Как это бывает в действительности16,17, 18 годы, когда каждый пацан просыпается с качественным стояком и удовлетворят себя

ононируя. Мы жили в далёкие шестидесятые в коммунальной квартире. Соседкина комната была за фанерной стенкой, и было слышно не только, что говорили…

Отец уехал жить к своей матери. Мы остались в троём я мамочка и бабуля. Это случилось на новый 1960 год. Бабуля ушла отмечать к родственникам. Я остался с мамочкой. Выпили, посмотрели телек, и пожелав друг другу спокойной ночи пошли спать. Я краем глаз видел, как она раздевалась. Дверей в большую комнату не было только гардины. Первый раз в жизни я увидел и почувствовал в ней женщину, с которой можно решить свои сексуальные проблемы. Длинные ноги с икрами бутылочками переходящие в широкие бёдра и такую пышную задницу, такие манящие слегка провисшие груди…..

Мне только исполнилось семнадцать. От её голого тела член стоял колом и я подрачивал его.

Вдруг меня как будто ошпарили кипятком – а почему бы и нет. Не убьёт же она меня. Весь дрожа, я лёг к ней в постель. Конечно сказалась юношеская неопытность. Как потом семь лет спустя на лекции говорил психолог – Только придурки бросаются на женщину пытаясь её поиметь. Хорошая симфония не бывает без прилюдии и увертюры. Так и случилось. Она не проронила ни слова. Лежала как каменный истукан, скрестив и плотно сжав бёдра ног. Может она бы и отругала меня, но соседка за стенкой была дома….. Я провозился лёжа на ней минут двадцать пытаясь раздвинуть ноги. Всё тщетно. Хлопнула входная дверь, и я еле успел нырнуть в свою кровать. Пришла бабуля. – Спите ну и правильно. Она помолившись, тоже легла спать.

Утром мать не сказал мне ни слова. Я тоже молчал. Как будто ночью ничего не происходило.

Прошло три года. Я уже окончил школу. Не пройдя по конкурсу в институт, служил в армии. Неожиданно на втором году службы мне обломилась командировка в Москву на завод за «Бареттарами». Я как на крыльях летел домой. Родители померились. Они получила двух комнатную квартиру в Перово. Я ещё ни разу в ней не был. И облом дома никого. Позвонил тётке. — Сашенька. А они уехали отдыхать в Одессу к брату.

Вечером я позвонил от тётке дядьке в Одессу… Мать, посто чуть не прослезилась. Её голос дрожал — Сынок, Сынок. Я дам телеграмму и первым же рейсом, на который достану билет прилечу.

Два дня я жил у своего старого товарища по двору Толяна. В среду вечером я встретил её в аэропорту. В четверг я весь день проторчал на заводе, в отделе сбыта оформляя документы. Пришёл вечером усталый. Вообще шумная Москва, после тишины тайги с пусковыми ракетными стартами, действовало на меня утомительно. В воскресенье я должен был быть уже в части. Я взял билет на субботний вечерний поезд. Рассчитывая приехать в часть поздним вечером в воскресенье. Пятницу мы провели весь день вместе сходили в кино. Вечером в театр. Мужчины бросали на мать не двусмысленные взгляды, а некоторые оборачивались, глядя ей в след. Мне было приятно, что рядом со мной такая красивая фигуристая женщина и она моя мама. У меня и мысли не возникло за эти два дня прийти ночью к ней в постель. А может она не давала повода, да и мой член по утрам не стоял колом.

В пятницу вечером я ей сказал – Завтра я уезжаю. Я пригласил Толика проводить меня, да вещи надо отдать ему, в которых я ходил в эти дни по Москве. Ты не против?

— Это какой Толик? – Да, помнишь, они ещё в нашем доме жили. Сын тёти Иры.

— Мать так ты у него жил эти три дня пока не было меня? И внимательно посмотрела мне в глаза.

