Лера-Лерочка. Часть 21. Новая любовьОставив Леру в поликлинике, Роман приехал в институт, успев ко второй паре. Полная аудитория молодых девчонок уже с нетерпением ждала его лекции. Но он никак не мог сосредоточиться на занятии. Мысль о том, что он тоже мог инфицироваться, не покидала его разум. Перспективный доцент понимал, что если раскроется его позор, то возможно придет конец его безупречной репутации и всей карьере. Боясь с молодости случайных связей, а сними и венерических заболеваний, Роман никогда не думал, что такой позор может принести ему его благоверная жёнушка. Кое-как, дождавшись окончания рабочего дня, он побрёл к стоянке.

Не веря своим глазам, Роман увидел у угла общежития Сергея, который, по-видимому, дожидался очередной пассии. Он схватил за шкварник соперника, и оттащил за торец здания. Превосходя в силе, бывший десантник одним ударом свалил соперника на землю. Затем приподнял и ещё ударил два раза под дых. Сергей понимал за что, поэтому практически не сопротивлялся. Отдышавшись, он сказал, что она как ему показалась, сама хотела с ним заняться любовью. А потом выставила на позор всей компании. Я не знал, что она была голая в палатке, но она не пыталась одеться, а наоборот демонстрировала все свои прелести. Мне показалось, что она сама хочет секса.

— А на берегу озера, вы пытались её изнасиловать, строго спросил Роман.

— Да мы были пьяные, и просто решили над ней покуражится, увидев её абсолютно голую загорающую на песке. А когда нашли использованный презерватив, подумали, что это их с Николаем косяк.

— Какой ещё косяк, Лера ничего не говорила, уже спокойно сказал Роман.

— А ты сам спроси, как они провели ночь на озере, в оправдание себе промычал Сергей.

— Она мне всё рассказала, как они просто купались с ним, и всё.

— Покупались, и потом поебались. А презик тому доказательство, свежий ещё кроме них некому было оставить, съязвил Сергей.

Роман со злости в очередной раз заехал ему в челюсть, но уже ни так сильно, и отправился прочь. Теперь он ещё больше расстроился и переживал, что у неё была связь с Николаем. Его всю дорогу трясло от злости, пока возле автомобиля, он не увидел своего сослуживца с другом.

— Ромка привет, сколько зим сколько лет, сказал Руслан, обнимая его по армейски.

— Привет братуха, как дела, чем занимаешься и где пропадал так долго, с улыбкой спросил Роман.

— Да я все больше по спорту, сейчас тренирую областную команду по рукопашному бою. А ты что такой хмурый шёл, может какие проблемы, так мы в миг их решим, набьём морду любому, шутливо ответил Руслан.

— Да, в этом проблем пока нет, сам справляюсь, форму ещё не потерял.

— Ну а у меня вот проблема, вернее у моего друга Кирюхи, вы кажется знакомы. Двоюродная сестра жены учиться у вас в институте, она и сказала, что ты у них преподаёшь, вот я и помчался повидаться с тобой, и за одно, решить её проблемку. У неё незачёт с прошлой сессии, и если она не сдаст до конца этой недели, её отчисляют.

— Роман Взял зачётку, и снова отправился в учебный корпус. Вернувшись через полчаса, он протянул синенькую книжку Кириллу, и сказал, что проблем больше нет. К ним подошла белокурая девушка с длинными волосами и кокетливо улыбнулась.

— Вика, так это ты у нас двоечница? А у меня на занятиях, у тебя вроде как одни пятёрки? В ответ, улыбаясь, спросил Роман.

— Ну, у вас разве можно быть двоечницей, вы самый лучший преподаватель на курсе.

— Да ладно, а то друзья подумают, что я стал ботаником.

— Вы не ботаник, вы, вы самый лучший, выпалила она, и, повернувшись, пошла лёгкой походкой, виляя плотными бёдрами.

— Вот коза, а я бы ей вдул, но ничего, она обещала рассчитаться. Ромка, ну что, будешь её, шуткой спросил Руслан.

— Да иди ты, ответил так же он.

— Классная тёлочка, а какие у неё налитые сиськи, прямо таки выпирают из под лифчика. А попка, идёт аж джинсы трещат. Ну конечно с твоей женой не сравнить, но потащиться можно, смахивая слюну с губ, сказал Руслан.

Роман снова вспомнил про Леру, и его улыбка сменилась на грусть.

— Ты что опять загрустил, расслабься, сейчас едем в кабак, сегодня Кирил угощает.

Роман вернулся в полночь домой, он был в таком состоянии, что не ощутил отсутствие жены. Наутро болела голова, и он был счастлив, что у него сегодня была последняя пара. Вечерняя встреча с друзьями прошла в том же темпе, и у Романа вновь не было возможности справиться о супруге. Делая ответный жест, на третий день Роман угощал компанию, он не любил оставаться в долгу, поэтому встреча прошла ещё кручи, после которой он даже не пришёл ночевать. В этот день у него не было занятий вообще, и выспавшись на какой-то съёмной квартире с друзьями почти до обеда, Роман отправился на поиски Леры. Ему хотелось выяснить их отношения до конца, чтобы поставить жирную точку.

Он на уши поставил весь кожвендиспансер, но так и не нашел своей ненаглядной. Приходя несколько раз, Роман глядел на больных во время прогулки, в надежде увидеть свою «благоверную». Боясь за жизнь супруги, он не раз уже пожалел, что сказал ей про смерть. Лера была принципиальной натурой и могла легко пойти на суицид. Звонки в морг и в милицию оказались так же безуспешными. Тогда он решил обзвонить все больницы в надежде на чудо. И на третьем звонке оно свершилось. Лера оказалась в областной больнице, в отделении урологии. Роман схватился за голову, и вырвав пучок волос, начал стучать кулаком по лбу. Он понимал, что совершил не поправимую ошибку, самую большую за свою жизнь.

Лера пришла на приём к венерологу, и строгая, но добрая женщина, осмотрев её, сказала, что они, не могут отличить цистит с воспалением шейки матки от гонореи. Взяв анализы, она окончательно убедила Леру, что гонококки не обнаружены.

— И где это вы так простудились, вам нужна срочная госпитализация. Лера вернулась в свою поликлинику за направлением в лазарет. Она показала результаты анализов, и тот же врач предложил ей повторный осмотр.

— Спасибо вы уже меня осмотрели, в результате я осталась без мужа. И что там ему наплела эта старая курица. Да кстати, а где она есть, для неё у меня имеется пара словечек.

— А она уже не работает, я уволил её, вернее отправил на пенсию. Она хотела аннулировать результат вашего анализа, но я её опередил и теперь точно знаю, о вашей порядочности. Пройдите, пожалуйста, на кресло, мне нужно поставить точный диагноз и назначить лечение. Лера нехотя сдернула трусики и забралась на гинекологическое ложе, задрав легкую юбочку себе на животик.

— Надеюсь, так будет достаточно, с ехидством сказала она.

— И даже вполне, ответил ей врач.

Он достал гинекологическое зеркало, и попытался сходу вставить его в скованное влагалище. Пышные губки как всегда надёжно прятали вход. И доктор не много не рассчитал входное отверстие. От боли Лера подпрыгнула и издала тихое шипение.

— Доктор, куда вы мне тыкаете, вы что разучились, возьмите чуть выше, строго сказала она.

