Мой брат Санька (часть шестая)Кому их вас не понравится, когда ты получаешь такое наслаждение. Глеб меня поражал своим темпераментом, что я как падкий плебей вылизывал за ним его тарелку. Его писун был где-то сантиметров 14-ти, я это определил простым способом: моя ладонь шириной 9 см, и когда я обхватил его писун, то выступала ещё половина его. Колькин писун был небольшой, но, довольно толстенький. Упругий и жилистый Колькин пипис интересен был тем, что его бледно-сизая залупка окрасилась алым, а затем и вообще стала тёмно-бурого цвета.

Я всё успел рассмотреть у ребят и зарядился сильнейшей эрекцией. Мне всегда обвораживали ребята в естественном, т. е. в обнаженном виде, а если ещё и в возбужденном виде — и того больше. Стоячие писуны у большинства пацанов, явно, выражали желание на активную сексуальную деятельность.

Проиграв в карты в очередной раз, нам пришлось делать минеты этим пацанам. Это желание наших игроков никак нас не смутило. Я можно сказать этого сам исподволь желал, потому что до этого мы баловались только с братом. Их очень интересовало, как мы это делаем так близко перед ними. В момент нашего дрочения друг другу, Колька чуть было не кончил, я и так понимал, что такое выдержать очень сложно, договорились — не доводить себя до оргазма. Я и так знал, что мы не пропадем друг без друга, и всё ещё впереди.

Мы насасывали писуны не более минуты, но того было достаточно, чтобы совсем не потерять самообладание. Им нравилось это, а Глеб старался в меня пропихнуть писун ещё глубже, насколько хватало его длины. Я понимал его рвение и желание, потому что такое можно было сделать только сейчас. Его запах и страстность так мной завладели, что в моих глазах всё плыло… Куда только пропала вся стыдливость и хотя бы сдержанность, все пропало и растворилось на этой полянке. Глеб стонал так, что меня только смог остановить братишка. Я работал языком как никогда и так — как бы это делали бы мне.

— Ты что рехнулся, ты засосешь его и проглотишь, — мне показалось, что Санька меня просто приревновал к нему. Только тогда я смог опомниться, такого усердия я еще не получал. Глеб овладел моим разумом, и только Санька меня вернул в реальность. Колька тоже был в высшей стадии эрекции, его дружок дрыгался от сильного возбуждения. Я не сказал, что у него волосков еще не было на хуйке, но он от этого не выглядел хуже. Мне больше нравились оголенные мальчишеские писуны, и для меня это не значило, что он не в кудряшках.

— Прости Глебка, — выдавил я из своего наполненного слюной рта. Он балдел, и видно было, что сам игриво смаковал от нашего лобызания.

Если бы мы не договаривались до этого, то я бы точно засадил ему по самые яйца. Меня очень манила его дырочка, то я уже успел её потрогать пальцем и почувствовал по его реакции, что ему это очень понравилось. Его писун достиг такого напряжения, что еще несколько движений и уже не возможно было бы удержать его малафью. «Надо бы чтобы он его вогнал в Колькино дупло» — мне так хотелось, чтобы это свершилось, и я постоянно думал об этом.

Теперь они проиграли партию, и мы, посоветовавшись с Санькой, постановили, чтобы Глеб трахнул Кольку. У них такое желание было, но теперь мы должны устроить показательный просмотр. Колька сразу стал негодовать, почему ему первому терять анальную девственность. Решили обойтись без спора, и стали тянуть быстро заготовленные соломины. Не скрою, я подмигнул Глебу, какая соломка длиннее, мне хотелось, чтобы он победил. Колька не заметил моей подсказки, и ему пришлось повиноваться.

Постановили, что сначала надо попробовать в коленно-локтевой позе. Он расположился с нашей помощью как можно удобней для Глеба. Колька развел широко колени, когда его дырочка раскрылась и оказалась голой без единого волосинки. Я привык видеть попки других пацанов, что меня всегда интриговало, но Колькина была несколько возбуждающей, и мне самому хотелось в неё войти. Но мне пришлось усмирить свой пыл, только бы не потерять разум и не войти в неё первым.

Колька уже готов был на всё, и мы с Санькой помогали ему войти в роль и, пока Глеб готовился, стали раздрачивать ему дырку. Санька гладил ему ягодицы и возбуждал его эрогенные точки, а я в это время осваивал его дырочку. Постепенно палец стал входить в горячий анус, и его сразу сильно обжал анальный сфинктер. Он действительно ещё не была тронут с внешней стороны. Никакой смазки кроме слюны в этот момент не было. Намочив обильно таким способом указательный палец, стал расширять проход, чтобы ему понравилось. Колька выгнулся предо мной дугой, и мне доставляло удовольствие его возбуждать. Мне нравилось самому анальные возбуждения, и я пробовал это несколько раз, когда не было анального секса. Ебать пальцем партнера не меньшее удовольствие, чем пенисом. Мой член в этот момент уже стоял колом, дергался в пылу страсти. Я даже смазал своей предстательной слезой ( смазкой) его затянутую дырочку.