Я не придал значения её пристальному взгляду. – Да ма. Тётя Ира уехала на Украину к родственникам отдохнуть, он один был дома.

— Конечно, пусть приходит. Он ведь твой друг. Ты когда ушёл в армию в ноябре, а он в декабре. зашёл к тебе думал ты дома. Я тогда дала твой адрес ему.

Мать устроила мне прощальный ужин. Распили пол литра «Столичной» водки. Мать пила только кагор. Она ушла, на кухню ставить чайник и убирала со стола.

Толька сказал: — Красивая у тебя мамочка и фигуристая. Так и хочется обнять и прилипнуть к её пухлым губкам. Хорошо сохранилась всё при ней. Сколько ей лет.

— Да сороковник стукнет в этом году. – Да годы её не старят, такие кондиции набрала сума сойти. Даже яйца сводит, как представлю её опять голой в кровати…

Я обалдел от услышанного. – Твоя мамуля Ирочка ещё красивей, а от её чёрных глаз можно сойти сума. У тебя глядя на неё в кровати, не возникает такого же желания.

— Она моя мать и только мать. Это святое. Мое приставание к ней для неё как нож по сердцу. Она меня не простит ни когда, если я её трахну. А твоя для меня просто красивая женщина, с которой можно приятно провести время. Доставляя при этом друг другу удовольствие. А твой батяня где? Они опять, что ли разругались. Да, нет они отдыхали вместе. Он приедет в субботу поездом.

Пришла мать. Мы попили чая, и я стал собираться. Прощаясь на вокзале, они оба махали мне руками в след уходящему поезду. Она взяла его под руку, и они скрылись из вида…. Поезд набирал ход.

Я не спал, меня била нервная дрожь. Неужели он её сегодня выбит. А почему бы и нет. Красавец с вороньей шевелюрой, карими глазами, под метр девяносто ростом и наследством его бог не обидел… Девки на него всегда вешались…. Да и не мальчик уже он, на года три — четыре старше меня. Ему где-то 24-25 не меньше. И вдруг эта мысль как молния озарила мой ум. Да он давно её трахает. Во первых он даже не спросил адреса куда приехать, когда я пригласил его к нам. Во вторых его эта фраза «представлю опять голой в кровати». Значит точно ебал. И этот её изучающий взгляд, когда я сказал, что он приедет. Боялась наверно, что он проговорился, что спал с ней и я лягу на неё ночью.

Я дембельнулся и приехал через год. Как-то всё подзабылось. Отец уходил на работу к девяти, выходя из дома полвосьмого. Мать к десяти в клинику, где она работала врачом.

Мне некуда было спешить. Я не знал, куда пойти работать и пока поступил на подготовительные курсы в институт, болтаясь с утра без дела. Проснулся от стояка, спустив онанируя и пошёл в ванну совмещенную с туалетом умыться. В ванне лилась вода. Мать мылась под душем за шторкой.

— Саш. Ты проснулся, я сейчас подожди минут пять.

Я пописал. Подмыл член на кухне. Ушёл к себе. Минут через пять

— Саш иди, ванна свободна. Я сейчас оденусь и приготовлю тебе завтрак.

В приоткрытую дверь я увидел мелькнувшие её полные голые ягодицы, стройные ноги и слегка провисшую груди четвёртого размера. Махровое полотенце на плечах прикрывало часть тела. Член встал колом. Мелькнула крамольная мысль. Будь, что будет. Не убьёт же она меня, да и отцу врядле расскажет. Чем я хуже Толяна и вошёл к ней в комнату. Голый, со стоящим солдатом 20 калибра. Она уже стояла в шёлковых трусиках, застёгивая лифчик. Увидя меня замерла. Лифчик упал на пол.

Дрожащим голосом спросила – Саш тебе чего? Я обнял её, припав к её губкам. Наши тела опустились на кровать. Я лежал на таком желанном, тёплом, дрожащем теле между её ног, и мой солдат тёрся об её промежности ища заветную щель….. Она оторвалась от моих губ. Тяжело дыша зашептала:

— Не надо, не надооо. Я прошууу. Как ты можешь я же твоя мать.