С испугу Евгений Арнольдович, выронил зеркало, и обеими руками начал наглаживать и разминать смачные губки. Затем вернулся к столу, натянул очки, смазал перчатки гелем из тюбика, и снова принялся за те же процедуры. Его двойные глаза всё ближе и ближе продвигались к промежности, а руки все настойчивее и настойчивее массировали пилотку пациентки. И вот уже его пальчики в резиновых перчатках начали раздвигать слипшиеся валики пирожка и подбираться к ямочке окантованной нежно розовой тканью из слизистой оболочки. Он делал это так умело, что Лера даже не хотела ему возражать. Ни кто и никогда так возбуждающе не массировал её киску. Она чуть не замурлыкала от удовольствия. Её упругие валики постепенно начали расплываться по промежности, всё больше и больше оголяя таинственный вход. Прежняя тянущая боль понемногу начала переходить в приятный зуд во влагалище, и она почувствовала внутри всю тяжесть детородного органа. Малые губки росли как на дрожжах, а её клитор всё сильнее и сильнее наливался кровью, краснея на глазах у врача. Влагалище разрыхлилось и показало отверстие той таинственной пещерки. На мгновение врач прекратил все движения, и наслаждался двумя красными дырочками пульсирующими в такт сердечной мышцы его пациентки. Она изнемогала от приятных движений пальцев врача и не хотела останавливаться.

— Доктор, вы что там рассматриваете, никогда что ли писек не видели, возразила она.

— Таких, никогда, за всю свою практику. Какие слаженные румяные губки, на них такая нежная кожа, словно у девочки малолетки. Ни каких признаков волосатости, как буд-то она там никогда не росла. А бутончик, ну просто живая роза. В начале, всё было спрятано как в пустоцвете, но стоило её приласкать, и цветок распустился буд-то в замедленной съёмке. Мне даже не хочется нарушать его спокойствия и снова причинять боль этим металлом.

— Надеюсь вы языком туда не полезете, как в прошлый раз сосали мои груди. Давайте быстрее вставляйте, мне нужно успеть в лазарет.

Доктор в растерянности не понял, что нужно вставлять, Он снова принялся массировать раскрытую вульву, доставляя приятные наслаждения. Лера закрыла глаза, и слегка простонала.

— Какая сексуальная баба, она даже на кресле легко возбуждается. С такой и приятно работать, и не только работать, а сношаться наверное ещё приятнее, думал он.

Дальше их фантазии поползли вообще не в ту сторону. Врач раздвинул как можно шире отёкшие губки и воткнул средний палец руки. Медленно вводя, он представлял, как вводит свой член. Их мысли сошлись, Лера тоже думала, что это не палец, а огромный елдак. Она приподнялась на кресле, и судорожно начала сжимать ягодички вместе с промежностью. Её попка ритмично задвигалась, и пальчик слегка заскользил по вагине, доставляя новые наслаждения. Затем вышел полностью, и она почувствовала, как что-то болеё объёмное, вновь проникло в плотную щель. Теперь уже два перста медленно двигались по влагалищу, которое казалось, стало намного плотнее. Пытаясь определить, что у неё там, она всеми мышцами продолжала сжимать узкий вход, не поднимая век. А опытный гинеколог двигал всё интенсивнее, периодически поворачивая вдоль овального отверстия. Её нутро казалось, вот-вот разорвётся, когда пальцы задвигались поперёк продолговатой щели, и Лера издала истошный стон.

Окончательно потеряв рассудок, доктор извлёк свои пальчики, сбросил перчатки и дернул молнию на широких штанах. Короткий, но очень объёмный шишак показался из ширинки, раздвигая пола на белом халате. Он приблизил его к расшиперенной дырочке, и привстал на носочках. Едва не касавшись, пылающей норки, он с нетерпением ждал команды хозяина. Почувствовав пустоту в изнывающей лунке, и какое-то затишье в действиях врача, Лера открыла глаза.

— И этот туда же! Идиот! Ты что там вставляешь, я имела ввиду зеркало, закричала она. Но тут же осеклась, подумав, что сама виновата, виляя своим передком и стоная на весь кабинет.

— Нет, ну а в чём я грешна, в том, что легко возбуждаюсь от ласок, так это природа меня такой сделала, и наградила особыми женскими чувствами. Я просто хотела расслабиться, получив удовольствие от неприятного осмотра, и снизить страшную боль. У меня и в мыслях не было, и нет, поебаться на кресле с врачом, размышляла она про себя.

— Доктор, пожалуйста по быстрее установите прибор и осмотрите как положено, Я пришла сюда не трахаться, а на приём. Или вы хотите тоже уйти досрочно на пенсию? Строго спросила она.

Врач покраснел от стыда, спрятал дружка, и поднял с пола упавший прибор. В растерянности, он чуть не вставил его пациентке. Но хлопнув себя по лбу свободной рукой, бросил его в кучу с использованными. Надев свежие перчатки, и взяв новое зеркало, он вернулся до кресла.

— Надеюсь, больше не будет ни какой стимуляции, я изрядно готова, уже улыбаясь, сказала она.

Он молча её осмотрел, поставил диагноз, и выписал направление.

— Вы извините меня, я просто не правильно понял, некоторые пациентки даже просят сами, перед зеркалом поводить членом, чтобы расслабиться. А вы такая удивительная женщина, я просто не мог устоять. А она у вас и вправду красивая, уж поверьте моему огромному опыту. Извините ещё раз, надеюсь, это останется между нами. Оправдывался гинеколог.

— Я то же надеюсь. И не такая я уж стерва, чтоб доносы строчить. Ну ладно, до встречи, с каким-то кокетством попрощалась она.

Его лесть по поводу необычной и удивительной женщины и особенно её прекрасной киски, воодушевили её. И она уже иначе думала про врача, какой он забавный и нежный доктор, наверное, спец в своём деле, пожалуй, он будет моим гинекологом. А интересно женат он или нет? Радостная, счастливая и слегка возбуждённая она как бабочка порхала по коридору, позабыв про обиды Романа. Ей не терпелось вернуться домой и сообщить радостное известие мужу.

Торопясь по времени, Лера собрала нужные вещи для лазарета, и поспешила в дорогу, едва успевая к последнему часу приёма. Не дождавшись мужа, она не сообразила написать записку, или позвонить на работу, решив, что вечером с ним сама поговорит по телефону.

Вечером Лера позвонила домой, но услышав длинные гудки, положила трубку. Она звонила несколько раз, но, как и прежде слышны были только гудки. Расстроенная, она долго не могла заснуть, и лишь под утро сомкнулись глаза, она видела во сне голого Николая в своей палате. Склонившись на коленях, он утыкался ей прямо в промежность, вдыхая аромат её киски сквозь плотные трусики с высокой посадкой. Пытаясь их безуспешно стащить, он продолжал уговаривать её дать. Но резинка на узенькой талии больше походила на плотный ремень, и не могла пролезть через более объёмные ягодички. Лера стояла как вкопанная, и решив угодить назойливому кавалеру, сдвинула набок плотно прилегающую перегородку трусов.

В этот момент её разбудила старшая медсестра.

— Дамочка вставайте, вы уже завтрак проспали, пора на процедуры.

Освободившись ближе к обеду, она позвонила на работу Роману, но его секретарша сказала, что его ещё нет. Лера позвонила домой, и опять всё те же гудки. И так продолжалась ещё пару дней. Она почувствовала себя одинокой и брошенной, потеряв все надежды на возвращение к мужу, поняв, что он просто её избегает.

