро в коридор и принеси всю мою обувь.

Принес всю обувь и расставил ее на ковре в комнате, встал на колени… Госпожа Инга приказала мне одевать на ее ножки все пары обуви по очереди, при этом в мои обязанности входило с туфельками зубах по-собачьи подойти к сидящий на стуле Госпоже, низко наклонив голову, аккуратно поставить туфельки перед Ней и если туфелька падала (что случалось особенно часто при наличии у туфелек высоких каблучков), Инга давала мне пощечину, не поднимая взгляда, просить разрешения у Инги, одеть на ее ножки туфельки (звучало это приблизительно так: «Прекрасная Госпожа, разрешите презренному рабу обуть Ваши великолепные ножки»), очень аккуратно одевать на ножки туфельки, при этом покрывать поцелуями сначала голые ножки, а потом туфельки Госпожи, после этого Госпожа ставила свои ножки мне на спину и нажимала каблучками, оставляя на спине красные отпечатки.

Но ей эта игра очень быстро надоела. Инга велела отнести всю обувь на место и приползти в спальню. В спальне мне велели встать на колени, взять ножки сидящей на кровати Инги и держать их на вытянутых руках. Через минут 5-6 руки у меня стали дрожать, а сидящая на кровати Инга смотрела на меня со странной улыбкой на устах. Еще через 2 минуты руки под тяжестью Ингиных ног опустились.

– Ты второй раз посмел ослушаться моего приказа. Теперь тебе предстоит выдержать не 20, а 40 ударов моего любимого ремешка. Но и это еще не все, во время наказания ты будешь целовать пол у моих ног и благодарить свою Госпожу.

После каждого удара я целовал пол у ног моей Госпожи и со словами «Спасибо, моя Госпожа», ожидал следующего удара, после где-то 10-15 удара у меня стали дрожать губы и слова благодарности я мог произносить лишь с большим трудом. После 30 удара у меня перехватило горло и я закашлял, с трудом хватая воздух ртом. К 40 удару мне кажется я уже ничего не соображал и у меня появилась мысль, «надо поскорее бежать отсюда, а то меня забьют до смерти», но странная вещь – мой член стоял, он стоял несмотря на побои, издевательства, которые сыпались на меня сегодня как из рога изобилия.

Я начинал бояться самого себя, мне было непонятно, как я могу выдерживать такое отношение, в моих мечтах все происходило значительно спокойнее. Одно дело лежать на полу у ног женщины и целовать ее прекрасные ноги и совсем другое – получать по 40 ударов ремнем по заднице. Полностью запутавшись в своих мыслях, я упустил из виду, что я не один. В это время Госпожа полностью отсчитав 40 ударов, стояла в раздумии надо мной.

– На сегодня хватит, мне ты надоел, да и скоро должны прийти мои подруги. Отправляйся домой лечить свою жопу. Завтра жду тебя вечером, оставь номер своего телефона.

– Да, днем твои предки дома?

– Нет Госпожа.

– Это хорошо. Проваливай!

– Слушаюсь, Госпожа.

Поцеловав на прощанье прекрасные пальчики Госпожи Инги, я отправился домой.

В 12 часов у меня зазвонил телефон, это была Госпожа Инга.

– Ты один дома?

– Жди меня.

Весь промежуток времени, до прихода Инги, я не находил себе места, бесцельно блуждая по квартире. Наконец раздался звонок в дверь. На пороге стояла Госпожа Инга, я рефлекторно опустился на колени, осыпал поцелуями ноги моей Госпожи.

– Показывай свою комнату!

Пройдя в комнату, Госпожа Инга села в кресло, указав мне на пол возле своих ног. Поставив ноги в открытых босоножках мне на грудь.

– Раб, сегодня вечером я пойду в гости к своей подруге, ты пойдешь со мной. А сейчас полижи у меня!

Широко раздвинув ноги и поудобней устроившись в кресле, Инга ждала.

Встав на колени перед своей Госпожой, я принялся покрывать ее ноги поцелуями, поднимаясь к трусикам. Отодвинув в сторону узкую полоску трусиков, я принялся осторожно лизать языком промежностьмоей Госпожи.

– Сними трусики, идиот! – сказала Инга, отвесив мне звонкую пощечину.

– Лижи анус, а нос засунь в щелку и двигайся быстрее, а то придется тебя наказать. Ты наверное соскучился по наказанию.

Я лизал анус и двигал носом в промежности Инги, стараясь делать это очень энергично.