Я привстал и направил солдата пальцами руки, раздвинув её половые мокрые губки. Солдат сходу провалился в жаркое влагалище.

С её губ сорвалось – АААХХХ — и она замотала головой. — Уходи. Уходи. Как тебе не стыдно мать свою иметь… подкинула меня ягодицами, пытаясь меня сбросить с себя. Я вцепился руками в спинку тахты, придавив её всем своим телом. Работая, в бешенном темпе в её пизе своим солдатом.

Она замолчала, закрыла глаза. Положила руки на мои ягодицы. – Ну куда, ты спешишь. Куда дурачок ты мой любимый. Остановись. Вот молодец и слушай меня. Нам обоим будет хорошо.

А твой отец импотент, импотент сподобится залесть на меня раз в месяц и то ни на что не способен. Так полуобмякшим потычет с края пару минут и кончит. Только заводит меня. А ты стал настоящим мужичком. Как мне с тобой хорошо как хорошо. ЫЫЫЫЙЙЙЙ — и она стала подмахивать ягодицами навстречу моему солдату, закинув ноги мне на спину. Подождиии. Подождии. Остановисььь. Привстань, раздавил бычарааа. Дай передохнуть. Достал до самого, самого. Ох, какая я бесстыжая. Кончила под сыном.

Я стал опять, наращивая ритм фрикций трахать её. В её влагалище уже хлюпало как в болоте. Она уже подвывала, кончая несколько раз. – Всё, всё остановииись больше немогууу. Что ж ты делаешь со мной, ЫЫЫЫЙЙЙЙ мама роднаяяяя сейчас ууумрууу под тоообоййй.

Залупа надулась и готова была лопнуть. Член стал каменным. И она лопнула, выстреливая в неё горячую сперму. Обливая её матку и влагалище. Она начало сокращаться, сжимая моего солдата. Она – АААА миленькийййй. Давай, Давай. ЕЩЁЁЁ. Ещёёё. Толяяя, Толечккааа миленикиййй — и стала подмахивать в бешененном темпе. Мотая головой и вцепившись в меня руками, сжав бёдрами не отпуская. Мы кончили на этот раз вместе.

Она открыла глаза. Полежи на мне, полежи. Пусть он там побудет. Мне так хорошо с тобой было.

Я поцеловал её в губы. Наши языки переплелись. Солдат снова окреп.

Я перевернул её. Она пригнулась. Я держал её за ягодицы и она теперь сама насаживалась на него в том ритме, какой ей был нужен. Она опять кончила пару раз и теперь скакала наезницей просто сев на него. Я почувствовал, что сейчас буду кончать. Нагнул её, и вогнав под корень просто крутил им её чреве. Залупа отсалютовала ей во влагалище. Она задёргалась – Что же ты со мной делаешь, что делаешььь я умру под тобоййй Толяяя, Толмчкааа ЫЫЫЫЙЙЙ АААХХХ. И она упала мне на грудь…..

Через пару минут открыла глаза. В них стояло смятение. Она всё поняла. – Дура я. Какая дура. Что наделала. Теперь ты на меня будешь смотреть как на шлюху. Да.

Я спросил – Ты давно с ним живёшьььь. Молчание на полминуты. — Тебе в подробностях или как?

— Да лучше будет, если я всё узнаю от тебя, чем от него или других. Как говорят. Шила в мешке не утаишь.

Да эта связь не постоянна сам понимаешь. Зачем я ему. Так время от времени. Утолить свою похоть. А мне мужик тоже нужен хотя бы раз в неделю. Что бы вот так как сейчас с тобою до потери пульса….

— Так давно? – Да года четыре. Переодически встречаемся. Ты ушёл в армию, он пришёл. Красавец. Чёрт его побери. Я одна осталась. Бабка у сестры на Украине, отец ушёл. Здесь он пришёл узнать твой адрес….