Сон оказался в руку, выйдя в фае, она увидела как из противоположной двери, где располагалась мужская урология, выходил Николай. Лера, окликнув его, бросилась навстречу. Впервые встретив за последние три дня знакомого человека, она была безумно рада ему, теперь будет с кем поделиться своими отношениями. Они обнялись посредине большого коридора по-дружески, и он робко чмокнул её в щёчку.

— Ну, давай рассказывай, ты то, что здесь. Спросила она.

— Да вот, последствия нашего купания в холодной воде, простудился краснея отвечал Николай.

Увидев легкий мандраж на лице, Лера решила расслабить дружка.

— Ой да не бери ты в голову, что тут такого, вот меня вообще к венерологу направляли, прошла обследование по полной программе, и ничего не обнаружив, отправили в урологию. Там дура одна наплела, что-то мужу, и похоже он бросил меня, сказал, что я для него умерла. Я звонила три дня подряд и домой, и на работу, но он игнорирует мои звонки. Да ладно проехали. Пойдем погуляем, а то я тут как в заточении сижу ни кого не знаю, ни с кем не общаюсь.

Николай был рад такому повороту событий, фортуна сама повернулась к нему, и он теперь ходил за ней по пятам, настойчивее с каждым днём. Лера лишь изредка давала ему небольшие надежды, позволяя обнять себя не надолго по дружески, но тут же убирала напористую руку партнёра, вспоминая, что она по-прежнему замужняя женщина.

Найдя телефон урологии областной больницы, Роман набрал номер, но в трубке сказали, что она на прогулке. Тогда он сам поспешил к своей Лерочке. Проходя по алее, Роман увидел сладкую парочку, сидевшую в обнимке на последней скамейке. Подойдя к ним вплотную, Лера убрала руку партнёра, но он не мог не съязвить.

— Что любуетесь голубочки, да ладно не стесняйтесь. Ну Лерочка и чем же он тебя зацепил, понравилось трахаться в презервативе, а я то думаю, почему ты мне позвонила в деревню, и попросила их прикупить.

— Ромка ты чего, я ни с кем не трахалась, тем более в презервативе.

— Да ладно, твой бывший Серёженька мне всё рассказал, когда я его решил наказать, они там нашли ваш презерватив, наполненный спермой, поэтому и решили покуражиться над тобой, понимая, что ты мне не скажешь.

— Извини, я забыла тебе рассказать, там был презерватив, Мне его Коля случайно дал, перепутав с жвачкой. Ноя его развернула, посмотрела и выбросила на песок, не придавая значения. А откуда в нём сперма взялась, мне, то же стало тогда интересно.

— Ветром наверно надуло, или Леший туда наспускал. Так Леший? Обратился он к Николаю.

Но Николай как буд-то набрал в рот воды, вопрос оказался в точку. Ему не хватило смелости признаться супругам, да и он был рад их перепалке.

— Ромка давай не будем больше выяснять отношения, мы и так зашли далеко. Я по тебе так соскучилась. Ну прости.

Она встала, вплотную, приблизилась к мужу, и попыталась обнять. Её руки обвили шею, а нога оказалась у его промежности. Надавив своим бёдрышком ему между ног, она попыталась разжечь его страсть. Но Роман по-прежнему не верил жене, он разгадал её лесть, и отодвинулся от супруги.

— Лерочка, я не пойму чего ты хочешь, сейчас ты липнешь ко мне, а только что с ним обнималась. Да ты просто стерва какая-то стала.

— А ты, ты ревнивец больной.

Очередная их перепалка перешла снова в ссору, и Роман, обозвав её шлюхой, развернулся и пошёл назад по той же аллее. Лера не стала рыдать, её просто трясло от переполненных эмоций.

Николай, воспользовавшись ситуацией, вновь принялся её утишать. Он крепко прижался к трепещущемуся телу, положил руку на бедро, и начал его растирать. Его ладошка скользила всё выше и выше под тканью халата, подбираясь к лобку. Затем нырнула ей между ляжек, и начала орудовать там. Стараясь вдавиться в плотные губки, он не забывал большим пальцем проникать в прорезь нижней части лобка, вжимая плотные трусики. Лера раздвинула ноги, но только для того, чтобы убрать его руку.

— Коля не надо, нас могут увидеть, или ещё Ромка вернётся, тогда тебе точно не поздоровиться. Спокойно сказала она.

Но Николая было не остановить. Он той же рукой пролез под верхний бортик халата, и принялся массировать напряжённую грудь поверх бюстгальтера. Его губы вплотную приблизились к её ротику, и он с нетерпением ждал ответного жеста. Лера припала к мужчине, но почувствовав незнакомый ей вкус, тут же отпряла. У неё перед глазами всё время маячил Роман. Боясь его нареканий и осуждений, она всё время находилась в каком-то стопоре, и ни как не могла с него выйти. Но тем не менее, продолжая тискать её нежную грудь, Николай почувствовал через нейлоновую ткань, как отвердели её соски. Его затрясло, и он жадно впился губами в губы любимой. Лера долго терпела, а когда он ослабил свой вакуум, снова отпряла. Её порядком начала досаждать его чрезмерная назойливость, но она не могла грубо с ним обойтись, боясь потерять последнюю поддержку и опору. Поэтому, она как бы случайно неловко повернулась, и взялась за живот, ссылаясь на боль. Но её уловка сыграла опять ему на руку, он поднял её со скамейки и понёс в палату, проходя мимо больных и обслуживающего персонала. Демонстрируя их отношения, он всячески хотел показать их близость всем окружающим, надеясь, что кто-то всё равно передаст мужу. Он понимал, что сейчас наступил его последний шанс заполучить свою любимую женщину. Он был гораздо ближе к ней на этот период, и она была в неофициальном разводе. И если Лера вернётся из больницы, и они помирятся с мужем, то их любовь станет только крепче.

После очередного загула, Роман потерял ключи от квартиры. Заменив оба дверных замка, он вновь решил навестить свою Леру, найдя причину, чтобы отдать её экземпляр. Но увидя вновь её в объятиях нового кавалера, Роман даже не подошёл. Он бросил букет цветов на аллею, потеряв последнюю надежду. Она не сразу увидела уходящего мужа, бросилась в след, но Николай остановил её, и попросил не унижаться перед ревнивым супругом. Лера в очередной раз послушала нового ухажёра, но её душа по-прежнему разрывалась на части между двумя мужчинами.

Он постоянно переживал за их отношения, и когда доходил до критического состояния, заливал свою душу спиртным. И в этом ему помогали его друзья Руслан и Кирилл.

Ближе к обеду, неожиданно позвонила его благоверная. Лера сказала, что её сегодня выписывают, и она хотела бы на завтрашние выходные съездить к его родителям, чтобы навестить их и забрать детей. Но Роман уже принял приглашение от жены Кирилла, которая пригласила его к себе в дом, для того, чтобы отблагодарить за помощь двоюродной сестре Виктории. Он, начал искоса поглядывать на свою студентку, и хотел отомстить своей жёнушке. Этот звонок перечеркнул его планы, и он сразу помчался в больницу. Пока не зная зачем, или помириться, или окончательно разорвать отношения, по дороге он купил огромный букет из жёлтых тюльпанов, который ему просто понравился.

Лера ждала его у входа, стоя на высоком крыльце. Увидев издалека жёлтые цветы, в её сердце что-то ёкнуло, но она всё равно двинулась навстречу супругу. И не известно, какая их ожидала встреча, но не дойдя пару шагов, её окликнул Николай.

