После Египта: Продолжение. День первыйИз раздумий меня вывело неуютное чувство, как будто на меня кто-то смотрит. В моей голове кто-то включил звук и свет. В нос ударил запах жаренного мяса, свежих овощей и пролитого на нагревшийся стол пива. Теплый весенний ветерок, наконец-то пробрался на нашу веранду, принося сладкий, освежающий запах хвойного леса.

Я огляделся. Все чудненько. Я сижу на веранде. Стол завален яствами, от шашлыка, нарезки, до салатов. Почему-то стоит две открытые бутылки коньяка и две таких же бутылок пива по 2, 5 литра. Саша, улыбаясь, отвечает на прослушанный мною вопрос супруги. Губы Юльки улыбается, улыбаются ее глаза, но взгляд, как два револьверных ствола. Понимая, что что-то не так, я вскидываю брови. Юлька показывает взглядом куда-то налево и сзади от меня. Я оборачиваюсь и ничего подозрительного не вижу. Потом до меня начинает доходить, что в той стороне находиться сауна.

— Саня, ты баней хвастался, так чего мы здесь сидим? — обращаюсь я. Он, увлеченный беседой, не сразу понимает вопрос.

— Точно. А давайте пойдем в баню, — как будто только сейчас узнал о ее существовании, встрепенулся Александр. — Точно. Засиделись здесь, а там, поди, веники уже подошли. Сейчас Иришку подниму и пойдем.

Я глянул на Юльку. Два револьвера из ее глаз исчезли. Они смотрели на меня и с любовью и со снисхождением. Так смотрят на своих детей мамы, когда у ребенка начинается период «Я сам», он маленькой ручкой ковырять в тарелки с кашей, половина каши остается на мордашке, половина на одежде. Я сделал себе отметку разобраться в этом. По-моему, у моей любимой есть план. У нее был план, и по-моему еще с Египта. Почему-то именно так, меня и озарило. Еще в Египте все началось, и началось, не по-моему желания. Мной манипулировали, подводили к определенным решениям и выводам.

А что собственно мы имеем? Откуда у меня такое лучезарное настроение? Моя ненаглядная использовала меня с самого начала. С Египта. Когда я устроил ей секс с арабом. Теперь, строя из себя чуть ли не девственницу, спланировала и осуществила встречу с парой. Одна половинка, которой, ее лучшая подруга. При этом, при мне, полчаса назад, ее имел, и еще как, муж той самой подруги, и лицо у моей ненаглядной было, как у кота, объевшегося сметаны. Лимона только не хватает.

Так! Стоп! Я сам полчаса назад имел зайку по имени Ирина. Ее умопомрачительные ножки, ее сладкая попка. Еще день назад, если бы они пришли к нам в гости, я бы истекал слюной и облизывался на ее вызывающие формы. Фантазировал, как было бы здорово взять такую нимфу, обнять, прижать к себе, так, чтоб брызги брызнули. Зажать промеж ног ее ножку и потереться восставшим членом, а потом, взявшись за аппетитную попку, засадить по самые «не хочу». А теперь она лежит, удовлетворенная Мной, такая сексуальная и сногсшибательная, буквально в двух метрах от меня. Ее супруг сидит напротив и мило беседует с моей супругой. Да какого черта. Я этого сам хотел. И если инициатором была Юлька, то это только плюс ей. И я очень даже не против повторить такое секси происшествие с Иришкой.

Может, Юлька ее и готовила, как говорят, в шпионских фильмах — обрабатывала. Наверняка, и фотки с Египта показывала, наверняка рассказывала, как это супер, когда четыре мужские руки мнут ее изнывающие ножки, попку и грудь, как здорово, когда, как последнюю шлюху, ухватив за талию, ей вдувает молодой араб, доставая до гланд. А муж, при этом, носится с фотоаппаратом, боясь пропустить удачный кадр.

А вот Александр, судя по хмурой физиономии, был абсолютно не в теме и немало ошарашен. Поэтому, если у Юльки есть хитрый план, нужно ему и следовать. Как говориться, только ситуация начинает устаканиваться — сразу гони волну. Пока у Сани хмельной туман в голове и настроение выше среднего, нужно закреплять результат. Потом обратной дороги уже не будет.

Я собрал волю в кулак, придавил предательские позывы, требующие срочно начать расследование о хитром Юлькином плане, и почему я не в курсе, начал собирать в подвернувшийся под руку пакет припасы.

Саша при этом стоял, пошатываясь между скамейкой и столом, и слушал Юлькины доводы, почему не нужно будить Иришку и как она сама это замечательно сделает.

Последовав моему примеру, Александр начал рассеяно складывать в другой пакет оставшиеся бутылки. Набралось три пакета. Я заскочил в домик, прихватил в отдельный пакет планшетник, забытый с начала отдыха фотоаппарат и свой пакет с кремами и Юлькиным любимым «дружком», и неуверенной походкой двинулись с Сашей в сторону сауны.

На удивление хмель быстро улетучился. Чего не скажешь по Сашку. Он чрезвычайно долго возился с замками. За это время я в очередной провел анализ своих ощущений. То, что я хотел Иришку — это однозначно, и если Юлькин план сработает… Вот хитрюга, чего она там задумала? То это случится еще раз, а может и не один. То, что я в восторге, от того, что мою любимую и ненаглядную сегодня имел Саня… не однозначно. Хотя меня возбуждают образы, подбрасываемые памятью, когда Юлькины волосы были разбросаны по кровати, и она летала по простыни в такт движения Александра. Эти звучные шлепки мокрых тел, эти стоны и выражения лица супруги, наполненные удовольствием и похотью, перед наступлением оргазма. Блин, динамо в голове раскрутилась, и фантазия выдала образы, которых на самом деле не было. Юльку буквально натягивают с двух сторон два волосатых, с мохнатыми, мокрыми от ее соков и пота лобками, мужика. У них не члены, у них бревна, покрытые мхом бревна. И на них летает моя ненаглядная любимая супруга. Ее аккуратное, белоснежное, с тонкой, нежной кожей тело сотрясается от их ударов. Растягивая влагалище, и хлюпая, сзади входит один. Из ее киски вытекает сперма от прошлых концовок. Спереди, заглушая ее стоны, и раздувая горло, в нее входит такой же дрын. Юльке остается только мычать и кончать, кончать, а они, не смотря на ее реакцию, просто трахают ее без остановки, руководствуясь только своим животным инстинктом.

Внизу живота заныло. Член начал наливаться кровью. Меня возбуждает и то, что я смогу поиметь Иришку, смогу в присутствии ее мужа и своей жены. Меня возбуждает и что мою ненаглядную поимеет в моем присутствии посторонний мужик.

Ни одно, ни другое чувство не было ни сильнее, ни слабее другого. Они были разными, и оба меня возбуждали. Осталось узнать, как Юлька, эта лиса отнеслась бы, если мы встретились с одной девушкой, а не с парой. Потому что, как бы она отнеслась, к тому, что мы привели в нашу спальню мужчину, я уже знаю.

Минут за пятнадцать мы с Александром разобрали пакеты. Пока он возился с джакузи, парилкой, светом и телевизором, я нарезал бутербродов, нашел посуду, накрыл стол и разогрел в микроволновке шашлыки.

Посидев, потягивая пиво, и не дождавшись наших девчонок, мы решили попариться. Сделав один заход и ополоснувшись под душем, мы посидели еще немного. Никого.

Тогда я решил развлечь его нашими с Юлькой фотками. Если я правильно понимал Юлькин план, мы должны быть готовы к продолжению банкета, но только уже в сауне. К тому же, если уж решили приобщить ребят к нашей идее, то лучше это делать на своем примере.

Сначала я показывал Сане на планшетнике фотографии жены в различных нарядах, которые мы успели прикупить для наших утех. Там были и фотографии Юльки в нижнем белье, и в чулочках в полупрозрачных трусиках и бюстгальтере, и в наряде зайки, школьницы. Затем пошли фотографии, где мы с Юлькой в разных позах по всему дому, снятых со штатива. И только потом я начал показывать фото с Египта. Вот крупный план почти черного члена Махмеда, входящего в загорелую Юльку, с белыми полосками от купальника. Вот фото с боку, где симпатичный араб пристроился к ней сзади, а она стоит на коленях на кровати.

Александр явно заерзал. Глаза его горели, и он не отрывал взгляда от экрана планшетника. Его промокшая, после парной и душа простынь начала оживать.

В голове промелькнула мысль, что если девчонки сейчас не появляться, то мы будем очень смахивать на двух малолетних дрочеров, листающих Playboy.

Но Юлька и в этот раз не подвила. Щелкнул замок входной двери, Юлькина голова заглянула в комнату.

— А бездельничаете? — она опять скрылась, шебурша чем-то в прихожей.

— О! А где Иришка? — спросил удивленно Саша.

— Носик припудрит, и подойдет, — заявила из прихожей Юлька.

— А вам меня мало что ли? — выходя «из тени», предстала она во всей красе.

Даже у меня, видавшего Юльку в разных вариациях, челюсть упала на пол. Это был шедевр.