Мне было так стыдно, ты не представляешь. Особенно когда встречала его мать. Всё произошло так быстро и неожиданно. Сидели на диване. Выпили за его возвращение. Я дала ему твой адрес.

Он опрокинул меня на диван, целуя. Я не крикнуть, не сказать ничего могу — соседка за фанерной стенкой услышит. Потом сплетен не оберешься. Только прошептала тихо ему на ухо. Как не стыдно, отпустиии. А он уже вошёл в меня своей колбасой, содрав с меня причендалы.

Стал приходить ко мне несколько раз в неделю. Мы жили с ним регулярно около года. Осенью помирилась с отцом. Нам дали квартиру. Он помог переехать. Пригнал грузовик и ребят. Потом он пропал. У него появилась невеста. Да и ко мне приехала мать и отец вернулся. Сам понимаешь. Встречаться стало негде.

— Тогда в августе, когда вы с ним меня провожали, ты его к нам домой привела?

— Ну, привела, привела. Попросила, чтобы проводил. Не тащиться же одной ночью через парк с электрички. Кончай свои расспросы мне так стыдно перед тобой.

— Он тебя тогда дня два наверно из кровати не выпускал. – Дурачок ты, если женщина не захочет…. Ничего мужик не получит. Это я его за два дня выдоила как щенка. Он ушёл от меня в воскресенье ближе к вечеру. Он домой, а я встречать отца. В сентябре несколько раз приезжал в Кусково под дубами грешили… Потом опять пропал. Тебе это трудно понять. Отец импотент. А я в самом соку мне секс, как воздух нужен.

С Толяном я на эту тему больше не говорил. Он работал преподавателем автодела в институте и трахался с какой-то студенткой. Но она замуж за него не спешила выйти. И весной он был в таких расстроенных чувствах.

— Вот сучка, сучка. Спала со мной, а замуж вышла за капитана летуна из части отца. В июне я пригласил его на день рождение. Мне исполнился 21 год. Гости выпивка …. Танцульки. Толька откровенно прижимал мать танцуя с ней. Она несколько раз сбрасывала его руку со своей ягодицы, выговаривая ему на ухо совсем не лестные слова. Когда стали гости расходиться. Отец достал шахматы и часы стали играть блиц по три минуты партия. Он конечно отодрал нас как щенков. Мне это надоело. Я сказал – Так нечестно. Ты перворазрядник, знаешь все эндшпили на изусть. Давай играть без часов.

Уже в двенадцатом часу мать сказала: — Кончайте играть. Толику домой пора. Ещё полчаса и не на одну электричку не успеет.

Отец – А зачем ему ехать по темноте. Пусть ночует у нас. Завтра воскресенье. Неси постель сюда в гостиную. Мы ещё пару партеечек с ним сгоняем.

Мать – Ну ты старый отстань от парня. Ему наверно надоело с тобой играть, а отказаться ему неудобно.

Толян – Да нет тёть Свет. Здесь такая интригующая партия. Я пожалуй останусь у вас ночевать, если вы не против. И подняв голову, посмотрел на неё. Она опустила голову, встретив его взгляд.

— Ну как знаешь. Оставайся. Мать не будет волноваться.

— Да она вышла замуж и живёт у мужа. Мы теперь с братом – двое холостяков.

— Володи сколько лет. Да восемнадцать. Хочет поступать в институт.

Мать принесла постель. – Вот тебе постельное бельё Толя. Я пошла спать.

Мы проиграли на победителя до двух часов ночи.

Я заснул сразу. Проснулся, пописать в утренних сумерках из столовой слышался материн голос.