— Лера ты забыла больничный, он у меня, и я уже заказал такси для нас.

— Да зачем он тебе нужен, этот больничный, да и я на машине, поедем сразу к родителям. Сказал ей Роман.

Но она как бы его не услышала, и метнулась назад к Николаю забрать свою выписку. Не правильно поняв, Роман бросил цветы и словно растворился в длинной аллее. Потеряв свою очередную надежду остаться с супругом, она с болью перешагнула жёлтый букет, и в сопровождении всё того же партнёра пошагала не понимая куда и зачем. Такси проезжала, возле их дома, её сердце забилось, и к горлу подкатился огромный комок. Превознемогая себя, Лера попросила таксиста зарулить в свой дворик. Она поднялась на этаж, но в квартиру попасть не смогла из-за ключей, спустившись, её поджидал Николай. Он окончательно правильно выбрал позицию, не стал настаивать, а предложил подождать её мужа, и пояснить, что у них ничего не было. Просидев до вечера на подъездной скамейке, Лера передумала худшие варианты, и решила, что Роман сам хочет расстаться с ней, и предвестием тому были жёлтые тюльпаны и смена замков на дверях. Окончательно поняв, что она брошена, Лера приняла предложение Николая поехать к нему.

Они вошли в квартиру с узким маленьким коридором. Мужчина обнял свою музу, поцеловал в щёчку, и посмотрел в её задумчивые глаза.

— Проходи, раздевайся и будь хозяйкой этого дома, уверенно сказал Николай.

Лера, молча, поставила дорожную сумку с небольшим набором вещей, и нагнулась, чтобы снять не разношенную обувь с отёкших ног. Как настоящий джентльмен, он попытался опередить её, присел сзади девушки, и вместо того, чтобы помочь расстегнуть застёжки на босоножках, обнял её ногу. Осыпая поцелуями нежную кожу внутренней части бёдер, Николай не отводил взгляда от промежности. Ему вновь повезло увидеть эти пухлые складочки, в которые ещё больше врезались стринги, только теперь из чёрного гипюра. Казалось, что её пышногубая пилотка была совсем нагая, под короткой плиссированной юбочкой, полностью поглотив узкую перегородку трусишек. И только черная тесёмка, отходившая от резиночки, по углублению напряжённых ягодичек, и прятавшаяся в разрезе этих мясистых валиков, подтверждала наличие нижнего белья.

Нервно расстегивая застёжки, Лера, казалось, не торопилась изменить позу, давая насладиться партнёру увиденным. Она чуть вздрогнула, когда он коснулся той самой ложбинки, которую раздвигал три недели назад. От неожиданности её промежность сжалась и вместе с ней попка, которые вскоре расслабились. Он не убрал пальцы, с замиранием и переполняемым своим собственным любопытством, что дальше, стал разводить ладонью в стороны влажные складочки. Его средний палец уже упирался в ямку, что лежала сразу под лобковой косточкой, но спрятанная перегородка трусиков преградила путь.

Николай понимал, что сегодня она полностью в его власти, и не только сегодня, и завтра, и послезавтра, и по видимому до конца их жизни. Но страсть к этой женщине, и желание иметь её на протяжении двух недель, совместно проведённых в лазарете, гнали его с бешеной скоростью. Лихорадочно наминая половые губки, его палец продолжал давить на эластичную лямку, углубляясь с ней в половую щель.

Но затем, прекратив неудачные попытки проникновения, ладонь приподнялась чуть выше, и тот же пальчик нащупал другую дырочку. В месте, где лямка выглядела узкой тесёмочкой, не было такой надёжной защиты. Легко сдвинувшись в сторону, она освободила путь среднему наконечнику руки.

От неожиданного поворота событий, Лера напряглась как струна. Но тут же расслабилась, и колечко, что сжимало анальный вход, стало ослабевать. Мышцы с трудом ей поддавались, они не хотели впускать незваного гостя, но она желала получить продолжение начатого ранее, и по этому, прилагала максимум усилий, что бы заставить их разжать кольцо вокруг плотной дырочки.

Он увеличил напор, и тут же сработал рефлекс, мышцы сжались, коленки задрожали от напряжения, про себя Лера выругалась, но поделать с собой ничего не могла. Напряжённая дрожь в теле ещё больше сковывала её.

Потерпев вторую неудачу, его ладонь вновь начала опускаться вниз, захватив над собой эластичную перегородку. Нащупав начало углубления складок, средний палец судорожно заскользил между ними, вытесняя лямку трусов. Она как по направляющей сползала по пальчику к верхней части ладони, и затем спряталась в соседней ложбинке. Окончательно провалившись в углубление между крупной губкой и ляжкой, эта деталь лёгких трусиков, больше не являлась преградой. Поэтому его крупный палец легко провалился в переувлажнённое пылающее нутро.

Почувствовав теплоту и нежность её плоти, Николай принялся доставать своего жеребца. Не веря себе, что сейчас будет иметь эту желанную женщину, в мандраже он никак не мог вытащить длинный стержень через расстегнутую ширинку. Как и в случае с презервативом на озере, когда он не мог сообразить, что его нужно было просто раскатать по члену, теперь он не мог сообразить, что нужно просто расстегнуть пуговицу на штанах, и стащить их вместе с трусами.

Лера давно уже расстегнула застёжки на обуви, но продолжала стоять как вкопанная, боясь возразить гостеприимному хозяину. Ей не нравилось, что это всё началось с порога, без нежных объятий и поцелуев, но почувствовав предмет во влагалище, она инстинктивно задвигалась, вопреки своей воли. Почувствовав тянущую боль в ногах, от продолжительной неудобной позы, она чуть не упала с каблуков расстёгнутых босоножек. Вытянутые руки, упёршиеся в ступни ног, на миг поддержали её от падения вперёд, но коленные суставы не выдержав, начали складываться как карточный домик. Лера начала спускаться вниз, и тем самым ещё сильнее стала насаживаться на здоровенный палец мощной руки. И когда тот вошёл до упора, она буквально повисла на нём, как на мощном крюку, с которого потом как не пыталась, так и не могла спрыгнуть. Трёхнедельный перерыв в сексе привёл её к неожиданному оргазму. И когда заканчивались последние судороги, Лера почему-то начала выпрямляться.

К тому времени, Николай буквально вырвал свой негнущийся дрын из трусов и вытащил его из ширинки. Глядя на поднимающуюся подругу, он поспешил его вставить, как обычно нервничая. Его палец продолжал торчать во влагалище, поддерживая тело, а яйцеобразная головка члена, начала нежное скольжение от углубления ягодичек, к заветной дырочке между раздвинутых складок. Начиная движение с другой стороны тесёмки, теперь она была направляющей, и расправляла всю ту же лямку трусов, вытаскивая её из боковой складки.

Накатившаяся волна оргазма вскружила ей голову, и чтобы не упасть, Лера, окончательно встала. Его палец вылез из письки, освобождая место для старшего брата, и огромный член оказался между раздвинутых складок её пирожка, прижатый снизу перегородкой гипюровых трусиков. Она вновь ощутила этот большущий шишак в своей нежной прорезе. Только на этот раз он был значительно твёрже и горячее. Содрогаясь в последних конвульсиях, Лера крепко зажала свои бёдра, боясь впустить этот твёрдый кол.