В черных туфлях на высоком каблуке, в черных чулках, в белых перчатках и кружевном белом чепчике, в платье горничной, с белым фартуком на черном платье, она предстала перед нами, откидывая на барную стойку махровый халат, в котором, похоже, и добежала до сауны. Она повернулась пару раз на носочках. Оказалось это вовсе не платье. Оно больше походило на фартук, завязанный на два бантика, на шее и талии. Из белья на ней были только черные стринги. Белоснежная спина, открытые плечи и попка манили и вызывали повышенное слюновыделение, в купе с испариной на лбу и зудом в паху.

Она, как цунами, неизбежно приближалась к дивану, на котором мы сидели с Александром и ступором, в который успешно и плотно сели.

— Может джентльмены нальют даме чего-нибудь? — глядя из-под ресниц, томно спросила Юлька.

Разглядев поближе этого ангела в черном, с глянцевого журнала, до меня начало доходить, что это все же моя жена, хоть и порядком выпившая. Когда мы с Александром собирались в сауну, она была «на веселее». Но, похоже, в процессе подготовки маханула для храбрости рюмку, и не одну. Потихоньку я начал приходить в себя. Я подскочил и дрожащей рукой налил три рюмки коньяка.

Юлька, не отводя взгляда от Александра, наклонилась и взяла рюмку с журнального столика. При этом, ее белоснежная грудь открылась взору. Свободное платье-фартук скрывало только соски.

Она облизала губы и опрокинула коньяк, не закусывая.

— Вот это грудь, — только и нашел, что сказать Саша. Мне показалось, что он произнес это не дыша. То есть, не вдыхая и не выдыхая. На то, что он находиться в тихом помешательстве, Юлька не обратила ни малейшего внимания. Она поставила рюмку на стол, вытерла белой перчаткой губы, на которой остался жирный след от помады, и легонько толкнув его рукой в лоб села на него «а-ля-наездница».

Саша, как загипнотизированный отвалился на спинку дивана, продолжал смотреть на нее, как кролик на удава. Юлька, не спеша, дернула бантик на шее и небрежно смахнула с плеч бретельки платья-фартука. Перед нашим взором открылась восхитительная, белоснежная груд. Она поводила плечами, и повторяя их движения, грудь колыхнулась перед самым носом Сани. Чувствовалась ее податливость, упругость и тяжесть. Соски торчали.

Александр, как монах перед реликвией, в замедленной съемке, поднес руки к груди. Тихонько сжал ее. Пальцами сжал соски и припал губами к правому соску. Юлька улыбаясь в тридцать два зуба, закинула свою голову, и ухватившись двумя руками, прижала голову Александра к себе. Наслаждаясь ласками и подставляя под его жадные губы, то одну, то другую грудь, она начала водить бедрами, трясь о его член и живот.

Я как сидел с рюмкой в руке, желая выпить за восхитительность супруги, так и продолжал сидеть, наблюдать за происходящим.

Тем временем, нащупав, уж не знаю, чем, торчащий член Александра, Юлька встала с него, откинула простынь, и уверенным движением раздвинув ноги, села на колени перед ним, ухватилась рукой в белой перчатке за выпрыгнувший ствол. Не маленькая головка была малиновой. Юлька провела своим остреньким язычком по всей длине ствола, немного поигралась с уздечкой и опустилась губами на член почти на половину. Саша со словами «Едрена кочерыжка» закинул голову назад и закатил глаза. Обработав его, как следует, Юлька также неожиданно встала, опять запрыгнула на Сашку верхом, в очередной раз толкнула его голову на спинку дивана. Одной рукой она нервно откинула мешающий ей подол платья, сдвинула трусики в сторону и пойма другой член, направила в себя.

Теперь закатывать глаза и шипеть сквозь зубы настала очередь жены. Она медленно начала насаживаться на Сашкин член. Закинув голову и ловя бедрами каждое движение, она медленно начала опускаться. Сначала до половины, затем подъем, потом опять до половины и затем уже до самого лобка. Александр ухватился за ее бедра, и сжимая ягодицы, как мог, двигался ей навстречу.

Смотреть на это у меня сил уже не было. Поставив рюмку на стол, я скинул простынь и вскочил на диван. Точащий член, с такой же, как у Сани, фиолетовой головкой не болтался, он вибрировал перед лицом супруги.

Наконец обратив на меня внимание, она через пелену полуоткрытых глаз, взглянула сначала на мой член, затем на меня: — Молодой человек! Я занимаюсь обслуживанием только номеров люкс, — произнесла фальшиво-безразлично, официальным голосом Юлька.

— Любимая… — начал было я, желая продолжить тем, что если сейчас же она не возьмет его в рот, здесь начнется конец света и закат Солнца в ручную. Но это уже после ядерного взрыва и моря крови. Но Юлька, не дождавшись моего феерического выступления, ухватилась за мой жезл рукой и обхватила его губами.

Я уже было начал размышлять, что жена у меня все же вредная стерва, которая любит потрепать нервы мужу в такой неподходящий момент, как она завела руку мне промеж ног, ухватилась за попку, и протолкнула член до самого горла. И я вам скажу… ни одно устройство в мире, разве что, кроме вакуумной бомбы, не создаст такого эффекта. Ее нос уперся в лобок, ее рука периодически прижимала мой пах к ее голове, и я со страхом начал понимать, что если я сейчас кончу, без сквозного ранения головы от спермы, моей ненаглядной никак не избежать. Это было супер ощущение. Такого она мне никогда не делала. Даже в самых яростных схватках, которые мы устраивали вдвоем дома. При этом ее бедра жили своей жизнью. Она продолжала совершать круговые и прочие хаотические движения на Александре, да так что его голова болталась по спинке дивана, как привязанный к ракетке шарик пинг-понга. И откуда в такой хрупкой девушке столько силы и темперамента?

Не скажу, что я готов был кончить, но такая процедура, на грани пытки — блаженство.

Хотя сегодня, похоже, фортуна отвернулась от меня. Юлька с Александром были «очень» заняты. И лишь я, как вперед смотрящий на корабле, имел общий обзор. Поэтому, когда в очередной раз щелкнул замок входной двери и зажегся свет в прихожей, из всех присутствующих это мог заметить только я. Я мысленно хлопнул себя по лбу, что не проконтролировал дверь, и с нетерпением ожидал появления гостя. Им мог быть кто угодно. От охранника турбазы, до заблудившегося постояльца. И он не заставил себя ждать.

В комнату вплыла умопомрачительная, длинноногая медсестра. Ее стройные ножки начинались от белых туфелек, продолжались такими же белыми чулками, которые заканчивались в нескольких сантиметрах от халата, и скрываясь под подолом халата уходили ввысь. При движении, полы халата пытались разойтись, подсказывая мозгу, что там такие же белоснежные трусики, а за ними… Приталенный фасон, грациозная осанка и смешной колпак с красным крестом довершали картину.

Иришка было вплыла в комнату, но когда зрение привыкло к освещению, и она увидела представшую перед ней картину маслом, остановилась.

Я непроизвольно подался назад, вырываясь из вакуумной ловушки ротика супруги. Член с чмокающим звуком вырвался из плена, также громко шлепнул меня по животу. Юлька с Александром подняли на меня глаза, и проследив за моим взглядом, обратили взор на вошедшую и растерянную Иришку.

Затянувшуюся паузу первым нарушил я. Подхватив рюмку со стола, с торчащим и блестящим от слюны жены, членом на перевес, я подскочил к Иришке и подхватил ее под локоть.

— Мадам! Это не то, что вы думаете, — протягивая ей рюмку и ведя к дивану, очень официальным и сдержанным голосом портье, начал я.

— Нет, конечно, вы наверняка что-то думаете, но поверьте, что это совсем другое. Вы посмотрите, в нашем отеле самая лучшая обслуга. К тому же, смею вас заверить, ведущие мировые институты подтверждают, что только массажем стенками влагалища ствола и головки члена можно достичь наибольшего эффекта расслабления.

Лицо Ирины расплылось в сдержанной улыбке. Я перевел взгляд на нашу парочку. Юлька уткнулась в шею Александра, ее плечи нервно вздрагивали. Саша, закинул голову назад, его лицо перекосила неопределенная гримаса.

Участливо помогая присесть на диван, продолжая держать Ирину под локоток, я продолжил: — Вот видите доктор. И мы ничего не можем сделать. Это какой-то неизвестный медицине случай. Судороги, мимические отклонения, задержки дыхания… Только вы сможете помочь.

Стекла в сауне выдержали. Но местные, лесные жители, по-моему, этого, если и пережили, то не все. Не хотелось бы по утру услышать «пение» заикающихся птичек. Саша ржал, как стадо бешеных лошадей и бился в конвульсиях, при этом Юлька слетела с него, и каталась по дивану, сложившись пополам. Иришка уткнулась мне в плечо и всхлипывала, расплескивая только что врученную ей рюмку коньяка.