— Пустиии. Пусттттиии. Дурак. Мужа разбудим. Сын рядом, если увидит – позор, какой позор. Как я с ними жить буду. Сума сошёл. Что ж ты делаешь негодник. Пусти. Давай завтра. Верней сегодня в Кусково. Да брось скулить Сашка думаешь не знает, что я тебя ебу почти четыре года. – Мать испуганно ты, что ему всё рассказал про нас, Вовку и ребят…

— Да успокойся, ни чего я ему не рассказывал. Зачем мне это. Но ты его, что за дурака держишь. Он ведь всё видит и догадывается.

— Прошу тебя. Очень прошу, не проговорись, про нас с тобой и особенно про те групповухи на даче.

Он снял с неё ночнушку, она стояла голая. Ну прямо как у Рубенса. Такие смачные ягодицы, широкая задница и грудь четвёртого размера и его до синевы раздутая залупа, торчащая из под её ягодиц. Он опустил на кровать, целуя. Тяжело дыша, широко раскинув ноги, она приняла его член, слегка охнув. Пружины дивана предательски заскрипели в такт движения их тел.

– Встань, встань. Пошли на пол. Пока всех не перебудили.

Здоровая ялда вышла из её влагалища и закачалась, блестя от её соков. Толян молоток отрастил членюгу, сантиметров 25 и как ливерная. Мать постелила простынь на ковёр и торопливо легла, согнув ноги в коленях.

– Иди, иди скорее. Пока нас не застукали.

Он проебал её минут двадцать. Она раз пять дёргалась под ним, тихо подвывая, и прикрывая себе рот рукой. Вот его задница снова медленно ритмично стала двигаться. Войдя в неё по яйца крутил членом её лоханке, приподнимаясь давил всем членом на её клитор. Как бы ломая ей целку. Потом вдруг взрывался, наращивая частоту фрикций, и опять крутил членом в её влагалище. Почувствовав наверно его опять раздутую залупу, готовую залить её спермой и одеревеневший член она вскрикнула застонав.

— Что же ты делаешь. Что ты там делаааешььь. Поршивец, паршивец. Кончай, кончай быстрее. И сжав его ляжками задёргалась под ним…принимая его сперму. Толииичка, Толечкааа миленькииий ААААХХХХ. Умираююю. ЫЫЫЫЫЫЙЙЙЙ. Они лежали молча минуты три, она не спускала его с себя.

— Полежи, Полежи ещё. Ты не представляешь, где моя душа сейчас летает.

— Да брось болтать. Твоя душа ведь не в твоей пизде. Голодная ты просто. Давно не еблась в коллективе. Тебя бы сейчас на дачу к Артёму. Да ещё пару мужиков на тебя положить как в тот раз. Вот тогда твоя душа бы и полетала…

— Глупости не говори как не стыдно. Я что проститутка, чтобы сразу с тремя. Ну случилось раз. Подложил ты меня под своих друзей. Тебе не стыдно было после этого. Я тебя до сих пор ещё не простила тебя за ту групповуху.

— Да брось лицемерить. Признайся, в душе ведь вся дрожишь, от одних воспоминаний. Видела бы ты себя со стороны. Яблась как профи без остановок. Кончая и кончая. Парни просто были в улёте. Тёмка просил тебя опять привезти на пару дней.

— Дурак ты Толечка. Женщина должна любить. Тогда она получает настоящее удовлетворение… А когда мужик ей безразличен или противен, всё сводится к простой физкультуре. Мне эти трое совсем не нравятся. А Витька вообще ещё ребёнок лет наверно шестнадцать…. Как тебе не стыдно было его на меня положить. Фу, как вспомню ту вакханалию на душе, так противно…Больше не напоминай мне об этом. Хорошо. Давай вставай задавил..

– Ты совсем забыл меня. Всё по девкам молодым шастаешь. Дурачок. Ни одна молодуха тебе такого удовольствия не доставит. Поцелуй меня…. — ОООО нет. Нет хватит. Посмотри на часы сорок минут протрахались. Я обкончалась под тобой достал до самого, самого. Вставай, вставай. Пусти меня в ванну. Нехватало забеременить от тебя. Ты поговорку знаешь. Лучше сорок раз по разу чем за раз все сорок раз — и тихо засмеялась.