Зажатый как в клещах, он не мог изменить угол входа, и ему ничего не оставалась, как просто поводить в этих тепличных и истекающих влагой губах. Казалось это не член, а двигался черен от лопаты, далеко выпячивая передний треугольник её стринг. Но, не сделав и пяти движений, он буквально взорвался, заполняя промежность горячей и липкой смесью. Узкая лямка трусиков не могла вместить и впитать такое количество спермы, поэтому та как лава вулкана, начала выливаться через край, растекаясь по ляжкам.

Голова шла кругом, коленки дрожали, ноги какие-то ватные, что со мной думала бедная Лерочка. Её сознание помутилось, и она начала сползать с члена расслабляя упругие бёдра. Спустившись на корточки, она продолжала сидеть в той же позе, переживая о случившимся.

Николай смотрел на неё сверху, переводя взгляд на своего предателя, который свисал из расстёгнутого замка фирменных джинсов. Он погладил девушку по голове, затем аккуратно взяв за затылок начал разворачивать к себе. Считая, что если женщина сама пожелавшая в его дом, должна быть покладистой и покорной во всех его желаниях. Кивком головы он предложил отсосать его измусоленный спермой увядший отросток.

Буквально повернувшись, Лера ощутила этот знакомый, резкий и приторный запах. Одно воспоминание, когда «друзья» там, на озере, при попытке её изнасиловать, выпустили сперму из презерватива Николая на её трусики, и затолкали их ей в рот, привело к тошнотворному эффекту. Она встала из последних сил, и не глядя на член, сняла босоножки.

— Ты тоже считаешь меня шлюхой, спросила она. Может когда-то я и сделаю тебе минет, но только не на пороге прихожей, и только чистого органа, и если ты сумеешь убедить меня официально стать твоей супругой. А пока, пожалуйста не делай так, и не торопи меня, я ничего ещё не решила. И хочу основательно разобраться в своих отношениях.

Не ожидая такой прыти от своей квартирантки, уверенный Николай слегка покраснел, потеряв дар речи. Он, молча, взял её сумку и занёс в гостиную. Сделав несколько шагов за ним, Лера почувствовала полные трусики влаги. А та, что стекала, размазывалась по шаркающимся ляжкам. Она отстранила его предложение присесть на диван, и попросила проводить в ванную.

Сняв свои основательно пропитанные трусики, Лера не смогла смотреть на них без слёз. Ажурные рюшечки по краям окантовки, в центре, чуть ниже резиночки, алая розочка будто живая, а по бокам пышные бантики, и всё это предназначалось Роману. Она хотела сделать сюрприз мужу на десятилетие их начала внебрачных отношений. А получилось что? Она одела их для этого неотёсанного мужлана. И на них просто наплевали. И кто? Тот, которого она всегда уважала, и кому до сих пор симпатизировала. Направив горячую струю, Лера долго смывала въевшуюся слизь, затем залила жидким мылом, подождала немного, и снова направила струю. Только после этого она взяла их в руки, немного пошаркала, расправила розу и бантики, и повесила на полотенцесушитель. В ней ещё теплилась самая маленькая надежда показаться в них мужу.

Лера вышла из ванной, накинув больничный халатик на голое тело. Она всегда имела в своей дамской сумочке запасные трусики. Но в этот раз, как и тогда на озере чистоплотная дама осталась без свежего белья, не попав к себе в дом. К тому времени Николай разложил большую софу, единственный спальный атрибут в его однокомнатной квартире. И теперь он отправился в душ.

Стоя под горячей струёй, Николай не отрывал взгляда от красивого гарнитура нижнего белья. Он всё время представлял, как освобождает её нежные грудки от чёрных оков, и затем избавляется от вульгарных трусишек. То медленно снимая их за резиночку и проводя до колен по шелковистой поверхности бёдер, то грубо сдёргивая за мотню через приподнятые ноги, то просто разрывая резиночку с обеих сторон, и разворачивая, передний треугольничик между ляжек под попу.

Но ему этого не придётся делать, Лера лежала посреди постели на одной подушке, а под ночной сорочкой ничего не было. Мысля про себя, она металась между двумя мужчинами. Казалось по-прежнему любя Романа, она боялась обидеть и потерять Николая, используя его как запасной аэродром, в случае если останется одна.

Присев рядом, Николай ни стал штурмовать события, а напротив, сковался перед её завораживающим взглядом. Сейчас он не знал, как подступиться к этой крутой крепости.

Лере же не хватало поддержки и твёрдой мужской опоры, которую она всегда получала от любимого мужа, ей хотелось расслабиться и хотя бы немного отвлечься. Какая-то пустота заполнила её душу, и висела тяжёлым грузом под сердцем. Нет, ей ни хотелось секса, и даже в этом случае с мужем, ей просто нужны были ласки от нежных и теплых рук. Она вспомнила, как Николай её успокоил после той трагедии на озере. Поэтому вновь предложила сделать массаж на всё тело.

И хотя она представала перед ним обнажённой, чувства стыда переполняли её. Лера просто попросила выключить свет, затем только сняла сорочку и улеглась на живот. В ожидании нежных рук, закрыв глаза, она уже вспоминала свои лучшие моменты супружеской жизни с Романом.

Да она просто стерва. То сама провоцирует и желает меня, то отталкивает, как дело доходит до секса, и просто не хочет. Подумал Николай, но с радостью принял приглашение, глядя на прекрасное тело любимой женщины. Ему не верилось, что вот так каждый день теперь он будет массажировать эту нежную кожу, прощупывать каждую косточку, этого прекрасного создания бога.

Почувствовав как вязкие капли упали между лопаток, Лера вздрогнула и чуть напряглась, подумав о самом плохом. Она открыла глаза и увидела, что в комнате было как днём от уличного фонаря. Мужская рука мелькнула перед глазами, поставив бутылочку с маслом на журнальный столик. Затем тут же вернулась обратно, и в паре с другой, начала растирать по спине эту приятную на запах и ощупь текучую жидкость. Лера, расслабила плечи, и снова окунулась в воспоминания.

Перед глазами летели все сладкие минуты их любовных утех с Романом. Она не чувствовала рук чужого мужчины, ей просто казалось, что тысяча языков любимого мужа ласкают её плечи и спинку. Забывшись на мгновение, кто рядом с ней, она простонала от удовольствия, и начала вдавливать свой пухлый лобок в плотный поролоновый матрас.

Массажист, вмиг усмотрел, как вместе с тазом вжимаются её ягодички, и поспешил загасить костер, плеснув обильную порцию масла между двух этих булочек. Вновь Лера вздрогнула, но тут же поняв, что это лишь масло, расслабила свою попочку.

Двумя потоками текучая жидкость скапливалась в глубокой ложбинке, и непрерывной змейкой как горный ручеёк стекала по длинному руслу промежности. Нежное скольжение масла по аленькой звёздочке напоминало движение пёрышка, нет, скорее лёгкое касание язычка, и Лера вновь задвигала попкой более откровенно.

Её ягодички словно играли в ночном свете фонаря. То сжимаясь до морщин, то вновь надувались, расползаясь к краям, и оголяя промежность. При этом тугое колечко ануса словно растворялось, образовывая глубокую розовую ямку. И как только она заполнялась, колечко снова сжималось, проглатывая порцию ароматного масла.