На память сразу пришли мои воспоминания, когда мне страстно хотелось что-то вставить в попку. Первым делом тогда я стал думать какой — предмет можно вставить, и вспомнил, что на кухне есть узкая металлическая лопаточка для перевертывания блинов и на ней есть полированная деревянная ручка. Вот её-то я решил использовать, не обдумав своих действий, сразу начал вводить в себя. На сухую вводить стало больно и не комфортно, и я решил смазать сметаной, что попалась под руку, свою узкую дырочку и ручку кухонной утвари. Некоторое время пришлось привыкать и только потом, как только почувствовал, что можно действовать напористо на всю длину 12-и сантиметровой ручки.

В некоторых местах мне стало так приятно тогда, что с конца стала капать смазка. Что такое со мной я не мог понять, но мне стало так приятно, и я таким способом спустил не дотрагиваясь руками до писуна. Оказалось, что таким способом стимулируют простату, это как точка G, и кто её тревожит, получает сильный оргазм. Этого мне стало мало, и я стал придумывать, что ещё такое вставить. Когда в огороде уже подросла морковка, то попробовал «поиграть» с ней. Морковка была длиной около пятнадцати сантиметров в виде сосиски с округлым кончиком.

Теперь не мешкая, я сразу, стал вводить её в анус, и наблюдал в зеркале всю процедуру. Морковка вошла, и мне уже хотелось дрочить дырку, но я почувствовал, что ее засасывает сфинктер и я забоялся, что она провалится в кишку. У меня был использованный презерватив, который был у меня на всякий случай и я решил натянуть его на морковку. Смазал душистым вазелином «презик» и дырочку, а затем вставил на всю длину. Вошла морковка быстро и очень свободно без боли и теперь хотелось, чтобы она стала возбуждать. Почему так подробно описываю? А для того, чтобы поняли, что это всплыло в моей голове — пока я мастурбировал Колькин анус.

Меня охватил страх и такой испуг, когда я сидел на ней и стимулировал дырочку, и в этот самый момент кто-то позвонил, и моя морковка от резкого вставания влетела вся в глубину кишки. Каких только мыслей я не передумал, что мне будут делать операцию и доставать её из дырки, а ещё стыднее оправдываться, чем занимался и всё чего только можно придумать пацану. Я проталкивал свой палец глубоко, чтобы достать или хотя бы нащупать её, но ничего не получалось. Дырка моя горела от этого, но мне теперь не до наслаждения, о сексе уже и речи не могло быть. В голову пришла мысль воспользоваться клизменной грушей, которая была в ванной. Наполнив её теплой водой с полулитра, впрыснул вглубь кишки и так повторил 3 раза.

Стал ждать потуги для выхода морковки. Скажу честно, до последней минуты переживал за свой поступок и, когда сел на унитаз и выпустил воду, но морковка никак не выходила, и только снова запустив палец в попку, почувствовал кончик «презика», и я стал хватать резинку двумя пальцами, чтобы не ускользнула. С силой стал тянуть, чтобы не порвать её и почувствовал, что она стала выходить. Моей радости не было конца, морковка так и оставалась в резиновом кожухе гандона. После этого я стал более внимательным и контролировал свою страсть. Теперь я выкопал морковку в два раза толще первой, и вставил в тот же самый «презик».

А доставившую мне такие неприятности морковку я с удовольствием съел. Теперь я стал мастурбировать толстой морковкой, и она была толщиной с мой член. В окружности она была 11.5см и длиной 20 см. Смачно смазав ее вазелином, она легче расширяла мою дырку. Я доставал её и обнюхивал, но она ничем не пахла, дырка всегда была чистой и скользкой. Вот такие опыты я проводил с собой; и мне было понятно, что в такие минуты ощущает наш Колька. Колька стонал и кричал, когда ему что-то было не так, но потом совсем сдался и готов был к соитию.

Глебка раздрочил себя, а другой рукой гладил своего первого партнера. Ему предстояло войти в анус Кольки. Я сам уже не мог на все это смотреть и попросил брата Саньку, чтобы он встал рядом с Колькой и так же выгнулся.

Глеб встал на коленки у попы друга, а я за Санькиной попкой. Мой член звенел, как струна, и терпеть уже не было сил.

— Глеб, смотри, как мы ебемся.

Я посмотрел на Глеба, а затем лизнул дырочку ануса брата. Плюнул слюной на неё и приставил хуй к анусу. Глеб повторял за мной и без всякого стеснения уже стал вводить в анус Кольки. Ухватившись за его талию, он постепенно стал входить в него. Красивый Глеб и теперь смотрелся как с порнокартинки. Его кудри от дуновения ветерка ласкали его плечи и колыхались вовсю.

Санька запустил мой член в себя сам и показывал Кольке, как надо нанизываться на стояк друга. Он стал двигать тазом туда-сюда. Мы уже привыкли к этому и никакой боли и стеснения не чувствовали. «Мы даже могли бы сниматься в любом порно, но подростковый секс ещё никто не смотрел» — так я думал в этот момент. Брат так был возбужден, что мне не хотелось, чтобы мы кончили быстрее своих напарников.

— Глеб, не спеши, а то ты очень разошелся, — подсказывал я.

Колька стонал, изрекая разные звуки – ой, ай, больно и т. п. Наблюдать за нашими оргиями на лоне природы было теперь реалистичным и сладостным занятием для всех …

( продолжение следует)