— Давай лучше днем сегодня Ты скажешь, что тебе пора домой часов в десять и уйдёшь. Потом придешь. Муж с Сашкой уйдут в Кусково гулять в часов в 11. У нас будет часа два.

— А он застрял в тебе и не выходит.

– Не валяй дурака. Я то понятно почему голодная, а ты видно тоже давно не трахался. Что бросила тебя твоя невеста.

— Да сучка замуж вышла….

— Аааа. БЕДНЕНЬКИЙ ТЫ МОЙ. Вставай пошли в ванну, там продолжим.

Они стояли под душем и он ещё минут дцадцать ебал её раком…..

Время полшестого. Что же не плохо. Два часа секса с короткими перерывами. Наверно его невеста и сбежала от него, что не знает меры.

Сидим завтракаем. Мать — Какие планы у вам мужчины на сегодняшний день?

Отец – Планы отдохнуть. Мы с тобой пойдем а Кусково ты давно со мной не ходила. А молодёжь сама разберётся, что ей делать.

Мать — Прежде чем идти я должна сходить в магазин и приготовить обед.

Отец — Да брось еды полно осталось. Сваришь пелемешей и все дела. А за сметаной Сашка сходит.

Мать – Во первых пелеменей мало на всех не хватит. А потом я так устала. Вчера весь день на ногах с этими гостями. Приготовь, накрой, убери, посуду перемой, тебе хорошо проиграл вчера в своё удовольствие в шахматы, а я весь вечер на кухне. Никуда я не пойду, ноги гудят не сгибаются. Хочу просто полежать и почитать.

Я подумал про себя ноги то у тебя не сгибаются от двух часовой ебли. Прав Толян тебя бы сейчас ещё под двух- трёх мужиков положить, чтобы удовлетворить твою похоть сразу на месяц.

Отец — Ну не пойдёшь и не надо. Мы с Сашей сходим подышим свежим воздухом.

— Я тоже не пойду у меня завтра колоквилум мне доклад делать. Надо подготовиться.

Мать – составь отцу компанию. Проветришься. У тебя целый вечер впереди и завтра полдня.

— Мать что ты всех строишь. Оставь меня в покое.

Толька – Я, пожалуй, пойду мне пора и честь знать. Спасибо хозяйке за незабываемый вечер и ехидно улыбнулся. Саш проводи меня поболтаем о нашем девичьем.

Мать нехорошо посмотрела на него, но ничего не сказала.

Идём через парк к электрички. Навстречу тётка лет 25-27семь везет ребёнка в детской коляске. Он – вот каких надо ебать в самом соку. Родили и узнали вкус ебли. Чувственные становятся и в теле. Я здесь у такой одной отсасывал молоко и ебал одновременно. Не поверишь, такой оргазм тётка поймала…

— Мать под тобой и без отсасывания ловит оргазмы пачками.

— Да корова старая. Ей бы лет десять скинуть. За последние три года так располнела. Грудь болтается, на животе складки, жопа как абажур — противно становится от её ненасытной похоти.

— За то со стороны наблюдать, как вы ебётесь ни в какой театр ходить не надо. Так захватывает.

— Да выдоила сучка за два часа, а сама обкончалась. А я еле три раза кончил. Ты прав со стороны смотреть как её ебут таких чувственных тёток, да ещё с её формами, просто непередаваемый спектакль. Да если ещё её напоить, как следует. Вообще улёт. Прошлой осенью на даче мы её напоили и отымели — три мужика и пара пацанов. Вот это был карнавал секса и оргазмов. Меня передёргивает, как вспомню, что она вытворяла под ними. Главное, что ей понравилось, что ли. Знала ведь, зачем я её туда везу, и всё равно ездила ещё несколько раз.

— Ты всё слышал и видел. Прости меня. Я перед тобой виноват. С матерью друга переспал.