Наблюдая за движением тела подруги, Николай неожиданно сдёрнул плотные боксеры и освободил своего журавля. Именно на него он сейчас походил. Огромные яйца напоминали тело птицы, а длинный наполовину изогнутый член с закатанной головкой, шею и клюв. Точно предатель, подумал мужчина, надрачивая полустоячий ствол, не отрывая взгляда от прекрасной фигурки. Потом добавил, скотина, ну что ты до сих пор не встаёшь, перед тобой такая аппетитная жопа.

Ручеёк докатился до верхнего свода её пухлых губок, и каплей повис на передней складке. Лера ещё больше подняла свой таз, и просунула руку к промежности. Размазывая ладошкой от пилотки к лобку, она как бы случайно задевала свой клитор.

Почувствовав прилив эрекции, Николай оставил своего птенца, и переметнулся к женской промежности. Его руки жадно скользили у неё между бёдер, соприкасаясь с её ладошкой. Затем снимали часть масла с бугорков пирожка, поднимались вверх по ложбинке, касаясь расслабленного колечка, и смещались к вершинам накаченных булочек. Размазывая гель по попе и ляжкам, его движения становились всё энергичнее.

Лера просто захотела расслабиться, дав себе несколько секунд для того, что бы тело отдохнуло и вкусило всю прелесть мужской ласки. Её ротик раскрылся, чтобы впустить столь ценный воздух в сжатую грудь, и сделав несколько жадных глотков, она так и не насытилась. По влагалищу просто носились мурашки, в паху все ныло, сжималось до тупой и приятной боли, и эта боль постепенно стала подниматься к груди, разжигая все её тело. Состояние, когда уже нет возможности терпеть, когда разум перестает тебе подчиняться, когда тобой овладевает только одно назойливое желание, что бы тебя просто отжарили, здесь и сейчас, напрочь овладело ею. Потеряв окончательно разум, как сучка перед кобелём она без стеснения высоко поднимала свой зад, периодически прижимаясь лобком, и шаркаясь им по матрасу.

Взяв её ягодички ладонями, он развел их так широко, что стало чуточку больно. Через мгновение она ощутила, как сверху лег его член, такой длиннющий толстый, но мягкий от недостатка прилива крови. Он заскользил вниз по бороздке между румяными булочками, опустился до ямочки под копчиком и стал упираться в нее так же как несколько недель назад, на берегу озера.

Вначале Лера подняла свою попку еще выше, и он отчетливо увидел, как оголённая яйцеобразная головка упёрлась в центр ее звёздочки. Он прижался всем тазом, но член изогнулся и не продвинулся даже на миллиметр. Что бы ни упустить ее, он взялся за ствол у головки, и начал буквально вдавливать её рукой. Лера упёрлась грудями в матрас, приподнимаясь на коленках всё выше, и пальцами вцепилась себе в ягодицы и раздвигая их. Он смотрел на неё, то, как она это делает, как подставляет себя, как покорно позволяет манипулировать собой, то, что требуется самцу во время спаривания.

Возбуждённый мужчина ещё сильнее подался всем телом на ее попку. И к своему счастью увидел, как остроконечная головка вдавилась в ямку стараясь увлечь за собой толстый стержень. Почувствовав жесточайшую боль, и страх, что тебя сейчас разорвут, затряслись её ноги в коленках, и попка упала лобком на матрас, спрыгнув с настырной залупы. Она вжалась в пастель и стиснула свои ягодички, так, что на них появились морщинки.

Испытав очередное фиаско, Николай не оставил свою затею овладеть этой женщиной в первый же вечер. Он снова подлил масло в огонь, и принялся нежно его растирать от поясницы до пяток, обходя её интимные дырочки. Наивная Лерочка снова расслабилась и полетела как осенний листок, раздвигая стройные ножки.

Поймав очередной кураж, он пальцами раздвинул маслянистые губки, опустил член ниже ямки, куда не смог протолкнуться, и нащупав небольшое углубление между пылающих губ, вдавил свою шишку. Наслаждение, радостное наслаждение ворвалось в него, он всё же вошел, скользнул и вошел пусть и не так глубоко, но он ощутил её всей чувствительной частью своего органа.

От того, как он сделал так быстро, Лера аж подпрыгнула на животе и приподнялась на локтях. Со страха внутри все горело адским огнём, она изнывала желанием, не в силах признаться в том, что вообще тебе надо, и что ты тут делаешь, замужняя женщина, тебя быть здесь не должно. Два полушария головного мозга разделились как два мнения разных людей. Одно стыдило её, другое подталкивало к начатому. В правое ухо шептали, что ты до сих пор не разведена, ты его по-прежнему любишь и ждёшь, он тебя тоже. А левое её отговаривало, и порой напрочь сбивало слух в правом, произнося, что воспользуйся случаем, бери от жизни всё, и она тебе отплатит добром, расслабься и получи удовольствие, может такого случая больше и в жизни не будет. Да и куда тебе «нахрен» деваться ведь он практически там.

Войдя в неё, он почему-то не торопил события, или от неожиданности, или от недостаточной эрекции. Лера оцепенела всем телом, перестала дышать, и почувствовала, как в её преддверии раздувается огромная пробка, широко раздвигая скруглённые губки. Она ждала с замиранием сердца, практически с мыслью, что будет, то будет.

Его мощные руки резко дернули её на себя, и в этот же миг он сам ей подался на встречу. Член изогнулся, головка скользнула по косточке внутри влажных губок, расталкивая их горячую плоть, и выпрыгнула за пределами передней складки лобка.

От неожиданности Лера закусила губу и плотно зажмурила глазки. Тяжело дыша через нос, она изо всех сил сжимала промежность. Чувствуя, как вздрагивает от прилива крови его член, как медленно расширяясь внутри, становится всё толще и твёрже, она нисколечко не разжимала тиски. И хотя осознав, что у него ничего не получилось, она понимала, что ещё ничего не закончено.

Вдруг он медленно стал выходить из неё, и почти выйдя, снова пронзил её насквозь. Лера ощутила, как плотно сжатые губки стали нехотя размыкаться, впуская напористого дружка. Головка скользнула по их направляющей, провалилась в небольшую ямку, ударилась в лобковую косточку, подпрыгнула, и снова заскользила по прорези, вылезая наружу.

Он врывался как разъяренный бык, медленно выходя из неё, и она отчетливо слышала шлепки ягодиц о его бедра. Затем его пальчики слегка сжали соски, потом еще и еще, Лера выпрямилась на руках, грудь оторвалась от простыни, и начала подпрыгивать в так его движениям. Слегка расслабив промежность от усталости, она почувствовала нежное и истомное скольжение по набухшему клитору. Внутри её все ныло, все разрывалось, все выпирало наружу. Какая-то неистовая щекотка пробежала у неё между ног, а потом раскалённая волна прокатилась в груди, спустилась в промежность, и пылала огнём. Жар был такой, что она вся мгновенно вспотела, простынь прилипла к телу, а сжимавшие грудь руки мужчины постоянно соскальзывали. А потом наступил долгожданный покой. Теплая и нежная волна поглотила её, и она улетала, растворяясь, в невесомости. Не смотря на хорошее освещение в комнате, она ощутила, что провалилась в яму, где нет никакого света, нет ни пространства, ни времени, все пропало, осталась лишь пустота.

Она больше не могла ему воспротивиться, резкие толчки перешли в ритмичные движения, и зачарованная Лерочка полностью расслабила ноги. Отвердевшая напрочь залупа, по прежнему скользила по накатанной дорожке, только теперь, больше проваливалась в углублённую ямку рыхлого влагалища, и больнее ударялась о лобковую косточку. Лера почему-то вспомнила старую детскую песенку:

По кочкам, по кочкам, по маленьким пенёчкам.