Через несколько минут промежность Инги была вся влажная от выделений, анус раскрылся и мой язык сновал в эту дырочку, входя на глубину 3-5 сантиметров. Эта процедура доставляла моей Госпоже максимальное удовольствие.

Инга начала ерзать в кресле, подаваясь навстречу моим движениям. Через несколько минут все было кончено. Инга блаженно затихла в кресле. Немного придя в себя, она нагнулась и посмотрела на свою киску и поморщив носик, произнесла:

– Вылижи очень аккуратно все выделения, моя киска должна всегда блестеть. Сегодня вечером, как я уже говорила, я пойду в гости к моей подруге. Вчера я рассказала ей о тебе. Она мне не поверила. Вечером тебе придется доказать ей, что я являюсь твоей Госпожой, и смотри, если я останусь недовольна – горе тебе. Да, я знаю, у тебя была собака, ошейник остался?

– Возьми его с собой, и поводок. В шесть часов, я жду тебя в сквере возле школы.

Во время пояснения моих дальнейших обязанностей я вылизывал выделения на киске моей Госпожи, через некоторое время киска заблестела.

– Проводи меня в туалет, нет, сначала принеси ошейник и поводок.

Осмотрев принесенные мною вещи, Инга поставила меня на колени и застегнула ошейник на моей шее. Покрутив в руке длинный брезентовый поводок с заклепками, Госпожа огрела меня им по спине:

– В позу, раб!

Встав на четвереньки, нагнув голову низко к полу и выпятив попу, застыл в ожидании, наказания.

– Я пошутила, оставим наши развлечения на вечер, – сказала Инга, пристегивая поводок к ошейнику,

– Ну, где у вас туалет?

Это было великолепное зрелище: прекрасная Госпожа, с поводком в руках и презренный раб у ее ног с ошейником на шее. Как было указано, я по-собачьи пополз к туалету, по пути следования, Инга периодически дергала поводок, перекрывая мне воздух и подталкивала каблучком босоножки. Пройдя в туалет, Инга придирчиво проверила чистоту крышки унитаза, заставила меня вылизать все сидение, затем нисколько не смущаясь приподняла юбку, спустила трусики, вольготно уселась на только что облизанную крышку унитаза и принялась писать. Первый раз в жизни я наблюдал как женщина писает, поток вырывающийся из Ингиной киски, был довольно бурным и широким. Кончив испражнятся, Инга привстала и потянулась за туалетной бумагой, но передумав, сказала:

– Зачем мне раб, если всю работу я выполняю сама. Быстро помоги своей Госпоже!

Я, не зная что делать, оторвал кусочек бумаги от рулона и застыл с тупым выражением лица.

– Тупое животное, ты что, не знаешь – после туалета дамы вытирают писю бумажкой, ведь мы не такие свиньи как мужики, чтобы пачкать трусики. Впрочем, ты же просто собака, которая не может мыслить, а раз ты собака, – произнесла Инга, размышляя вслух, – то ты не можешь пользоваться руками. Значит ты будешь помогать мне ЯЗЫКОМ!!! Быстро вылижи мою киску!

Инга притянула меня к себе за поводок, расставив ноги и наблюдая за мной. Мне ничего не оставалось делать, как прильнув к мокрой киске моей Госпожи, лизать ее.

– Вылижи везде, не забывай про волосики и анус.

Инга повернулась ко мне задом, раздвинув половинки своей попы и немного пригнувшись. Вылизывая Ингину киску после туалета, я ощутил на своем языке солоноватую влагу, но на вкус и запах она не была неприятной, это скорее была немного соленая водичка с несильным запахом. В груди меня распирало от непонятных чувств, то что я сейчас делал было дико, но очень приятно, вернее дико приятно, мне хотелось лизать киску моей Госпожи постоянно, лизать ощущая на губах и языке эту божественную влагу, которая извергалась из недр этой ни с чем не сравнимой по красоте раковины, эти ярко красно-розовые лепестки половых губ сводили меня с ума. Я жалел, что живительная влага пропала в отвратительной трубе унитаза, я хотел быть этой трубой, хотел жадно глотать всю влагу, весь золотой дождь, которым не так давно обильно орошала моя Госпожа этот проклятый туалет.

Инга словно прочтя мои мысли:

– А это у тебя посерьезней, чем я думала. Что ж, попользуемся удовольствием, пока это возможно, кто знает, будет ли у меня в жизни второй такой придурок. Вчера я думала, что ты не будешь отвечать на мои звонки, но ты, как мне показалось, только рад своему положению. Подождем вечера. Я постараюсь выполнить всю программу, тем более, что нас будет двое, и мы постараемся придумать, что-либо веселое. До вечера.