Только теперь до меня дошло, что я натворил. Веселье и секс возможно совместить в тесной, хорошо знакомой компании. Сейчас, весь Юлькин план летел в тар-тарары.

Но на удивление ничего страшного не произошло. Обтерев слезы и носы, мы дружно сели за стол. Мы с Александром так и остались в чем мать родила, Юлька с Иришкой скинули туфли, и попивали коньяк, как ни в чем не бывало, продолжили общение. Второй раз за день преграда какой-то дистанции и холодка была сломлена.

Девчонки рассказали, как готовились к сюрпризу, как Юлька еле-еле растолкала Иришку, и что мы, забрав все готовые продукты, за исключением консервов и картошки, оставили их без закуски. И им пришлось запивать коньяк «для храбрости» водой из-под крана. Я рассказал, как чувствовал себя извращенно-голубым, после парилки, в одних простынях, битый час, в пустой сауне, показывая Сане интимные фото своей возлюбленной.

Разговор клеился, темы находились сами собой, пригубляли рюмочки и никого не смущал наш внешний вид. Как мне кажется, это и называется перейти границу.

Неожиданно, в очередной паузе, Иришка спросила: — А что за фото?

— О, это нужно смотреть, — я ухватился за планшет и начал, за вечер второй раз, хвастаться нашей с Юлькой коллекцией.

Так как я сидел между женой и Иришкой, а Александр с другой стороны Юльки, компания распалась на две части. Юльке фотки были не интересы, а Саша до них не дотягивался взглядом, постепенно они занялись своим разговором, а я рассказывал Иришке, где и когда были сделаны фото.

Увлекшись своими пояснениями, я не сразу понял, что за чмокающие звуки раздаются у меня за спиной. Обернувшись, я опять увидел Юльку, стоявшую на коленях промеж Сашкиных ног и воодушевленно работающую ротиком над его членом.

Естественно, я забыл про всякие фотографии и положил руку на ножку Иришки, она была не против. Так как долго она там находиться не могла, то медленно двинулась в сторону источника этих самых ножек, задирая халат.

Я положил планшет на стол, намереваясь запустить промеж них не только руку, но и свой шаловливый язычок, как случилось страшное.

Как мне и казалось, фортуна отвернулась от меня. Похоже, положенный планшет был сигналом для моей суженной к действию. Она оторвалась от своего благодатного занятия, схватила планшет и протянула его Иришке, со словами: — Доктор, вы нам не поможете?

Иришка, хлопая ресницами, как бабочка-махаон, ошарашенная таким поведением Юльки, как и я, неуверенно взяла его в руки. Тем временем, Юлька развернулась к Саньке спиной, поймала его член рукой и направила в себя. Немного поерзав и устроившись на его торчащем члене, Юлька ухватила меня за руку и потянула на себя.

Поучилась неплохая фигура. Сидя верхом на Саньке, лежащем на диване, к нему спиной, Юлька уперлась одной рукой в журнальный столик, а второй, ухватившись за мой наполовину восставший член, смаковала головку, изредка проводя языком по яичка.

Иришка, наверное, чувствуя себя изгоем, покрутила планшетник в руках и вздохнув, включив режим камеры, начала нас фотографировать. Я с огромным сожалением подумал об этом бесхозном чуде на длинных, сексуальных ногах в белом халате, блуждающем в полумраке вокруг нас и положив руку на голову жене, начал мстить.

Юлька, не сильно обращая внимание на мои душевные терзания, быстро довела меня ротиком до полной боевой готовности и облизывая губы, развернувшись, села на Сашу лицом к нему. Затем, обернувшись и ухватив меня за торчащий член, потянула к себе, ложась на Саню.

Я помучался, пристраиваясь промеж их ног и упираясь коленями в диван, но было очень не удобно.

— Давайте на пол, — уже измучавшись, скомандовал я, поглядывая на снующую вокруг нас медсестру.

Юлька зло зарычав, соскочила с Александра, дернула последний бантик своего платья-фартука и швырнула его на диван. Саня кинулся на пол, мотыляя своим сверкающим членом, как парусная яхта мачтой, замер в ожидании прекрасного. Юлька опять села на него, насаживаясь на его немаленький стержень, и после успешного введения, легла на его грудь, обхватив его голову, и ожидая моего участия.

Долго меня ждать не пришлось. Деловито сдвинув ноги Александра вместе и раздвинув ножки супруги, я опустился на колени. Одну руку положил на Юлькины бедра, другой, ухватившись за член, приставил его к анусу супруги. В голове промелькнула мысль: «Ну наконец-то. В два ствола, в две дырочки». С Юлькой мы практиковали двойное проникновение, но моим напарником до этого был наш силиконовый «дружок». А здесь с реальным партнером. Я подмигнул Иришке, типа смотри, ты такого еще не видела… но не тут-то было. Юлька повернулась ко мне в пол-оборота, и раздраженно произнесла: — Не туда, — а затем, немного подумав, добавила, — Не сейчас.

Ну, если «не сейчас», то это обнадеживает, — подумал я. Еще больше раздвинул колени, практически усевшись на ноги Саши и прижав свой член к его члену, я подался бедрами вперед. Хоть смазки было и достаточно, головка с трудом погрузилась в лоно моей супруги. Дальше двигаться он отказывался. Мне пришлось ухватить Юльку за бедра двумя руками, и притягивая к себе практически натянуть ее на два члена. Юлька, издав блаженный стон, замерла, привыкая к ощущениям. Хорошо хоть то, что Александр, облизывая губы и таращась во все глаза на Юлькино лицо в гримасе сладкой боли, не проявлял инициативы. Сжав ягодицы, он пытался, как можно глубже проникнуть своим членом в лоно моей жены. Юлька, немного привыкнув к ощущениям, уперлась руками в пол, за головой Александра и подалась вперед. Я не выпуская одной рукой ее бедра, ухватился другой за плечо и когда наши с Александром члены вышли на половину, вновь потянул ее за плечо. После пары таких движений киска Юльки уже достаточно растянулась и увлажнилась и дело пошло гораздо веселее.

Теперь уже мне не приходилось удерживать Юльку. Она с таким рвением насаживалась на оба наших члена, что Александр стал по чуть-чуть скользить по полу вниз. А Юлька, упершись руками в пол, просто уже таранила нас своими бедрами, изредка совершая круговые движения, и чтоб не улететь назад, мне пришлось двумя руками ухватиться за ее талию, подаваясь навстречу. Через пару минут такой скачки, Юлька начала сквозь зубы на всю комнату вещать: «Да-да-да, О-да-да», и упав на грудь Саше, вцепившись пальцами в его шевелюру, забилась крупной дрожью. Похоже, Александр тоже был на пределе, потому что, обхватив мою любимую за талию двумя руками начал долбить ее, забыв про меня, а затем, ухватившись за ее бедра и вовсе почти встав на мостик, стал вгонять свой член по самые яйца. Через десяток движений он зарычал, замер на мостике, его бедра были, наверное, в полуметре от пола. Так содрогаясь всем телом и мелко дрожа перетружденными ногами в частности, он тихонько опустился на пол и замер, изредка вздрагивая. Юлька замерла вместе с ним, тихонько всхлипывая и гладя его по голове.

Я в очередной раз остался не у дел. Уже когда моя ненаглядная бестия начала проявлять свой бешеный темперамент, карусель удовольствия выкинула меня на обочину, а по-простому, при такой амплитуде, мой член выскочил из уже начинающей конвульсивно сжиматься киски жены. До оргазма мне было далеко, да и ломать кайф этой темпераментной парочке сексуальных маньяков, останавливая и сбивая с набранного темпа, пытаясь вернуться в лоно жены, тоже не хотелось. Так, стоя на коленях над затихшей на полу парочкой, с блестящим членом на перевес, я перевел взгляд на Иришку.

Она сидела на краю журнального столика, нога на ногу. Одной рукой она держала планшет, направленный на нас. Похоже, она догадалась поставить режим видео. Другой рукой она мяла через халатик свой сосок. При этом ее ноги, вместе с попкой то напрягались, то расслаблялись. Она заплела свои длинные ножки в косичку, и сжимала их, ерзая на краю стола, как будто хочет в туалет.

Почувствовав, что я на нее смотрю, она перевела свой затуманенный взгляд на меня. Ну, наконец-то. Теперь меня не смог бы остановить даже танк. Как ледокол по чистой воде я, поднимаясь, двинулся на нее. Она, испуганно хлопая ресницами, замерла, не сводя с меня глаз. Аккуратно взяв планшетник и швырнув его на кресло, я взял ее за руку, и переступая через лежащую на полу парочку, подвел к дивану, развернул и буквально бросил Иришку на него. Иришка хлопнулась попой на диван, завалилась на спину, продолжая хлопать ресницами, и не произнося ни слова. Я опустился перед ней на колени, развел ноги, и дернул в разные стороны полы халатика. Кнопки веселой дробью поддались натиску, обнажая загорелые ножки, и маленькие, полупрозрачные стринги. Также, не произнося ни слова, я отвел полоску трусиков в сторону, мимоходом отмечая красные, набухшие губки ее нежного бутона. Ухватился за одну ножку и потянул на себя. Взявшись за член и проведя по мягким, влажным губкам, я без лишних слов вошел в нее. Иришка, будто этого и ждала. Запрокинув голову и расстегнув последнюю, верхнюю кнопку, освободилась от халатика, обнажая свою грудь, взялась за нее двумя руками. Закинув вторую ногу себе на плечи, ухватившись за бедра, и спустил ее еще ниже, так что ее попка повисла в воздухе, вошел в нее по самые «помидоры».