Ехал петух, в ямку бух!

И в этот момент только не петух, а журавль сунул клюв в её изнывающий кувшин. Вспомнив детей и любимого мужа, она со всех сил брыкнула своего наездника. Не ожидая такой прыти, сильный мужчина покатился с софы прямо на пол.

— Я тебе говорила, что там только для мужа. Старого я, кажется, потеряла, а вот новым ты пока ещё ни стал. Строго возразила Лерочка.

Пришла она в себя от того, что ноги дрожат, а пальцы на руках просто гудели от судорожной боли. На первых порах, она даже не испугалась, а вот теперь её не покидала мысль, как она будет спать этой ночью, ведь партнёр-то не разрядился, и что у него на уме. Она быстро вскочила с кровати, и прикрываясь пледом, поспешила принять душ. Вернувшись в сорочке, она попросила постелить ей отдельно. Но в нём, вновь заиграли рыцарские чувства, и он предоставил гостье софу, завалившись, полусидя на кресле.

Она не могла сомкнуть глаз, наблюдая за спящим хозяином. Переваривая их будущие отношения, она думала, может это не её судьба, может это ни тот принц на белом коне, тот уже приезжал. Ну почему он так старается поиметь меня сзади. Ещё хуже Ромки, суёт свои пальцы, доставая до матки, и трахает ими. Лучше бы член засадил, ни так было бы обидно. Да и член, то кончит, не донеся до «пизды», то не может подняться. Но зато о-го-го, сантиметров на пять, или восемь будет длиннее, да и толще. Тут залупу лишь затолкал, так я чуть не потеряла рассудок, а если весь, то наверное описаюсь и дурною стану. Да я и так дура, какие «хуи». Нет, я точно больная. Да ладно, утром, если полезет, обязательно дам, вот только в классической позе. Он что не видит, что у меня королёк. И таких лучше классикой, или даже стоя, не раздвигая ног. Какие все мужики, как кобели, Ромка и тот хотел сзади попробовать, а когда понял, что со мной так неудобно, и я так не кончаю, отклонил эту затею навсегда.

Нет, а все-таки, может дело не в судьбе, из трёх попыток, когда он был практически во мне, я сама его брыкала, не желая проникновения. А если женщина не даёт мужику, значит, она его просто не любит. А кто говорит, что я его не хочу, может не даю, потому, что до сих пор являюсь законной женой. Но для Романа ведь я умерла, и он приходил ко мне в лазарет, для того, чтобы назвать меня «шалавой». Но я ни такая. Я ни с кем не шалавилась, у меня и любовника, то никогда не было. Так пару раз по пьяни меня поимели, но это против моей воли, любая могла оказаться на моём месте, и так же ничего бы ни сделала.

Нет, я просто доверчивая и наивная. Ромка правильно сказал, что я никогда не обхожу грязь, и перепрыгивая через неё всегда спотыкаюсь. А может ну её эту грязь, собирайся домой и падай в ноги своему муженьку. Расскажи всё по правде, покайся, и он в очередной раз простит и поймёт.

Она закрыла глаза, и лежала, не двигаясь с большим напряжением, когда услыхала шаги возле себя и затем теплое дыхание в лицо. Как будто играя в ромашку, «дать» – «не дать» она продолжала повторять про себя. Он склонился над спящей красавицей, и стянул тонкий клетчатый плед. Лера с испугу открыла глаза, повторяя всё те же слова, она увидела расширенные зрачки Николая. Он спросил в тот момент, когда внутренний голос партнёрши, произнёс, что «не дать», и она крикнула: «Нет»

— Лера, ну дай, я прошу тебя дай, я тебя никогда не брошу, я тебя так хочу. Ты для меня самая желанная женщина. У меня только лишь на тебя встаёт. И дальше слышалось только:

— Дай, дай, дай……. ну что тебе стоит, дай.

— Нет, нет, нет……. Нет и всё! Категорически отвечала она ему.

Сегодня её ещё больше вырубало его слово «Дай», и если бы он просто приголубил самые откровенные части её тела, приласкал их своим губами, как это делал Роман, она с удовольствием бы раздвинула ножки, лёжа на спинке. Но он продолжал мычать как бычок, стоя на коленях.

— Встань, не позорься, ты же мужчина, и прими лучше с честью дамский отказ. Гордо сказала подруга.

Николай приподнялся, и направился в ванну. Было не слышно ни журчание душа, ни журчание унитаза. Лера вновь испугалась за него, и отправилась в поиски. Тихо переступая по шерстяному ковру, она увидела в приоткрытую дверь мелькание какого- то предмета в руке на уровне пояса. Лера ни сразу поняла, в чём суть дела. Она приблизила глаз к светящейся щели, и впервые отчетливо увидала его жеребца в полный рост.

Как и в случае на озере, Николай быстро сдался, психанул, и помчался дрочить скакуна. Наверно впервые глядя на член, да ещё и какой, Лера не испытала ни какого интереса, тем более наслаждения, наоборот, она испытывала отвращение. Он дрочил на те трусики, которые предназначались Роману. То поднося их к носу, вдыхая свежий аромат мыла, то преподнося алой розочкой к такой же по цвету залупе, казалось он просто поддразнивал Лерочку.

— Скотина, чуть не вырвалось с её уст, ты их сегодня уже опспускал, но это не для тебя предназначалось. Верни их на место.

Ещё миг, и она казалось, взорвётся, выхватит эти мокрые стринги, и нахлещет ими по роже. Но когда он начал вдыхать аромат этих ажурных трусишек, его журавль срыгнул прямо в раковину, и Лера с испугу метнулась в постель, не зная, что там было дальше.

Она снова окунулась в рассуждения. И вот теперь, всё перевернулось до наоборот, она уже жалела своего благодетеля, думая, что он поступил очень даже правильно, ни стал насиловать и принуждать её к сексу. Лера позвала к себе в постель вернувшегося Николая, при условии, что он не позволит себе ничего лишнего. Ей было просто неудобно спать на ложе хозяина, когда тот мучается в узеньком не раскладывающемся кресле. Она долго терзалась и извивалась рядом с телом мужчины, которого ей показалось, что она полюбила, или может уже вскоре полюбит. Делая хитрый ход, Лера выжидала, когда Николай приобнимет её, чтобы решить вопрос о детях. Она больше всего волновалась за них, и поэтому не дождавшись событий задала вопрос прямо в лоб.

— Николай, а ты моих детей на себя запишешь, и будешь любить как своих.

— Но у них есть же отец, живой и здоровый, ответил он.

— А как мы будем жить все в однокомнатной квартире? Спросила Лера.

— Ну я не думал об этом, мне казалось, что они останутся у его родителей. Или будут жить с отцом, у вас же большая квартира. Да кстати, а ты не собираешься подавать на раздел. Тогда детей можно оставить себе, что бы доля твоя больше была. У вас же ещё есть кафе, вот и пусть муж себе забирает. А мы переедем в вашу квартиру.

— А твоя однокомнатная, спросила она.

— А что моя однокомнатная, моя есть моя.

— А как ты собираешься жить, я ведь дама с запросами. И если кафе перейдёт Роману, я останусь без средств существования. А на твою зарплату автомеханика далеко не разбежишься.