Инга одела трусики и ушла не прощаясь.

В шесть часов я ждал, как мне было приказано, в сквере у школы. Инга опаздывала. В половину седьмого показалась Инга и еще одна девушка. Они подошли и Инга махнула рукой, приказывая следовать за ними.

– Иди за нами, но не совсем рядом, понял?

– Да… (я не знал, можно ли было при этой девушке называть Ингу Госпожой)

– Не поняла!

– Да, Госпожа, слушаюсь Госпожа, извините за нерасторопность, Госпожа.

Глаза у незнакомой девушки округлились, но Инга взяв ее под руку, пошла вперед.

До меня доносились фразы из их разговора.

– Это мой раб…

– Ну и что, что пацан, зато он делает все, что мне захочется.

– Я тебе говорю все, все что я ему приказываю.

– … идем к Маше, убедишься сама, Машка тоже не верит.

Так за разговорами девушки дошли до дома, где как я понял жила подруга Инги Маша.

В подьезде Инга приказала достать ошейник с поводком, поставила меня на колени под изумленным взглядом подруги, застегнула на моей шее ошейник и приказала встать на четвереньки, подведя к двери. Мне было очень стыдно делать все это перед чужим человеком, но я смотрел на очень красивые ноги девушки и не смел поднять взор. Открыв дверь, Маша пристально посмотрела на меня, я непроизвольно поднял голову, за что был моментально наказан Ингой. Она сильно потянула за поводок, одновременно наступив ногой на мою руку.

– Вонючий раб, как ты смеешь поднимать голову без приказа, быстро заходи в квартиру.

Под удивленные взгляды девушек, я понукая Ингой, прошел в комнату. В комнате Инга села на диван, я лежал у ее ног. Одна нога Инги покоилась на моей голове, вторая стояла на шее.

– Ну что? Теперь ты веришь мне.

– Да, – ответила Маша.

– Начнем знакомство, – сказала Инга.

– Это мой раб, имя его – РАБ.

– Раб, это мои подруги, для тебя Госпожи. Госпожа Маша, хозяйка дома и Госпожа Оля.

Проводя знакомство, Инга приподняла свою ножку стоящую на моей голове и указывала ей попеременно на своих подруг.

– Познакомься с Госпожой Машой.

Инга отпустила поводок и пнула меня ногой по направлению к Маши. Я подполз на коленях к Госпоже Маше и поцеловал ее тапочки. Маша очевидно еще непривыкшая к такому обращению, немного убрала ноги.

– Не стесняйся, пусть этот ублюдок вылижет твои ноги, – сказала Инга.

Маша, сняв тапочки, протянула мне одну ногу, вторую поставив мне на плечо.

Покрывая поцелуями протянутую мне ногу, я рассматривал ее, как бы знакомясь.

Нога была более большой, чем у Инги, красивые длинные пальцы, ногти покрашены в красный цвет. От ног исходил довольно сильный запах пота, но он казался мне самым лучшим ароматом. Маша поменяла ноги, видно эта затея стала приходиться ей по вкусу, вторая нога блуждала по моему лицу. Госпожа Маша подставляла для поцелуев сначала пальцы ног, затем подошву, пятку, засовывала пальцы мне в рот.

– Хватит, теперь ползи к Ольге.

Надев тапочки на ноги Госпожи Маши, я пополз к ногам Госпожи Ольги. Госпожа Ольга, вытянув свои очень красивые длинные ноги, обутые в желтые туфельки на высоком каблуке, сидела в кресле. Когда я подполз к ее ногам, она, закинув одну на другую, подставила подошву своей туфельки к моим губам.

– Вылижи мои туфли, раб, я хочу, чтобы они блестели.

Послушно вылизывая всю грязь с этих божественных туфлей, я ненароком провел языком по голой ноге, за что моментально был наказан. Госпожа Ольга, взяв меня за волосы, сильно дернула вверх, заломив мою голову, она поставила туфельку мне на лицо, вогнала каблучок мне в рот:

– Соси каблучок, грязная свинья, кто разрешал тебе, касаться моей ноги своим поганым ртом. Теперь сними туфельки и ложись на спину возле моих ног!

Поставив обе ноги мне на лицо, Госпожа Ольга достала сигарету и закурив, спросила Ингу:

– А не выпить ли нам вина?

– У тебя есть деньги? – спросила Инга.

– Да, но идти в магазин мне лень.