Но это для тебя она мать, а для других мужчин она просто доступная сексопильная самка, потенциальная проститутка, как и все женщины. Пришёл с армии три года без секса. Сам понимаешь ялда колом. А здесь она подвернулась. Думаешь, я её силой взял, принудил к сексу. Не поверишь. Сама пригласила. Выпили за моё возвращение. Сидим, а она ногу на ногу положила, у неё юбка поднялась до самых ягодиц. В блузке верхние пуговицы расстёгнуты из под лифчика края её грудей выглядывают. Соблазнила сучка.

Я её опрокинул на диван, целую. Она даже не пикнула. Целуется просто улёт. Только когда вставил ей под самые помидоры. Вроде как опомнилась. А может так для порядка как всякая баба стала выговаривать, как я нехорошо поступаю, что она как мать, мне и тп и тд. Но не прошло и минуты, как она сама вцепилась в меня руками, сжала бёдрами и давай подмахивать. Кончили вместе. Потом когда я отнёс её в кровать и стал раздевать. Просила, что бы я её оставил.

— Что я наделала. Что я наделала. Как я твоей матери в глаза буду смотреть.

А сама уже голая легла, ноги раскинула

– Ну что стоишь? Иди быстрей ко мне.

Я в этот день пришёл домой в одиннадцать ночи. Измочаленный, выжитый как лимон. Ну и началось. Сначала пару месяцев почти каждый день еблись как кошки. Я даже стал влюбляться в неё, потом как-то приелось что ли. Стали встречался реже, когда приспичит слить накопившийся детородный материал. Да она и одна жила. А сегодня выебал её и как-то не по себе стало. Не то что бы противно – неприятно. Влез в вашу семью. Зачем. А если бы отец вышел? Да может он всё и слышал и видел. Просто молчит. До поры до времени. Он её точно намотает помени мои слова. Так, что братело давая, поступай в этом году в институт да поскорей кончай, пока он помогает. Если заведёт другую семью, считай для тебя абзац.

— А она говорит, что он импотент.

– Да ты по ней тоже проехался. Молодец. Вот сучка без тормозов. Совсем крыша поехала. Сыну дала. А потом оправдывалась, муж импо, муж лимпопо. Ты знаешь, что такое избранная импотенция. Он наверно видел, как её трахали или другие непристойности с её участием. И у него, на неё, после этого не стоит. А с другими тётками будь здоров — мужик. Ему ведь ещё пятидесяти нет. Не пьёт, не курит и выглядит лет на сорок пять. А вернулся к ней просто жить негде, да и его тряпки стирать некому. Так пришёл вечером, ужин готов. Чистая постелька. Мужикам в его возрасте нужен комфорт.

— А тогда когда вы меня проводили. Она тебя к нам привела? Конечно, даже словом не обмолвилась, мол езжай домой. Мы с ней протрахались всю субботу и воскресенье до вечера. Потом вскочила, как сумашедшая. Всё. Всё муж приезжает в 20 часов на Курский. Она пошла его встречать, а я домой. После этой ночи мы опять стали встречаться. Правда изредка. То у меня в гараже то у вас. Твой отец уехал в октябре в командировку. Мы с ней оттягивались на семейном ложе две недели.

— Да затянувшаяся любовная интрижка. То-то я смотрю, она в экстазе кричит. Толя. Толечка миленький.

Он улыбнулся: — Да бывает, когда её достают до самого, самого края. Что тебе посоветовать не обижай её. Всё таки твоя мать.

Вон электричка моя. Давай звони если что — не забывай.

Я пришёл домой к одиннадцати отец уже оделся и собрался уходить.- Я с тобой пап пойду проветрюсь. Что-то голова трещит после вчерашней выпивки.

Мать смотрела долго в окно на наши с ним удаляющиеся фигуры.

Пришли. Её было не узнать. Просто фурия какая-то. Бросалась на нас по поводу и без повода.

Отец – Да что с тобой, успокойся. Мы сами обслужим себя. