На арене циркаВ этот город приехал необычный цирк. На афишах главным номером было анонсировано выступление дрессированного крокодила. Публика повалила валом посмотреть на это. Зрительный зал был набит битком – полный аншлаг! Все с нетерпением ожидали заявленного выступления крокодила. Первая част представления была заполнена обыкновенными цирковыми номерами. Выступлению артистов дежурно хлопали, но без энтузиазма. Все ожидали главный номер. Но вот наконец и антракт! Униформисты быстро устанавливают клетку, публика занимает свои места в зале и начинает нетерпеливо хлопать, топать и кричать. Наконец-то начало представления – оркестр заиграл бравурный марш и под музыку на арену вышел укротитель в традиционном костюме: фрак, ботфорты, цилиндр на голове, усы на лице, кнут в руке. Музыка смолкла и укротитель громко сказал:

— Многоуважаемая публика! Сегодня вы впервые увидите выступление дрессированного крокодила по имени Крок! Он покажет вам несколько номеров и в заключение продемонстрирует смертельный номер – проглатывание целого живого человека! Для этого номера необходим ассистент, вернее ассистенка. Встречайте! – дрессировщик сделал эффектный жест в сторону занавеса, раскрывшегося под бравурный марш оркестра. Под музыку на арену выступила, вернее величаво вынесла на арену свое роскошное тело на не менее роскошных высоких стройных ножках великолепная блистательная женщина весьма аппетитных форм: налитые плечи, гладкие руки, большой роскошный бюст, затянутый в сверкающий корсет, затянутая тем же корсетом-купальником талия, пышные бедра, приятной округлости животик, идеальной формы попка.

Длинные стройные ножки дамы были затянуты в черные чулки-сеточки, на ногах роскошные ярко-красные туфельки-лодочки на высоких тонких каблучках. Голову дамы, гордо посаженная на стройную сильную шею, украшала роскошно уложенная прическа из густых длинных светло-пшеничных волос. Лицо тоже прекрасное как и все прочее с ярким сценическим гримом – обильно подведенными глазами с огромными накладными ресницами, ярко накрашенным красной помадой большим чувственным ртом, напудренным и подрумяненным лицом с чистой гладкой кожей. Завершающим штрихом наряда дамы кроме блестящего купальника-корсета, чулок и туфель был закрепленный в прическе плюмаж из перьев страуса, качающийся в такт походке дамы, вышедшей на середину арены с ослепительной улыбкой и сделавшей изящный поклон публике вместе с воздушным поцелуем. Дрессировщик вежливо взял даму за руку и представил публике:

— Встречайте несравненную мадмуазель Тамару! Сегодня она в первый и последний раз ассистирует мне в нашем выступлении!

— А почему в последний? – раздался крик из публики.

— Потому что в конце представления крокодил ее съест! – ответил дрессировщик.

Публика радостно засмеялась его шутке. А мадмуазель Тамара улыбнулась еще шире.

— А кто же будет ассистировать завтра? — снова крикнули из публики.

— А завтра будет новая ассистентка. – ответил дрессировщик.

— И сколько же вам надо тогда ассистенток?

— Пока крокодил сможет их глотать.

— А что потом?

— А потом придется потерпеть, пока он их всех не переварит и снова не проголодается.

Зал смеялся очень долго и весело.

Но вот заиграла музыка, прожектора осветили арену и с противоположной занавесу стороны открылась клетка, откуда на арену неторопливо выполз огромный зеленый нильский крокодил длиной метров в восемь. Он раскрыл свою чудовищную метровую пасть, усеянную острыми зубами, и издал глухой рев. Оркестр заиграл тревожный мотив. Крокодил выполз на центр арены и уставился своими глазами на дрессировщика с ассистенткой, отошедших чуть в сторону.

— А ну-ка, Крок, поприветствуй нашу достопочтимую публику! — громко сказал дрессировщик, обращаясь к крокодилу. Тот Закивал головой, поворачивая ее из стороны в сторону.

— Скажи мне, чего ты хочешь? – спросил у крокодила дрессировщик.

Тот разинул пасть во всю ширину, демонстрируя ее светло-розовое нутро и издал глухой рев.

— Неужели снова кушать?

Крокодил энергично закивал головой.

— Ах ты ненасытный проглот! Но обед нужно заслужить. Ты должен показать нашей публике все, чему я тебя научил. И тогда наша прелестная мадмуазель Тамара согласится исполнить твое желание.

Тамара сделала изящный книксен, качнув плюмажем из перьев. Крокодил тоже согласно закивал головой.

-Тогда приступим! – заорал дрессировщик. И началось представление. В ходе его крокодил ловил на пасть разноцветные обручи, бросаемые ассистенткой, играл мордой с ней и с дрессировщиком в пляжный волейбол большими цветными мячами, гонялся за своим хвостом, крутясь на арене, катал дрессировщика и ассистентку на своей спине по арене, демонстрировал публике ширину и глубину своей пасти и еще много чего, срывая многочисленные аплодисменты.