– Ничего, мы с Маришей сходим, были бы деньги. Раб, мы скоро придем, слушайся Госпожу Ольгу, если ты не выполнишь ее приказы, я накажу тебя по возвращении.

Госпожа Инга и Госпожа Марина ушли, оставив меня наедине с Госпожой Ольгой.

– Разденься догола. Иди на кухню и наведи там порядок.

Когда минут через 15 я вымыл посуду и прибрал на кухне, вошла Госпожа Ольга, на ней не было юбки и блузки. На смуглом великолепном теле выделялись белые лифчик и трусики, на ножках были желтые туфельки.

– Возьми в ванной тряпку и вымой пол.

Я на коленях мыл пол, Госпожа Ольга сидела на столе и старалась ударить меня ногой, когда я проползал рядом, удары стали сыпатся на меня один за другим, когда я стал мыть пол под столом. Госпожа Ольга постоянно норовила попасть носком туфельки в наиболее болезненные места: в живот, ягодицы, по ребрам и голове. После того как я закончил убираться, Госпожа Ольга поставила меня на колени перед столом и стала бить по щекам, но этого ей показалось мало и она принесла из комнаты ремень.

Положив меня животом на табурет, она села на стол, поставила ноги мне на спину и сильно нажав каблуками, стала пороть ремнем мою задницу. После 20-25 ударов, когда моя задница была вся красная от ремня, Госпожа Ольга прекратила избиение, расставила ноги еще шире и приказала мне лизать ее щелку. По мере того как ее щелка начала увлажняться, Ольга схватила меня за волосы и стала сильно прижимать мое лицо к своей промежности, второй.

Рукой начав хлестать ремнем по моей спине. Когда Госпожа Ольга кончила, она дала мне несколько пощечин, протянула руку для поцелуя, затем я поцеловая ее туфельки и мне было велено встать на четвереньки.

– Теперь ты будешь моей лошадкой.

Сев мне на спину, Госпожа Ольга, просунула ремень мне в рот, взяв его как возжи, сказала:

– НО! Лошадь, вези меня в комнату.

Проехав на моей спине в комнату, Госпожа Ольга одела на меня ошейник, взяла веревку и привязала мои яйца и член. Снова сев мне на спину, она признесла:

– Ты стал моей лошадью, при слове “Но” ты едешь вперед, тормозом будет подергивание веревки привязанной к тоему члену.

– НО, лошадка!!!

Госпожа Ольга каталась на мне по квартире, дергая за поводок и хлестая меня по бокам ремнем, когда ей хотелось ехать быстрее, и остонавливая свою лошадь резким натяжением веревки, которая больно впивалась в мой член и яйца. После продолжительного катания Госпожи Ольги у меня очень болели колени и от ее веса прогибалась спина.

– Госпожа, простите своего раба за дерзость, но я больше не могу Вас возить, – произнес я, падая на пол.

Госпожа Ольга не спеша встала с меня, сильно пнула меня носком туфельки в бок, сильно потянула за поводок, практически приподняв меня с пола и зло сказала:

– Вонючий раб, ты осмеливаешься перечить мне? Ладно, подождем возвращения моих подруг, я хочу чтобы ты был наказан в их присутствии. А сейчас ложись на спину.

Госпожа Ольга не спеша сняла свои трусики, попеременно ставя свои ноги мне на грудь, нажимая каблуками и царапая ими мою кожу. Потом она поставила ногу так, что острый каблучок оказался на моем соске, надавив очень сильно, Госпожа Ольга посмотрела мне в лицо и немного поворачивая носком туфельки из стороны в сторону сказала:

– Открой рот!

Мне было очень больно, каблучок впивался в сосок все сильнее и сильнее, превращая его в кроваточащую рану, но Госпожа и не думала ослабевать нажатие, наоборот, нажим все усиливался. Окрыв рот, я замер в ожидании. Госпожа Ольга плюнула мне в рот, убрала ногу и присев над моим лицом, стала поудобней устраиваться. Усевшись своей.

Попкой мне на грудь, так что ее киска была прямо перед моим ртом.

– Лижи мне киску, но не забывай про попу.

Старательно вылизывая киску Госпожи Ольги, я переодически спускался ниже, начиная вылизывать ее анальное отверстие. Это ей очень понравилось и она, придвинувшись поближе к моему лицу, предоставила попку в распоряжение моего языка. Старательно заталкивая язык как можно глубже в это похотливое отверстие, которое было значительно больше, чем у Госпожи Инги, несмотря на хрупкость Ольгиной фигуры. Наверное мой язык в анальном отверстии доставлял Госпоже Ольге большое удовольствие, и когда я немного устав, начал просто лизать между половинками попки, она сильно прижала свою попу к моему лицу. Взяв руками соски на моей груди Госпожа Ольга стала крупить их в разные стороны, сильно сдавливая кончики сосков своими сильными пальцами, заставляя меня глубже проталкивать язык в попу. В таком виде нас и увидели вернувшись из магазина Госпожа Инга с Маша.

Этот день, солнечный день, пятница, запомнился мне надолго, вернее я помню его всю свою жизнь. Прямо с утра позвонила Госпожа Ольга и велела мне придти к ней, на все три дня. Я сказал родителям, что еду к другу в деревню и меня не будет до понедельника. Меня отпустили. Через полчаса я был у дверей Госпожи Ольги. Открыв дверь, Ольга велела мне полностью раздеться в коридоре и проследовать за ней в комнату на четвереньках.

Поставив меня на колени, Госпожа Ольга велела мне ждать. Через некоторое время она вернулась. Я был потрясен ее видом. Госпожа Ольга была в очень коротком белом халате, в открытых белых босоножках на очень высоком каблуке, дополняла ее наряд маленькая белая шапочка, которую носят в больницах медсестры. Только одна деталь не очень вязалась с ее невинным видом, в руке она держала самодельную плеть с довольно толстой рукояткой. Плеть представляла собой деревянную палку, длиной около 20см, в диамерте 3-4 см, с примотанными к ней десятком кусков мягкой гибкой проволоки в оболочке. Стегнув меня по голой спине, госпожа Ольга посмотрела, какой отпечаток ее инструмент оставил на моей спине. Видимо ее этот отпечаток удовлетворил, и она стегнула меня еще пару раз. Сев на кровать, велела мне ползти к ее ногам и вылизать ее обувь. Валяясь у ног Госпожи, я вылизывал ее прекрасные ноги, обутые в потрясающего вида босоножки. Ольга, скинув босоножки, велела мне лечь на спину.

Поставив обе ноги на мою голову и приказав лизать ей пятки, Госпожа стала объяснять мне, что я должен делать.

– Я учусь в медучилище и сегодня мы поиграем в строгую медсестру и пациента.

Попробуй импровизировать, если мне что-то не понравится в твоей импровизации я буду тебя наказывать плетью, поглаживание которой ты уже ощутил.

Надо признаться это «поглаживание» до сих пор причиняло мне боль, поэтому я приготовился выполнять все приказы и пожелания моей новой Госпожи с большим рвением. Только бы ее плеть вновь не входила в соприкосновение с мой спиной.

Выходя из комнаты, Госпожа велела мне лечь на кровать и ждать прихода медсестры.

Войдя вновь через некоторое время в комнату, Ольга произнесла:

– Так, и что на этот раз надо этому несносному больному? Зачем вы меня вызывали?

– У меня болит голова, – немного страшась ответил я, незная надо ли после каждого ответа прибавлять «Госпожа», но я импровезировал. И как я убедился импровизация прошла успешно.

– Ах, у тебя болит голова? Сейчас я постараюсь тебе помочь. Протяни руки вверх и возьмися за спинку кровати.

Привязав мои руки к спинке кровати Ольга сказала:

– Вытяни ноги.

– А разве это помогает при головной боли?

– Да, больной, лежачее положение помогает от всех болей, – смеясь сказала Ольга.

Привязав ноги, Ольга сняла с меня одеяла.

– Ах, больной, как вам не стыдно лежать без трусов? Больной, а почему у вас стоит?

– При виде такой симпатичной медсестры у меня всегда встает.

– Ты наглец, больной, ты скоро сильно пожалеешь о своей наглости.

Ольга, взяв в руки шприц, одела большую иглу и несильно уколола меня в член.

– АААА!!! – закричал я.

– Заткни глотку, больной.

Уколы шприца последовали один за другим, мне было не очень больно, скорее немного неприятно, пока эти уколы не приходились в головку члена и яички.

Но я немного постанывал и подергивался в кровати, изображая боль и подыгрывая своей Госпоже. В душе я надеялся, что Ольга не перейдет к более радикальным мерам и не станет вгонять иголку полностью.

– Так, больной, я вижу данная процедура вас не вразумила. Перейдем к более активным мерам.

С этими словами Ольга перестала меня колоть, взяла в руки клизму и, наполнив ее водой из тазика, стоящего под кроватью, велела мне повернуться на бок. Я исполнил ее приказ насколько мне это позволили веревки. Одев перчатки Ольга взяла баночку с вазелином, смазала мне анус вазелином она всунула в него свой палец и подвигав в стороны вынула.