Я не спешил и не торопился. Смакуя, наконец-то, каждый миллиметр ее тела, киски, ощупывая ее поджарое тело взглядом, я начал погружаться в горячий омут ее влажной страсти. Руки и ноги Иришки покрылись мурашками. Я целовал ее ножки везде, где смог дотянуться, не прекращая медленно и глубоко входить в нее. Положив руку на низ живота, и слегка отклонившись назад, я чувствовал через ее шелковую, горячую кожу, как ходит внутри мой член. Я натягивал ее так, что ее бедра поднимались под напором моего члена, я менял темп и глубину проникновения. Иногда я полностью выходил из нее и затем с размаха входил снова. В общем, я ловил кайф и неспешна наслаждался самим процессом. Иришка, похоже, приняв правила моей игры, расслабилась, обмякла и кажется каждым миллиметром своей упругой, горячей, влажной киски, также изучала каждую клеточку моего члена. Это было блаженство. Мне казалось, что мы сможем заниматься этим вечно. И только я об этом подумал, как сразу внутри появился недовольный червячок, который, почему-то безапелляционно потребовал большего. Иришка, похоже на ментальном уровне, увидела это самое насекомое и начала водить бедрами, упираясь пяточками мне в спину и прижимаясь ко мне.

Я подхватил ее под попку и аккуратно опустил ножки. Она плавно соскользнула с моего члена и медленно сползла с дивана, сев на пол. Не открывая глаза, она на мгновение замерла, ожидая моих действий. Я потянул ее за руку, она, не открывая глаз, плавно, как во сне развернулась ко мне спиной, встав на колени. Я подвинул ее вперед, пока ее бедра не уперлись в диван. Оперся одним коленом на диван и ввел на половину член. Поставил вторую ногу на диван, ухватил ее за плечи и медленно вошел до самого конца, так, что упругая перегородочка, между киской и попкой уперлась в основание члена, а член захрустел. Головка скользнула по матке, и растянув упругие стеночки пещерки остановилась где-то посреди моего и суди по стону ее сердца.

Я владел этой женщиной, прошелся по струнам ее сокровенных желаний и попал в точку. Ее пальчики, положенные на спинку дивана, сжались в кулачки, она опустила голову и выгнула спину. Второй раз за день я наблюдал эту упругую, гибкую, загорелую спинку, напряженную как тетива. Выждав мгновение, я не вынул член ни на миллиметр, я просто ослабил давление и снова плавно надавил, опять скользнув по матке и растянув ее киску. Иришку передернуло. Я повторил движение. Еще и еще раз. Медленно, делая паузы между движениями. Иришка застонала, подалась на меня бедрами, давая понять, что время играть закончилось. Тогда я взялся двумя руками за ее плечи и начал размашисто, вынимая на половину и вгоняя до конца член, начал таранить этот сладкий бутон. Я забыл про свои ощущения, перестал чувствовать член, просто наблюдал, как Ирина водила бедрами, а моя головка скользила по этому твердому бугорку матки, растягивая ее киску, то с одной стороны, то с другой.

— Пора бы подумать и о себе любимом, — подумал я. Нужно сосредоточиться на ощущениях, поймать тонкую грань, похожую на границу между водой и воздухом и по этой тонкой границе подняться на волну удовольствия.

Только внизу живота начал разгораться огонь, как на диван заскочила моя ненаглядная. Я мысленно обматерил ее на чем свет стоит. Юлька, на четвереньках, грациозно, как кошка подползла к Ирине. Провела рукой по моим яичкам, Иришкиной киске и поднырнув под нее ухватилась одной рукой за сосок, поймала губами второй, а свободной рукой хозяйничала со своей киской. Иришка подхватила ее за голову, плотнее прижала к себе, издав протяжный стон. Затем потянула Юльку за волосы, пока Юлькино лицо не оказалось напротив ее, и страстно, как любовники, в засос, впилась в ее губы. Это был долгий и страстный поцелуй. При этом Иришка так сжимала и оттягивала за сосок Юлькину грудь, что я думал она ее оторвет. Затем Иришка впилась губами во вторую Юлькину грудь, а Юлька уже на половину лежа на спинке дивана, ухватила ее за голову, прижимала к себе.

Я продолжал долбить бедную Иришкину киску, но все мои потуги нащупать нить собственного удовольствия эти две бестии превратили в пыль.

Юлька, подтянувшись на руках, села на спинку дивана, подставляя свою мокрую, в собственных соках и сперме Александра киску к лицу Ирины. Та без колебаний впилась в нее губами. Юлька, виляя бедрами, и подставляя то киску, то клитор под неугомонный язычок Ирины, запустила пальцы в ее волосы, сильнее прижала к себе ее лицо. Через пару минут терзаний, к своему язычку, Иришка добавила два пальчика, вогнав их до основания. Юлька перехватила ее руку, и судорожно перебирая трясущейся рукой, направила в себя все четыре пальца Ирины. Затем, она, ухватив ее за запястье, медленно, оскалив сжатые зубы, буквально насадилась на ее ладонь до основания большого пальца. Поняв ее желание, Ирина начала долбить ее уже своей рукой, то рыча, то всхлипывая. Юлька опять ухватив ее за волосы, крепко прижала к себе, второй рукой сжимая грудь и сдавливая сосок между большим и указательным пальцами.

Еще через минуту, Иришка протяжно замычала, забилась в мелкой дрожью и как-то быстро обмякла. Она сначала губами, потом щекой сползла по ноге Юльки и безвольно затихла на диван. Юлька сперва, не поняла, что произошло, пыталась заставить ее двигать рукой, но та выскользнула из ее киски и безвольно упала рядом со своей хозяйкой. Я прекратил попытки наконец сегодня кончить, выпустил из рук Иришкины бедра и она сползла на пол, положив голову на руки и плотно сжав ноги.

Моя ненаглядная, ничего невидящим взглядом, как-то разглядела мой многострадальный, торчащий в потолок член, быстро соскользнула на диван, ухватилась за него, и обхватив меня ногами, жадно притянула меня к себе, судорожно попадая членом в киску.

— Ну сейчас я на тебе отосплюсь, — было ухватился, как пятнадцать минут назад за Иришку, вогнал до конца свой член в жену. Ага. Не тут-то было. После нашего с Саней дуплета, Иришкиной руки и с Саниной спермой в киске на перевес, член гулял в ней, как карандаш в стакане.

Это поняла и моя дорогая, водя взглядом в поисках альтернативы. Ага. Сейчас. Хватит. Я закинул ее ноги выше, прижал большим пальцем член, и вошел головкой в Юлькину попку. Юлька, было, сжала губы, но прислушавшись к ощущениям и поняв, что ничего страшного не произошло, а если и произошло, то уже, подалась вперед. Мой мокрый, изнывающий и требующий разрядки член вошел до конца. Попка была расслаблена, но мышцы жадно обхватили через мгновение член. Это совсем другое дело. Это мы сейчас. Это мы мигом. Процесс пошел.

Юлька тем временем потянулась куда-то в сторону. Я только сейчас заметил, неизвестно когда подсевшего на диван Александра. Он сидел рядом с Юлькой, вполоборота к ней, поджав одну ногу и не сводя глаз с моего члена, входящего в попку жены, не обращая внимания на нас, наяривал свой на половину вставший член.

Юлька тянулась к его члену. Да что ж такое-то. Саня, заметив ее желание, встрепенулся, подскочил, и поднес свой член к ее лицу. Юлька, поймав губами его член, ухватила его за ягодицы, притянула к себе и всосав наполовину член, начала его сосать, как чупо-чупс. Похоже, Сане этого было мало. Он пытался водить бедрами, водить рукой Юлькину голову, но, повернув голову набок, делать это было крайне не удобно. Тогда Александр не долго думая, перекинул через Юльку ногу, уперся лбом в спинку дивана и приподняв обеими руками голову супруги, начал просто трахать ее. Нет. Минетом назвать это невозможно. Да и сказать, что он давал ей на рот, тоже язык не повернется. Он просто сношал голову моей жены.

Тем не менее, Юлька ухватилась одной рукой за его ягодицы, начала задавать темп движений, пытаясь, как можно глубже запихнуть Сашкин член себе в горло. Второй рукой она растягивала мокрые губки своей киски и игралась с клитором. Через минуту ее пальчики уже летали по лобку, еле задевая клитор, а еще через минуту, средним и безымянным пальцами она гуляла у себя в киске, и я чувствовал их через тонкую перегородочку. Не прошло и минуты, как она вогнала их, насколько позволяла длина, а я головкой почувствовал кончики ее пальцев, сжала до белизны ладонь и замерла. Затем разразился гром. Ее свободная рука согнулась, пальчики изобразили неестественную фигуру, будто их свело судорогой, она свела колени и прижала их к груди. Затем ее начало трясти, она конвульсивно то прижимала колени к груди, то выпрямлялась, толкая ими меня. Мне еле удалось удержать ее. Так продолжалось секунд десять, затем она начала затихать. Это было так страстно, так по-животному. И я понимал, на какой вершине кайфа сейчас находится моя любимая.

При этом мышцы ее попки так сжимались, как будто пытается выжать мой член насухо. На меня начала накатываться долгожданная волна оргазма. В три толчка я догнал ее. Мир рухнул, свет потушили, я исчез и где-то очень далеко внизу, горячие струи били фонтаном, наполняя попку моей Юльки спермой. Через какое-то время свет потихоньку начал включаться, мир проявляться. Первым проявился Александр. Он ошарашено, вполоборота, таращился на нас, не понимая, что происходит. Юлька повернула набок голову, и его член выскочил из ее рта, шлепнув ее по щеке.

Я тихонько опустил ноги жены на пол, сел на пол. Юлька так и осталась на половину лежать на диване, на половину опираясь на сведенные вместе ноги.

Александр, в очередной раз убил меня. Какими-то неуклюжими, резковатыми движениями, как будто его дергает за ниточки неумелый кукловод, соскочил с дивана, быстро занял мое место. Не церемонясь, он, по моему образу и подобию, закинул себе на грудь Юлькины, ватные ноги, и без каких-либо церемоний, вогнал свой член в еще не закрывшуюся попку моей жены.

— Что за бестактный поросенок, — только и промелькнуло у меня в голове. А как же чувства и состояние партнера? К тому же, что за интерес пытаться поиметь практически бездыханное, неподвижное тело.

К счастью, через десять секунд он запрокинул голову, коротко и резко выдохнул, выгнулся назад, подняв Юльку так, что на диване остались только ее голова и плечи, начал кончать, вогнав свой член до невозможности. Практически мгновенно его член сдулся и выпал из Юлькиной попки. Из открытого отверстия на пол потекла наша с Александром сперма. Саша опустил Юлькины ноги на пол, продолжая стоять на коленях, подхватил ее под попку и медленно лег на ее еще не успокоившуюся, мокрую грудь, замер.

— Да. Похоже, один другого стоят, — подумал я, глядя на угомонившуюся парочку.

— Что один, что другая, за нормальный оргазм отдадут все… или заберут.

Только теперь я заметил Иришку. Она так и сидела возле дивана, на полу. Похоже, в себя она пришла давно и наблюдала за нашей троицей. В глазах читалось и удивление и интерес. Почувствовав мой взгляд, она глянула на меня, извиняющись улыбнулась, встала и направилась к джакузи, прихватив со стола планшет.

Я налил себе пива, с жадностью выпил полбокала. Первой из парочки очнулась Юлька. Она небрежно спихнула с себя Саню, как будь-то проснувшись, поправила неуверенным движением волосы, взяла у меня бокал, сделала пару жадных глотков, чмокнула в носик и шатаясь направилась в душ. По ее ногам текла сперма. Подходя к душевой, она чуть не вписалась в угол, но что-то бормоча, со второй попытки таки попала в проем.

Когда в душе зашумела вода, зашевелился и Александр. Он на корточках подполз к столу, налил себе пива, и кряхтя плюхнулся в кресло. Пока Юлька плескалась, а в таких случаях она любит это делать обстоятельно, Александр допил пиво и успешно захрапел. Я забрал у него пустой бокал, выдвинул кресло-кровать, он не открывая глаз, приподнял ноги, и также, не открывая глаз, еле заметно покачал головой и слегка расплылся в благодарной улыбке. Когда сыграло сиденье, он чуть встрепенулся, но затем сполз, растянулся на узкой кровати-трансформере, повернулся набок и засопел.

Только я закончил с Сашей, из душа выплыла моя Ненаглядность. В чувства она пришла, но силы, похоже, к ней еще не вернулись. Она озорно подмигнула Иришке, проходя мимо спящего Александра, не сильно обращая внимание, что он спит, потрепала его по волосам, налила и залпом выпила полстакана сока. Подошла ко мне, вяло, но в засос поцеловала и упала на диван, отвернувшись от всех к спинке дивана. Я достал из тумбочки одеяло, накрыл ее. Она даже не пошевелилась. Я аккуратно выдвинул диван, превращая его в полноценную кровать, налил два бокала пива и с чувством выполненного долга направился к Ирине.

Какая же она, все таки, изысканная и элегантная. Эта длинная, тонкая шейка, эти нежные плечики, эта грациозно лежащая на бортике джакузи рука. Такие поэтические черты лица, освещенные светом планшета, задумчивый, умный взгляд.

Я протянул ей бокал, галантно спросил разрешения присоединиться, и получив его, аккуратно залез в теплую, бульбулирующую воду, присел рядом.

— Чего смотришь? — как можно непринужденнее спросил я.

— Да, вот. Ваши с Юлькой фото.

— Как тебе сегодняшний день? — пытаясь вывести на разговор, продолжил я.

— Нормально.

— Я про наши, сегодняшние отношения, — уточнил я.

— А ты знаешь, мне понравилось. Я думала, Саша это не так воспримет. Да и для меня это было несколько неожиданно. Но мне понравилось, — немного задумавшись, с паузами, взвешивая каждое слово, ответила она, взглянув мне в глаза.

— Юлька, конечно, намекала на нечто подобное, но я воспринимала это как шутку. Неосуществимую фантазию. Мне казалось, что в последний момент обязательно все сорвется, поэтому относилась к этому спокойно. А когда все произошло, и Саша был не против, бояться было уже поздно, — Иришку будто прорвало. Оказывается она не прочь пообщаться на эту тему, нужен был только толчок. Может, поэтому она и залезла в джакузи, вместо того чтоб лечь спать.

Потом мы немного обсудили, что ей понравилось, что не очень. Иришке понравилось все, а по вещам, которые ей, возможно, не понравились, она дипломатично отвечала, что еще не разобралась в чувствах.

— Так чего ты тогда такая грустная? Устала? — спросил я.

— Есть, конечно, немножко, но дело не в этом, — Ирина сделала паузу, как бы обдумывая, стоит ли со мной делиться чем-то сокровенным, но потом все же решилась: — Саша сегодня выпил. Давно его таким не видела. Но, тем не менее, ему сегодня все очень понравилось. Я видела его горящие глаза, и сумасшедшее желание. Если завтра, протрезвев, его не накроет ревность или еще какие-нибудь тараканы не вылезут, то повторить завтра сегодняшние приключения, и он будет на седьмом небе. Я знаю, что и вы с Юлей этого хотели. Она мне рассказывала про ваши встречи с арабом в Египте, и про то, как после этого у вас в постели все просто супер. Только фотками не хвасталась. И про то, что вы хотели бы повторить это уже здесь, дома. У нас с Сашей бывают проблемы, в том числе и в плане секса, и я как с лучшей подругой, с ней делюсь. Вот она и предлагала мне разнообразить нашу семейную жизнь. Игрушки там разные, белье, ролевые игры, попробовать пригласить третьего. Даже пару раз, когда мы с Сашей серьезно ругались, предлагала прийти к вам в гости и вы меня, якобы, утешили бы, — Иришка усмехнулась, и сделав паузу, промочила пересохшее горло пивом.

— У вас, девчонок принято так подробно делиться интимными подробностями? — решил занять паузу я.

— Не больше, чем у мужчин, просто мы с Юлькой некоторое время были больше, чем подруги, — и поняв что брякнула лишнего, прикусила язычок. Искоса взглянула на меня, пытаясь понять, заметил ли я ее оговорку.

Я тихонько толкнул ее плечом, плеснул в бокал еще пива и спокойным голосом добавил: — Да не парься, Ириш, у нас с Юлькой тайн давно уже нет. И про всех своих бывших она мне все рассказала, и про то, что любила встречаться с ребятами намного старше себя. Меня даже одно время эти ее рассказы заводили до ужаса. Потом попустило. Давай рассказывай, что там между вами было.

Иришка немного помялась, а затем продолжила: — В общем, в одно время встречалась она с одним парнем, влюбилась в него по уши. А он, естественно, оказался подлецом, как говориться по-матросил и бросил. Юлька, после этого возненавидела всех мужиков. Нам тогда было неполных семнадцать лет. Я в то время мальчиками не увлекалась сильно. Да и была худенькая, невзрачная, за мной особо-то никто и не бегал. Мы вместе проводили практически дни и ночи. Но если мне этого особенно-то и не хотелось, то Юлька к тому времени уже около полугода жила полноценной половой жизнью. Просто так взять и перестроиться у нее не получалось, ходила, как не своя. В общем, в один прекрасный вечер, родители уехали с ночевкой на дачу, мы взяли где-то бутылку вина, и хорошенько посидели. Разговор зашел про парней. В итоге договорились, что они, конечно козлы, но без них тоскливо. Потом пришли к выводу, что не без них тяжело, а без секса. Пообщались о том, кто как себе помогает в этом. Слово за слово, очутились в спальне. Мне так нравиться, а меня вот это заводит.