Наконец наступил момент смертельного номера. Крокодил прекратил все выступления и уставился прямо на мадмуазель Тамару алчным взглядом. Дрессировщик спросил его:

— Ну что. Проголодался? – Крокодил кивнул головой и глухо заурчал. Дрессировщик обратился к Тамаре:

— Вы полагаете, он заработал свой ужин? – Тамара с улыбкой кивнула. – А что скажет многоуважаемая публика? – обратился дрессировщик к залу. Зал взорвался криками и аплодисментами.

— Тогда ваш выход, мадмуазель! – сказал дрессировщик ассистентке. Она с улыбкой шагнула вперед прямо к приоткрытой пасти крокодила, нижняя челюсть которого была на уровне ее приятного округлого животика, изящным движением завела руку за голову и, отцепив плюмаж из перьев. Кинула его дрессировщику, поймавшего тот на лету. В оркестре барабаны забили тревожную дробь смертельного номера. Тамара встала перед пастью крокодила, поворачиваясь кругом к залу и посылая зрителям воздушные поцелуи с улыбкой на ярком лице.

Потом повернулась лицом к пасти животного и аккуратной ладошкой слегка шлепнула его прямо по нижней челюсти. Крокодил тут же послушно распахнул пасть. Тамара изящно уселась боком ему прямо в пасть на нижнюю челюсть, аккуратно придерживаясь руками за верхнюю. По барабанную дробь крокодил аккуратно сжал пасть так, что Тамара осталась сидеть боком на ней с зажатыми бедрами в пасти, ножки ее, согнутые в коленях опирались еще туфельками на арену. Крокодил резко качнул вверх пастью. РРРРРаз! – смолкли барабаны

— АХ! – прокатилось по публике в момент, когда ножки Тамары оторвались от арены и закачались в воздухе, зажатые аккуратно в пасти крокодилом.

— Дай нам еще полюбоваться напоследок мадмуазелью Тамарой! – крикнул крокодилу дрессировщик. Тот качнул головой вместе с сидящей в пасти Тамарой, опустил пасть параллельно арене так, что ножки Тамары чуть-чуть не доставали кончиками туфелек поверхности, и неторопливо прошелся вокруг арены, демонстрируя лицом к зрителям сидящую у него в пасти, улыбающуюся Тамару, посылавшую тем непрерывно воздушные поцелуи под раскаты бравурной музыки. Но вот крокодил вновь вышел на центр арены. Вновь зазвучала тревожная дробь барабанов. Крокодил, качнув пастью вниз, резко вздернул ее вверх, одновременно разжимая ее и выпуская тело Тамары.

Та высоко взлетела вверх и с изящным пируетом развернулась в полете вниз головой, вытянув тело в одну прямую линию. И когда на миг замерев в верхней точке, тело Тамары начало падать вниз, крокодил распахнул широко свою пасть и подставил ее снизу прямо под падающую в пасть Тамару. РРРРРаз! – и тело Тамары по бедра влетело прямо в пасть крокодилу. Тот схватил челюстями ее за бедра и замер на миг, высоко задрав голову с полуоткрытой пастью, откуда вверх выглядывали стройные ножки Тамары, затянутые в черную сеточку чулок и обутые в красные туфельки на высоких шпильках. Торчащие из пасти ножки Тамары неторопливо покачивались вперед-назад поочередно.

Потом из глубины пасти крокодила появились изящные ручки Тамары и начали не торопясь поправлять чулки на ножках, чуть сгибая разгибая их в коленках, качая кончиками туфелек. Когда чулки показались Тамаре, находившейся по пояс уже в глотке крокодила, в достаточном порядке, она шлепнула его по краю пасти ладошкой. Крокодил чуть разжал пасть и гулко глотнул тело Тамары, явственно провалившееся по его оттянутой ею глотке прямо в пищевод и утробу. Ножки Тамары уже только по колено выглядывали из глотки крокодила, целиком находящиеся в полуоткрытой пасти. Публика замерла от смеси восторга, ужаса и удивления.

И вдруг уже почти проглоченная Тамара кончиком туфельки почесала крокодилу небо верхней челюсти. Так слегка: туда-сюда, как бы давая ему еще один знак. Крокодил снова глотнул и ножки Тамары исчезли в его пасти совсем, а ее тело по-видимому уже оказалось полностью в его ненасытной утробе. Крокодил разинул пасть и продемонстрировал публике. Поворачиваясь туда-сюда, что у него в пасти и глотке уже ничего нет. Публика ошарашенная не знала, как реагировать. Крокодил развернулся и под бравурную музыку уполз с арены, а следом за ним быстро ушел улыбающийся и раскланивающийся дрессировщик. Занавес опустился. Финал….