Посмотрев на свой палец, Ольга увидела на нем немного остатков из моей прямой кишки и покачав голой поднесла палец к моим губам.

– У тебя грязная жопа, больной. Это очень нехорошо, когда из-за грязных жоп медсестра не может проводить предписанные процедуры. Открой рот, свинья!

Засунув палец в мой рот, Госпожа Ольга велела мне его вылизать, вкус моего же дерьма оказался совсем не ощущаем – весь вкус перебил вазелин.

– Тебе надо промыть кишечник, в тебе много говна, поэтому у тебя и болит голова.

Госпожа Ольга поставила мне три клизмы подряд, вторую я принял с трудом, а третья – это было настоящее мучение. Живот распирало от воды, сфинкс приходилось держать в постоянном напряжении. В это время Госпожа Ольга, приподняв полы и без того короткого халатика, обнажила свои прекрасные ягодицы. Усевшись мне на грудь и согнув ноги в коленях так, что ее руки опирались на мой живот, живот наполненный тремя клизмами, а ягодицы находились прямо пред моим ртом.

– Теперь пришло твое время, больной, оказать помощь мне. Я тоже страдаю от запора, тебе придется как следует полизать мне зад, пока мое прекрасное анальное отверстие не раскроется достаточно и я не смогу спокойно сходить в туалет. За дело!

Старательно вылизывая анус Госпожи Ольги, я едва удерживал порывы жидкости находящийся у меня в желудке, особенно трудно было, когда Ольга давила на живот руками переставляя их. Член находился в постоянном возбуждении, Ольга стала играть, сжимая головку двумя пальцами, на непродолжительное время кровь отливала от головки и она уменьшалась, но вид прекрасной попы, подставленной мне для вылизывания постоянно возвращал член в возбужденное состояние. Через некоторое время анус Госпожи Ольги раскрылся под ласками моего языка, я старательно всовывал язык в эту манящую дырочку, как-будто стараясь почувствовать свою Госпожу изнутри.

Волосики вокруг ануса слиплись от моих слюней, из киски начали выступать выделения, я чувствовал это своим подбородком. Госпожа Ольга принялась сильно тереться о мой подбородок киской, мой язык сновал в ее раскрытый анус, я старался побыстрей ожидая оргазма Госпожи как манны небесной, ведь ее оргазм должен был принести освобождение. Я мечтал оказаться в туалете. Позывы в животе становились все более продолжительными и с очень короткими промежутками, наконец они слились воедино.

Я работал языком так усердно, что казалось не только язык, но и вся голова начинает входить в анальное отверстие Ольги. Наконец Госпожа кончила, при этом она расслабилась и всем весом села на мое лицо, перекрыв доступ воздуха, мои корвульсивные подергивания под ее попой, казалось не были ей замечены.

На мою радость Ольга приподняла свой очаровательный задик, слезла с меня, отвязала веревки, но не отпустила меня в туалет. Госпожа села на кровать, сильно разведя ноги в стороны и приказала вылизать ее киску и попку до зеркального блеска. Это была по истину невыпосимая пытка, лизать столь очаровательную киску и попку, а думать только о туалете. В любое другое время, я с наслаждение провел бы у этих прекрасных отверстий несколько часов, но только не сейчас, когда мысли мои были далеки от этого, мои мысли были только о туалете. Киска и попка были приведены в надлежащий вид, но Госпожа Ольга продолжала удерживать меня в комнате, продолжая пытку, теперь я лизал ее ножки, валяясь на полу, лизал ее босоножки, лизал каждый пальчик в отдельности, лизал между этих прекрасных пальчиков. Мне казалось, что еще мгновение и все содержимое моего желудка вырвется из попы прямо тут на пол камнаты. О, сладостное мгновение, Госпожа Ольга отпустила меня, поняв, что я могу не выдержать.

Через некоторое время, вползая в комнату на коленях, я произносил слова благодарности моей Госпоже.

– Госпожа Ольга, большое спасибо за оказанный урок, я Ваш покорный раб, жду дальнейших приказаний.

– Раб, сходи в ванную и как следует помой свою задницу, можешь взять с собой клизму. Я хочу, чтобы твоя задница блестела, я более не потерплю грязи на своих пальцах.

Сходив в ванную и еще несколько раз в туалет, пока из меня не стала извергаться только чистая вода, я размышлял, зачем это понадобилось моей Госпоже.