Короче и не заметили, как начали друг друга ласкать. Юлька взяла инициативу в свои руки, и направляя мои действия в нужное ей русло кончила, так зажала ногами мою руку, думала вывих будет. Да и напугала меня своими конвульсиями. Потом отошла, давай пытаться меня удовлетворить, но у меня ничего не получилось. Да приятно, да здорово, но до конца дойти у меня никак с ней не получалось. Толи расслабиться не получалось, толи еще что. В общем, занимались мы этим больше месяца. Естественно, инициатором всегда была Юлька. В принципе и результат один и тот же. Она кончала, как бешенная, а у меня не получалось, аж завидки брали. Через месяц я уже взвыла от такой несправедливости, я стала себя чувствовать неполноценной. Подготовила речь и пообщались. Сказала Юльке, что, наверное, я не совсем правильная и удовольствие с женщиной получать не могу, а только с мужчиной и это не мое. Она конечно, сперва, на меня дулась, но потом успокоилась, — пожав плечами, закончила Иришка, — поэтому у нас несколько другие представления о дружбе и подробностях про интимную жизнь тоже.

— Ах, Юлька, ах тихушница, — наиграно-возмущенно подытожил я.

— Но ты же Юльке не расскажешь? — немного заговорческим голосом спросила Ирина.

— Ты шутишь? После сегодняшнего дня все ваши розовые тайны мадридского двора не актуальны. А уж после того, как ты чуть Юльку не изнасиловала при живом муже и подавно, — рассмешила меня своими смешными страхами Ирина.

— Ты мне лучше расскажи, что тебя смущает во всей сегодняшней ситуации. Вроде начала рассказывать, а я тебя перебил, — решил вернуться к начатому разговору я.

Иришка нахмурила бровки, вспоминая, с чего мы начали, и просветлев: — Ах да! К нашим баранам! Да чего там рассказывать? В общем, я не такая темпераментная и ненасытная, как Юлька. Я не могу, как она дни и ночи на пролет заниматься этим. У нас с Сашулей это бывает два-три раза в неделю и мне вполне хватает. Нет, конечно, бывают периоды, когда мне хочется двадцать пять часов в сутки. А если у Сашули срочный заказ, и приходит за полночь уставший, так хоть на стенку лезь.

— Вот для таких случаев и нужны друзья, как мы, — вставил я.

Ирина пропустила мою ремарку мимо ушей, выдержав паузу, продолжила. Я же подумал, что эта пауза означает, либо «можно я договорю», либо «над твоим предложением я подумаю, но не сейчас», а может ей стало обидно, что у них в семье не все так легко, просто и при этом насыщено, как у нас. В любом случае, я решил, если Ирина решилась на такой не простой разговор, то незачем вставлять свои пошлые ремарочки.

— В общем, — продолжила Ирина, — Представь, Сашу все устраивает в таких встречах, вы более, чем не против, да и мне понравилось. Встречаемся мы, у меня раз все замечательно получилось. Но больше я не хочу. Так что мне себя заставлять? Имитировать страсть, оргазм? Или собираться домой, оставить у вас мужа, если вы еще не наигрались? Я просто уверена, что как только все наладится в наших отношениях пара на пару, я буду слабым звеном, из-за чего будут проблемы в семье с мужем и лучшей подругой.

— Ты скорее неуверенна в том, что все получиться, чем уверена, что не получится. — здесь прорвало уже меня. Только все начало получаться, как может рухнуть из-за банальных сомнений и страхов, — Во-первых, ты принижаешь свой потенциал. Сколько раз за сегодня у тебя получилось кончить? Раз с Саней и два раза со мной в доме, да здесь еще раз. Тебе этого мало?

Ирина, похоже, только сейчас осознала, сколько всего за сегодня произошло. Она подняла глаза, часто моргая и, похоже, вспомнив все эпизоды, искренне от себя такого не ожидала, но тем не менее: — Это или на меня что-то нашло, или вы мне что-то подлили, — с довольной от себя самой улыбкой, с фальшивым возмущением ответила она.

Фу-ф, если так, то не все так плохо. Если улыбается, а не впадает в уныние, значит, либо хочется, но сомневается, либо цену себе набивает, чтоб уговаривали.

— Да, да. Ты меня раскусила. Юлька вчера котлеты пересолила, так я тебе подсыпал, чтоб ты ее бесчеловечно, до беспамятства сегодня изнасиловала. Только ей не говори, а то она выкрадет у меня порошок, объестся и придет тебе мстить, — почти заговорческим шепотом произнес я.

— А почему мне-то? Ты ж подсыпал? — удивилась, уже довольно выпившая Ирина.

Я не стал вдаваться в подробности, махнул рукой: — Да вас женщин не поймешь, но уверен, что тебе.

Мы весело с Иришкой похихикали, и я продолжил: — Во-вторых, ты думаешь, мы с Юлькой сразу взяли, и все стало в шоколаде. Нет, естественно, как начали вместе жить, так месяца три из постели не вылезали, проходу друг другу дома не давали. Потом началась рутина, работа, первые ссоры. Первая наша неделя без секса. Постепенно секс стал превращаться в обыденность, обязанность. А любая обязанность отбивает желание. Так, через полтора-два года, секс у нас был тоже 2-3 раза в неделю. Как говориться, только для того, чтоб выпустить пар.

Вода в джакузи остыла, да и надоело сидеть в воде, и я предложил Иришке перейти в парную, пообещав приоткрыть дверь, так что жарко не будет. Она быстро согласилась, как будто самой до чертиков надоело киснуть в воде. Я сходил за еще одной бутылкой пива, укрыл Александра, скрючившегося на кресле-кровати, проверил супругу, поправил одеяло и вернулся. Помог Ирине выбраться из джакузи. Блин, за время беседы, в полумраке, я и забыл какие длинные у нее ножки, какая сногсшибательная попка и какая она грациозная в движении. Сейчас, в каплях воды на загорелом теле, в луче света от парилки она была умопомрачительна. Мы зашли в парилку. Иришка села на вторую полку, поджав под себя ножки, на постеленное мной полотенце. Я приоткрыл дверь, повесил на дверь одеяло, чтоб свет через стеклянную дверь не попадал на спящих. Да и для себя спокойней, зачем нашим половинкам знать, что мы здесь сидим.

Разлив по бокалам свежее пиво и присев рядом с Иришкой, я взял ее за руку. Пальчики были, как лед, по ней побежали мурашки, и ее передернуло: — Да ты совсем замерзла. Чего сразу не сказала?

— Мы так здорово общались, не хотелось прерывать, — потупив взгляд, сказала Ирина.

Эти слова мне были, как бальзам на сердце. Иришка была для нас с Юлькой, а особенно для меня приобретением на миллион. Кроме отменной фигурки и темперамента, она была еще и отличным собеседником. Умная, спокойная, рассудительная, и с ней можно было пообщаться теперь на любые, даже самые интимные темы. Если еще и Александр в этом ее поддержит, то сегодняшний день будет для меня самым счастливым в жизни. Встретить очаровательных, красивых людей, да еще которые полностью поддерживают нас с Юлькой в нашем довольно необычном начинании. Нет, конечно, мы естественно, были знакомы давно, но сегодня они вступили в наш с Юлькой закрытый клуб, и влились в него настолько удачно и естественно, что и мечтать о большем нельзя.

Я, в виде комплимента изложил Иришке эту мысль, и поцеловав ручку, продолжил: — Так, вот. Был у нас с Юлькой тоже такой период, когда секс у нас был 2-3 раза в неделю, и то, если не ругались. В пятницу, после очередной ссоры, за бутылочкой примирительного вискаря, мы подняли эту тему. Если два человека живут вместе, любят и уважают друг друга, то они могут быть и друзьями. Но если это муж и жена, то основное, что поддерживает их союз — это страсть друг к другу, секс. Секса у нас явно не достаточно. Обсуждая причины «почему? », мы сошлись на том, что была у нас общая для двоих зона, отведенная в голове на секс. Общепринятые позы, поведение в постели, которое ничем не отличалось от поведения в обыденной жизни. Но у каждого были свои замечания друг к другу, о которых мы молчали, свои тайные желания, которые боялись высказать. А тот объем, что был доступен обоим, себя уже исчерпал.

Секс в ванной, на кухне и в зале на креслах мы отмели, как не практичный. Приходя поздно и уставшие домой, сил хватало на поход за продуктами, какие-то дела по дому. Общались мы практически только во время ужина, потом душ, десять минут в постели и спать.

Еще одна проблема — время. Движение после работы домой у нас занимало вместо 20-30 минут часа полтора-два. Юлька не пропускала ни одного бутика, поглазеть на сумочки, туфельки, примереть кофточку, у меня маршрут проходил, естественно, через магазины оргтехники, «Охота и рыбалка». Она могла посидеть с подружками в кафе, я с мужиками с работы за кружечкой пивка. Каждый вечер находились какие-то неотложные, домашние дела. На общение времени не оставалось. Затем стали пропадать и общие темы для разговоров. Так, про работу, про хозяйство.

Решили, что если нам дорог брак, если мы до сих пор любим друг друга, то сделаем это. И сделали. Решение было простое. Менеджмент времени. Первое. С работы домой. На домашние дела один день в выходной. И ты знаешь, не сразу, но через пару месяцев все получилось. С пятницы определяли продукты на неделю. В выходной, с утра я мчал за продуктами, Юлька стирала, занималась уборкой. Я привозил продукты, занимался мужской работой по дому или помогал ей убираться, она готовила. В итоге, у нас получалось, что мы просто на всякую рутину и неорганизованность за неделю теряли полноценный день. День, который могли провести вместе.

Конечно, всегда возникают непредвиденные дела и ситуации, но в целом набегает целый день, который, теперь мы вернули себе.

Теперь вопрос постели. Мы решили, что разойдемся по комнатам и напишем, то, что нас не устраивает друг в друге, напишем свои самые сокровенные желания. И ты знаешь, стоило отнестись к этому без формализма, только потому, что это именно нам нужно, и никто за нас это не сделает, как все пошло, как по маслу.

Через полчаса мы встретились на кухне и положили на стол наши бумажки. Там не было ничего не осуществимого, того, чтобы мы не смогли сделать друг для друга.

Юлька считала, что все, что я делаю перед сексом, исключительно для собственного возбуждения и абсолютно плюю на ее состояние. Ей хочется, чтоб у нас это было более романтично, продолжительнее. Ей хотелось, чтоб иногда я проявлял больше страсти, жесткости, может, даже инсценировал даже изнасилование. Ей хотелось, чтоб ее связали, завязали глаза, может даже грязно обзывали. Я еще обещал ей, что за этим дело не станет, даже просить не нужно. Смеялись, как дети. Одним из спорных пунктов было желание «попробовать», слышишь, попробовать секс с женщиной. Знал бы я вашу историю про месяц совместной жизни с тобой тогда. У меня тоже был пункт, пригласить к нам в постель женщину, но Юлька заявила, что имела ввиду лесбиянку, и если в их встрече буду участвовать я, то должен быть готов, что в нашей постели появиться мужчина. Конечно, тогда я состроил ей фигуру из трех пальцев. Хотя через год сам привел араба в нашу спальню.

У меня были более, чем конструктивные предложения. Первый пункт был, конечно, «в попку». Что касается прелюдий, то, тоже было что предъявить. Минет на пару минут, для понимания, что у нас в семье он имеет места быть — не дело. Вот бы по полной программе и до конца… К тому же я подарил пару замечательных чулкочков. Почему бы их не одевать вместе со шпильками? И вообще. Нарядиться школьницей или домработницей не стоит ничего, кроме 2-3 тысяч за костюм. Но это уж точно не проблема.

Меня тут же обвинили в несуществующей измене с неизвестной школьнице. Я тут же апеллировал ее странным желанием, заняться сексом с завязанными глазами, мотивируя тем, что она будет представлять с собой другого мужчину. Опять вернулись к теме группового секса, но уже не так явно в мою сторону.

Вечерок был тот еще, насчет обоюдных предъяв, но секс был, как в первый раз. Я спал с совершенно другой женщиной. Страстной, неуемной, открытой, и был счастлив, мы открылись друг другу. Как камень с души упал.

Иришка слушала всю мою триаду, как откровение, молча и не перебивая. Потом, помолчав, выкатила арбуз, от которого у меня челюсть упала на пол.

— Вы большие молодцы, что у вас все так получилось. И Юлька. Храбрости позавидовать можно. Но вопроса это не снимает. Ты же видел, как Саша смотрел на Юльку, когда вы с ней… ну… не туда занимались. Он теперь с меня он не слезет, — с печальным видом подвела черту Ирина.

Вдохновленный собственным монологом, я готов был свернуть горы. Но не тут-то было.

— Понимаешь, мы с Сашей пробовали в…, ну, туда. Было больно, и у нас ничего не получилось. Я очень его люблю. Но любовь не должна же быть через боль? Правда? — как бы спрашивая меня

— Упаси бог, все, что по-любви должно быть только по взаимному согласию и приносить удовольствие обоим, — на автомате ответил я, до сих пор не понимая о чем речь.

— В общем, даже, если по твоим словам я такая вся страстная и сексуальная, — ее губы расплылись в улыбке, — мне нужно быть готовой принимать и не туда. Особенное, если мы собираемся заниматься этим в четвером.

Вот зачем складывать все яйца в одну корзину. Так хорошо все было. Но женский разум для мужчины потемки. Я только поставил мысленно плюсик, что все пока хорошо и вот тебе раз.

— У нас в первый и последний раз было все так ужасно, и я даже не знаю смогу ли я пойти на это второй раз. Хотя, если сейчас все так складывается, и Юлька такая молодец, мне все равно придется…

Блин, Иришка, ты такая суперская, что и без «в попку» ты просто суперская, а твоего Сашу можно, не знаю, посадить на цепь, отдать в Хогвардс, чтоб научили уважать женщин, жизнь, и еще раз женщин. Хотя, может он и не плохой мужчина, только не достаточно чувствует тебя, но любит безгранично.

Я кинулся, естественно, успокаивать.

— Для удобства, можно сделать клизму. Самое главное — желание. Главное возбудиться, расслабиться и крем. Еще, за часик-два можно вставить расширитель. Он гораздо меньше члена, но, тем не менее, помогает расслабить мышцы. Нужно чувствовать партнера и не спешить. В этом деле можно смело потерять месяц, но сделать все аккуратно, — павлиний хвост смотрелся блекло, по сравнению с моими ветееватыми объяснениями.

— Буквально, завтра мы с Юлькой объясним Сашке, как это сделать аккуратно и безболезненно, — пытался объяснить я.

— Да. Можно объяснить и завтра. Только я хочу, раз решилась, сейчас, — Иришкины глаза светились, как два зеленых прожектора. Я продолжал хлопать глазами, не понимая, что она от меня хочет.

— У нас с Юлькой может, и получилось все сразу, но по приезду с Египта, как бабка отшептала. Мы потом в попку полгода пробовали, и так сяк и сяк, а потом буквально прорвало. Юлька даже кончать от этого начала. Знаешь, как выручает в эти дни, особенно когда приспичило, — я пытался заговорить зубы, но два зеленых прожектора светили не мига.

— Ты должен мне помочь. Если у нас все получится, у меня будет время подготовиться. Я куплю этот, как его там, расширитель, — чувствовалось, как Иришке не удобно говорить про все это, но я как последний баран не понимал, что она от меня хочет.

И тут до меня дошло. Меня аж в пот бросило. Теперь настала моя очередь дрожать и заикаться. Иришка хотела открыть себя с другой стороны и попробовать анальный секс. Но так как с супругом у них не получилось, ей хотелось осуществить это со мной. Юлька мало того, что давала в попку, так еще и кончала при том, и это сподвигло Иришку на выводы, что я сделаю все как нужно. Вот дела.

— Сегодня был насыщенный день и мне потребуется твоя помощь, — я взглядом показал на свой поникший член, в предвкушении ощутить на нем ее губки.

— Вообще-то я думала мы сделаем это с помощью вашего силиконового «дружка», который видела в пакете, возле стола? — искренне удивилась Ирина.

Внутри у меня все упало. Неужели все пропало. Неужели не видать мне этой сладкой попки. Счастье было так близко, и тут же нашелся: — Да ты что, он больше моего и Сашкиного. Для нашего дела он точно не подходит, — затаив дыхание, я замер в ожидании.

Ирина задумалась, терзаемая сомнениями. Посмотрев в ее блестящие от спиртного и бегающие от нерешительности глаза, я понял, что нужно брать быка за рога. Чтоб не давать ей шанс передумать, тихой мышкой метнулся в комнату за пакетом с нашими приблудами.

Вернувшись, расстелил на полке одеяло, положил ее по диагонали, и упав на колени промеж ее ног, закинул их себе на плечи. На удивление Ирина не произнесла ни слова, только беспрекословно выполняла все мои указания.

Проведя языком по внутренней стороне бедер, прошелся язычком по лобку и попке. Я не спешил, тихонько подкрадываясь к ее набухшему бутону. А затем, расправив влажные губки, напал.

Через пару минут Иришка уже виляла бедрами и сжимала своими ножками мою голову. Я развернул ее, поставил на коленки, и спустившись на полку ниже, достав из пакета фаллос, включил на вибрацию. Поводив нежным силиконам по бедрам, перешел на ее киску, проводя головкой по ее набухшим и открывшимся губкам. Но долго мучить себя Ирина мне не позволила. Перехватив мою руку, она направила фаллос в себя, и медленно введя до конца, замерла. Ощутив размер и привыкнув, Ирина начала водить фаллосом, только с ей, одной известно амплитудой и скоростью. Воспользовавшись этим, я полностью перешел на ее сладкую попку. Вдоволь намяв и нацеловавшись ее аккуратную, загорелую, упругую попку, я перешел языком на ее манящую дырочку. Водя вокруг и пытаясь проникнуть внутрь, я не переставал мять ее попку, гладить ее бедра. Изредка по ее спине и ногам пробегали мурашки. Через пару минут мышцы вокруг ее дырочки стали горячими и мягкими.