— Ну ничего, уменьшишь свой пыл, устроишься на работу, плюс алименты, тебе и детям достаточно будет. Серьёзно отвечал Николай

— Скупердяй, скряга, жмот, бездушное животное, и я с ним хотела связать судьбу, да ни в жизни. Думала она про себя. Да я лучше к Ромке в ноги покланяюсь, вот он настоящий мужик. Он бы так никогда ни сказал. Да он может что-то съязвить, но только по делу или шутя. Но никогда не будет размениваться на мелочах. И думаю он меня поймёт. Она так уверила себя, что знала наверняка, что Роман её не отпустит, ведь главным козырем для их обоих оставались дети, два самых чудных на свете создания.

Николай через десять минут захрапит, отвернувшись к стене, а Лера, как там же на озере, тихо покинет его, одев на себя не подсохшие трусики. Она долго будет ждать своего Романа на ступеньках подъезда, а он придёт лишь под утро.

Тем временем, Роман позабыл обо всём и обо всех, допивая литровую бутылку в компании двух друзей и их женщин. Он поглядывал частенько на Вику, которая сидела по правую руку с Русланом. Сегодня она была просто обворожительна и прекрасна, и превратилась из молоденькой серой студентки в элегантную заморскую леди. Её длинные белокурые волосы были аккуратно расчёсаны и уложены в ровные рядочки. Серые глазки просто сияли на фоне макияжа теней, а длинные реснички подведённые тушью придавали им ещё больше шарма. Она как княгиня вкушала пищу, боясь повредить помаду и блеск алых губок, которые придавали им больший объём. Сидя в строгой позе, она всё же набиралась смелости взглянуть на своего преподавателя. Руслан был тоже прикован к ней, он то и дело подливал женщинам мартини, и требовал скромную Вику пить до конца. Понимая, что причиной её скованности был Роман, он попросил развеселить его спутницу, и выпить с ней на «брудершафт». Роман легко согласился и после скромного поцелуя они были на «ты».

Заканчивалась водка, но бывший десант не сдаётся, пока стоит на ногах. Роман с Кириллом засобирались в ночной магазин. Они вернулись, и застали Уходящую Вику в объятиях Руслана. Он держал её снизу за попку, и прижимал к своему паху. Мощные руки спортсмена отрывали её тело от пола, и одновременно массировали ягодички. Увидев Романа, Вика раскраснелась от стыда, и забрыкала ручками и ножками. Они долго шептались, но она вышла чуточку растрёпанная и одна. Руслан почему-то ушёл. Дальше Роман помнит, что жена Кирила не отпустила его в таком состоянии и положила в зале, на заранее разложенный диван.

Роман проснулся среди ночи. Ощутив, что его бёдра прижаты к попке супруги, он не мог понять, как он оказался дома в постели с женой. Соскучившись по женскому телу, его руки не переставали наглаживать её самые интимные места. Взявшись за грудь, он просто остолбенел, вернее, остолбенел его друг, вылезая из узеньких плавок. Его шишка чесалась, как после укуса комариков, и он непроизвольно задвигал всем тазом. Упираясь о бугорки ягодичек, плавки сползали всё ниже и ниже, а твёрдый ствол, проваливался всё дальше и дальше в глубокую ложбинку, пока не почувствовал тесёмку от стрингов. Убрав свою руку с груди, Роман ухватился за упругую попку. Гладя ладошкой по выпуклому полушарию, он стал пробираться её торцом в углубление, сдвигая свой член и тесёмку от трусиков. Затем взялся за конец, и направил его в набухшую пуговку, от которой исходило приятное тепло. Попка инстинктивно зажалась, отпрянула, и тут же прижалась захватив его твёрдый отросток в тугие тиски по всей длине. Узнаю свою Лерочку, подумал Роман. Он тут же отодвинулся, и начал нащупывать нежную киску. Какая она с заду маленькая, и как только влезают такие большие кочерыги. Он немного повтирался ладошкой по сжатому пирожку, но тот не раскрылся, лишь только выделил сок. Он им же смазал головку, и вставил её между маленьких губок. И все-таки какая она маленькая сзади, и как ни пытавшись вдавить, так и не смог. Попка постоянно от него отодвигалась, но не пыталась ускользнуть навсегда. Он боялся причинить боль своей ненаглядной, поэтому жестом руки повалил её на спину. Тело свободно подалось, и слегка раздвинуло ноги. Ему с нетерпением хотелось изучить её киску, он стянул резинку трусов чуть ниже лобка и принялся её наминать. Почувствовав изобилие влаги, он решил проверить её окончательно. Его пальчик скользнул в истекающую пещерку, и во что-то упёрся. Вот тебе новость, ей что всё там зашили, что бы на левака не ходила. А как же мне быть? Он ещё раз поковырял своим пальчиком, и все-таки нащупал маленькое отверстие. Вдавливая его посильнее, он заметил, как тело начало извиваться по сторонам, двигаясь ему на встречу. Ну Лерка, она опять устроила мне брачную ночь, подумал Роман. Он приспустил трусы, и завалился но разгорячённое тело. Вставив свой членя. Он ощутил настоящее болото, но не стал форсировать события, ему хотелось просто наслаждаться ещё и ещё. Но девушка, превознемогая терпение, постоянно дёргалась навстречу. Поняв, что он сегодня желанный, Роман придавил мощным таз свой изнывающий орган, и девушка успокоилась. А он вот нет. Его член оставался на месте. Тогда он взялся за плечи, чтобы нанести сокрушительный рывок, и прижался к её щеке. Он тут же понял, что кожа шершавая, длинные локоны, более объёмные и упругие бёдра, ведь это не Лера. А кто? Кто эта девственница? Он замер и ослабил напор.

— Роман, ну давайте, я изнемогаю, а то сейчас кончу, и потом совсем не смогу. Шептала она.

— Вика? Ты? Как ты попала в постель? Что ты тут делаешь, с недоумением спрашивал Роман.

— Я вас просто хочу.

— Но хотеть, просто мало, нужна ещё и любовь.

— А я вас и люблю.

— Но я ведь старше намного тебя. И женат.

— Но это не запрещает любить. И вообще в вас влюблены половина девчонок потока.

— И что теперь, я должен с каждой переспать.

— Нет, но я же вам нравлюсь.

— И поэтому должна мне отдаться, ведь ты потом будешь жалеть. Ты хоть пробовала, знаешь что это такое.

— Да пару раз, и оба со сверстниками. Но они только в письку воткнут, и сразу кончают, и потом не могут протолкнуть свой вялый стручок. Я конечно затем то же кончаю, но после этого долго не хочу. А вот со взрослыми это по-другому, девки многие встречаются со стариками, и да же постарше вас.

Она вцепилась в ягодицы Романа и в судороге потянула их на себя, её тело тряслось как при электрическом разряде и она просто трахала его над собой. Он изо всех сил сопротивлялся, пытаясь сохранить её девственность, и не безуспешно. Она основательно кончила, расслабилась, и начала руками сталкивать его. Роман только сейчас осознал, что всё это время, когда он читал нотацию девушке, его головка была полностью погружена в нежную слизистую ткань. Она натянула трусы, отвернулась от него, и попросила не прикасаться. Роман посмотрел на спящую девушку, и улыбнулся, подумав, какая все-таки сложная эта женская натура. Но улыбка была не долгой. Он вспомнил, что Лера уже не в больнице, а он не передал её связку ключей. Роман вскочил как ошпаренный и помчался домой.