В комнате Госпожа Ольга сидя в кресле говорила по телефону. Указав пальцем на пол у своих ног, Госпожа предоставила свои ноги в мое распоряжение. О, с каким упоением я лизал ее ноги, казалось не осталось места которое не попало под мои поцелуи. Я лизал и лизал ее пальчики, лизал ее пяточки, когда Госпожа соизволила немного приподнять ножки и позволила мне снять босоножки, я покрывал поцелуями ее стопы, я лизал ее стопы, аккуратно проводя языком от кончиков пальцев, от этих изумительных подушечек, от этих пяти сладчайших конфеток, которые казалось смотрели на меня сверху и говорили: «Лижи нас, лижи, презренный раб, мы оказываем тебе большое одолжения, позволяя лизать нас, целовать нас, поклоняться нам, служить нам, любить нас.»

Так размышляя, я к своему ужасу не заметил, как моя Богиня окончила разговор и смотрит на меня сверху, смотрит и хмурится.

– Хватит, и так ты отдыхал слишком долго, это звонила Маша, она спрашивала где ты. Я пожалев тебя, не сказала, что ты у меня. Если она бы пришла, вдвоем мы бы тебя замучили насмерть. Мне очень нравится смотреть на тебя, ползающего у моих ног, ты будешь приходить и обслуживать меня всегда, как только мне этого захочется, с Ингой я договорюсь. Сейчас мы поиграем в «даму с собачкой», да, дамой, мне нравится это слово.

Ольга одела на меня ошейник и обьяснила как мне следует себя вести.

В мои обязанности входило: не разговаривать, постоянно находиться на четвереньках, выражать свою радость повиливанием задницы, постоянно находиться у ног Госпожи, выполнять следующие команды:

«лежать» – руки вытянуты вперед, полусогнуты в локтях, локти прижаты к корпусу, ладони на полу, ноги согнуты в коленях, колени у живота, жопа практически лежит на ногах, нос на полу;

«к ноге» – практически идентична позе «лежать», нос в непосредственной близости к ступне Госпожи, тело с одного или другого бока от ног Госпожи;

«искать» – искать что-либо, по приказу Госпожи, бегая на четвереньках, нос очень близко к полу;

«гулять» – принести к Госпоже поводок от ошейника в зубах;

«сидеть» – на коленях, жопа на ногах, спина почти прямая, руки согнуты в локтях, локти прижаты к телу, и т. д.

Вначале Госпожа Ольга просто водила меня на поводке по комнатам, я выполнял несложные команды, ложился у ее ног, сидел, лежал, если я выполнял команды расторопно, я получал одобрение Госпожу, которое выражалось в легком потрепывании моих щек, несильных оплеух, подергивание носа, несильное сжатие шеи, которая зажималась между ногами Госпожи. Если приказы по мнению Ольги выполнялись недостаточно быстро, мне приказывали завести руки назад, скрестив их за спиной, стоя на коленях, я лизал ноги моей Госпожи, а она одаривала меня ударами плетки по спине и заду.

«Искать» – последовал очередной приказ, – искать мои носочки.

Ползая по квартире, я обнаружил носочки моей Госпожи в коридоре, они лежали в прекрасных ботиночках, в которых ножки Госпожи Ольги, смотрелись наверно потрясающе. Вытащить носочки из ботинок зубами представляло некоторую сложность, пока я возился с вторым, пришла Госпожа.

– Плохой пес, мои ноги замерзли, а ты все еще возишься в коридоре.

Затем последовал град ударов плеткой, когда мне наконец удалось достать второй носочек и, зажав их в губах, повернуться к моей Госпоже, Ольга сильно пнула меня носком босоножки в грудь.

– Бегом в комнату, паршивый пес!

Неся в зубах прекрасные носочки Госпожи, я побежал в комнату.

– Сними босоножки.

Положив носочки на пол, я хотел снять босоножки, но получил удар плетью.

– Собака не имеет рук!

Моментально все поняв, я принялся зубами и носом осушествлять попытки снять с ножек моей Госпожи босоножки. С второй или третьей попытки мне удалось снять один из босоножек, еще немного погодя второй. Снимать обувь с ног Госпожи таким образом мне еще не приходилось, я не скажу, что это было неприятно.

Вообще находиться рядом с ногами красивой девушки, смотреть на них, целовать их, лизать ее обувь, было, есть и будет моей мечтой. Тем более, когда это была не просто девушка, а девушка, которая испытывает по совершенно непонятным мне причинам неудобство, когда ее ноги целуют, лелеют, холят, наконец боготворят, когда ради ее ног сходят с ума, а Богиня, Госпожа, которая не стесняясь подставляет свои ноги для поцелуев, правельнее сказать, воспринимает это как должное, как награду рабу, позволяя касаться своих ног губами этому мерзкому животному.