Я намазал палец кремом и продолжил совершать круговые движения, изредка легонько надавливая, пока мой средний палец на половину не провалился внутрь. Ирина замерла, мышцы плотно обхватили палец, но тут же расслабились, пропуская палец глубже. Смазки было достаточно, и он свободно ходил по ее гладким, ребристым стенкам, ощущая, через тонкую перегородку движение силиконового «дружка». Чувствовалось движение головки, даже прожилка на фаллосе можно было почувствовать. Через некоторое время Ирина начала увеличивать частоту движений, и я решил засунуть второй палец в ее попку. На этот раз она даже не замедлила своих движений. Оба пальца были плотно обхвачены колечком ее попки, но благодаря смазке ходили свободно. Я начал двигать уже всей рукой, как тараном, вгоняя два пальца до конца.

Крем имеет небольшой эффект анестезии, в попке появляется холодок, чувствительность снижается, но это происходит минут через 5-10. Поэтому я не спешил. Мой член торчал, как миленький, и я, ухватившись за бедро Иришки, целуя и легонько покусывая ее попку, терся дымящимся членом о ее ножку. И лишь когда она начала постанывать, остановил ее руку и медленно вывел фаллос из ее киски. Я прижал жужжащий фаллос к блестящим от смазки губкам ее киски, и поводил туда-сюда. Ирина, поняв мое желание, продолжила мои движения, раздвигая головкой губки, изредка переводя его на клитор.

Я не стал терять время, не прекращая плавно вводить свои пальцы в ее попку, свободной рукой намазал член и сжал в кулаке головку. В ушах зашумело. Кров от головки отхлынула, и ее толщина сравнялась с толщиной ствола члена, практически исчезнув. Довольный достигнутым результатом, я медленно вытащил пальцы и приставив член к еще не полностью закрывшейся дырочки, надавил. Медленно, туго, но он зашел туда на половину. Я замер, перевел взгляд на Иришкино лицо. Ее глаза были крепко зажмурены, а брови напряжены. Выждав какое-то время, Ирина поняла, что ничего ужасного не произошло. Морщинки на лбу разгладились, и даже охват моего члена еще немного ослаб. Она медленно начала водить фаллосом, а еще через некоторое время, ухватившись за мое бедро, потянула меня на себя. Я медленно ввел член до конца, и немного задержавшись, вынул его до половины. Через минуту таких саперных действий, я, ухватившись обеими руками за Иришкины ягодички, уже с размаху вгонял член в ее попку, оставляя на обратном пути внутри только головку.

— Что-то здесь не сходится, — подумал я. — Когда мы с Юлькой начали приобщаться к анальному сексу, то попка ее была такой узкой, что когда я вынимал свой член, то на нем оставались аж белые следы, она буквально выжимала всю кровь из члена. Здесь, да, колечко плотно обхватывает член, да, чувствуется, как оно бегает по стволу, доставляя умопомрачительное наслаждение, но это гораздо мягче и эластичнее, чем было у нас с Юлькой. Откуда, тогда, взялась эта душераздирающая история о первом опыте Ирины с Сашей, с криками боли и слезами? И сам же ответил на свой вопрос предположением: — Узнав сегодня Александра поближе, ничего удивительного, если этот бестактный лопух попытался лишить эту чудесную попку девственности без подготовки и смазки. Тогда понятно, откуда слезы и крики. Хорошо, если тогда обошлось без разрывов и последствий.

Наблюдать, как член входит в эту маленькую, упругую, уютную и горячую попку долго было невозможно. Я ухватился двумя руками за Иришкины ягодички и увеличил темп. В теле появилась нервная дрожь, и как только в низ живота начали опускаться теплые волны, что-то твердое и огромное начало выталкивать меня оттуда. Я ухватился за Иришкину талию, и вогнав член до самого конца, замер.

Только теперь я заметил, что Ирина, наклонив низко голову и закусив губу, вводила в свою киску нашего силиконового «дружка». Вот тебе на. Наша трусиха и скромница решила попробовать двойное проникновение. Похоже, Юлькины способности к этому не давали ей покоя, и Иришка решила сегодня убить сразу двух зайцев. Могла бы и предупредить.

Как безысходность, как удав, он медленно полз по моему члену, отделенный только тонкой, эластичной перегородкой, сдавливая мой член своим мощным, упругим телом. Чувствовалось, как туго он входит, растягивая стенки влагалища, и стягивая колечко Иришкиной попки вокруг моего члена. Если бы не смазка, по-моему, можно было бы услышать скрип. Вот его головка проползла по моей, и остановилась чуть выше. Ирина запрокинула голову, и открыв рот, выдохнула. Выждав мгновение, фаллос пошел назад. Ирина, сжав зубы, начала медленно вдыхать. Ее руки и попка покрылись мурашками, а на спине проступила испарина. Через пару движений она совсем привыкла к ощущениям и начала увеличивать темп. Сдерживать себя я не мог, и дождавшись когда в очередной раз она вонзит в себя фаллос до самого конца, начал двигаться сам. Иришкина рука замерла. Мой член входил, с трудом проникая внутрь, казалось, что смазка куда-то пропала. Но при каждом моем движении Ирина подавалась назад, помогая мне снова проникнуть в ее попку. Через несколько моих движений, она снова начала выводить фаллос. Настала моя очередь войти в нее до конца и замереть. Так, передавая друг другу инициативу, мы по очереди мучили ее тесные дырочки сладкой болью. Поняв, что сдерживаться больше не могу, я потянул ее за волосы. Она выпрямилась. Я поймал ее руку и плавно надавив, ввел фаллос до самого конца. Вторую руку положил ей на шею, прижав к себе и вошел, на сколько хватило, плотно прижавшись к ее попке. Мои движения ускорялись, я хотел буквально пронзить ее насквозь. Еще пару движений и вогнав свой член до конца, я начал кончать.

Когда я начал понимать, где я и чем занимаюсь, фаллос, под руководством Иришкиной руки уже хаотично носился внутри ее киски. Она совершала то частные, мелкие движения, то размашисто вгоняла его до самого конца. Наконец, введя ее в последний раз и надавив на крышку вибратора, с протяжным а-а-а, как будто навзрыд, дернулась, как будто ее ударили в живот. Затем еще раз, и через больший промежуток еще раз. Замерев на некоторое время, и приходя в чувства, она начала медленно вытаскивать фаллос. Вынув его полностью, освободился мой полуопавший член. Его уже ничего не придавливало, и он плавно выскользнул из Иришкиной попки. В этот момент ее забило мелкой дрожью и она сильно напрягла свою, прижатую ко мне попку, немного присела. Затем расслабилась и повисла у меня на руках.

Это было мощно. Настолько мощно, что хотелось присесть, а еще лучше прилечь. Прилечь и выпить… спирта. Выпить спирта и закурить сигару. Даже если бы я закурил скрученную пачку стодолларовых купюр, это был бы недостаточно мощно, по сравнению с тем, что только что произошло. Мои ноги тряслись, но я не позволил себе такую слабость. Я аккуратно взял Ирину на руки, и стараясь ничего не задеть в темной комнате, тихонько дошел до кровати. Я тихонько положил ее на кровать. Ирина, похоже, уже начала приходить в себя, потому что ухватила меня за руку и показала куда-то в сторону прихожей. Я послушно принес ей ее дамскую сумочку. Она достав оттуда пакет с влажными салфетками, закусив губу и строя забавные мордашки вытерла, как смогла свои прелести, вернула мне ворох смятых салфеток. Затем вытянувшись во всю длину, выдохнула и замерла. Расслабились не только мышцы ее лица, ног, рук, казалось, что каждая ее клеточка расслабилась и замерла. Настолько было умиротворенно и безмятежно ее лицо.

Я немного пошумел в душе, намывая себя и своего силиконового напарника. Затем, собрав все в пакет, засунув его под стол, тихо, как ночной ветерок, прилег с краю на кровать, вытянулся по струнке и замер.

Ирина еще не спала. Она положила мою руку на подушку и уткнувшись в мое плечо, закинула свою горячую ножку на меня. Я обнял ее и не смог сдержать себя, положил вторую руку на ее попку.

Прежде, чем провалиться в сон, у меня родилась гениальная мысль: Для закрепления сегодняшнего результата, завтра нужно обязательно устроить Иришкиной попке день открытых дверей. В каком бы настроении не проснулся бы Александр, какие тараканы в нем не родились, у него не будет шанса отвертеться или сказать «нет». Слишком велик будет соблазн.

Чувствуя себя мистером зло, и предвкушая завтрашние события, я заснул с коварной улыбкой.