Простите за отступление.

Одеть носочки без помощи рук мне не удалось, сколько усилий я не прилагал. Но мои усилия не пропали даром, я вдоволь нализался, нанюхался ног моей Госпожи, находиться возле таких ног это огромное счастье для меня. Скоро мои попытки утомили Госпожу Ольгу.

– Неужели ты не доволен пес?

– Тяв, тяв.

– Доволен?

– Почему не вертишь жопой?

Я принялся вертеть попой в разные стороны.

– Ах, бедный песик, у тебя нет хвоста.

С этими словами Госпожа Ольга развернула меня, встав ногой на голову, придавила ее к полу. Ударив несильно несколько раз кнутом по жопе, она отошла в сторону. Я лежал на полу, точнее полулежал, отставив вверх попу.

Вдруг я почувствовал как мне в зад уперлось что-то твердое, не смея поднять голову, ждал продолжения. Продолжение последовало. Давление на мое анальное отверстие усиливалось, не в силах терпеть я постарался раслабить мышцы сфинкса, я понял, что Госпожа желает засунуть мне в жопу какой-то предмет. Наконец усилие оказалось больше чем сопротивление мышц, и в мою жопу внедрилось инородное тело. Как потом оказалось, инородное тело было не чем иным как рукояткой хлыста. Госпожа засунув хлыст, немного подвигала им в моем анусе, ощущения были приятными, боль при проталкивании хлыста почти прошла, было в этом что-то необычное.

– Теперь у моей собачки есть хвост! Виляй хвостом посильней.

При этом Госпожа положила ноги мне на спину. Я стоял на четвереньках вдоль дивана, ноги Госпожи Ольги лежали на моей спине, и я вилял своим новым хвостом. Ольга смеялась, смотря на меня, иногда Она касалась ногой хлыста, как бы подталкивая его, что доставляло мне новые ощущения.

– Так, хватит играть. Мне пора на танцы. За время моего отсутствия убери в квартире, постирай мое белье. Белье найдешь в ванной в ящике. Да, постирай и эти носочки. Сейчас ты уже не собака, но хвост не вытаскивай до моего прихода. Помоги мне одеться.

Я одел на Госпожу трусики, лифчик она одела сама, снова обул ее ножки, поцеловал их, проследовал за моей Госпожой на кухню. Пока Госпожа красилась, я сидел у ее ног и смотрел на них, попробовал поцеловать, но Ольга оттолкнула меня.

Ольга не прощаясь ушла.

Я ждал ее возвращения.

Госпожа Ольга пришла далеко за полночь, за время ее отсутствия, я убрал в квартире, постирал белье, раз пять поонанировал на ее туфельки, единственное что я забыл сделать, это постирать носочки, которые я убирая положил в ботиночки в надежде после уборки подрочить на них. От долгой носки, они впитали запах моей Госпожи, запах, который возбуждал меня, возбуждал так сильно, что одна мысль о нем заставляла мой член наливаться кровью.

Госпожа Ольга была сильно навеселе, окинув затуманенным взглядом квартиру, она видимо осталась довольна произведенной мною уборкой.

– Марш в комнату, раб.

В комнате Ольга упала на кровать.

– Раздень меня раб.

Снимая с Госпожи босоножки я принялся осыпать их поцелуями, но Госпожа сильно ударив ногой меня в лицо, как бы отталкивая от себя. С трудом сняв платье с Ольги, я остановился не зная снимать ли трусики и лифчик.

– Снимай все.

Ольга свернулась калачиком и мирно засопела. Я стоял на коленях рядом с кроватью Госпожи и наблюдал за ее сном. Через некоторое время Ольга повернулась, одеяло немного сползло оголив одну прекрасную ножку. Я немедленно вытащил хлыст из своей задницы, который успел мне порядком надоесть за весь вечер. Присел возле ног Госпожи, и с удовольствием смотрел на ее очаровательную ножку, смотрел и не мог себе представить, как я раньше обходился без поцелуев этих ног, вдыхая сильный запах исходящий от этих божественных ног, мне ужасно хотелось вылизать их, лизать ножки, пальчики, ступни, лизать их до зеркального блеска, лизать пока они не станут совершенно чистыми. Но я боялся потревожить сон моей Божественной Госпожи.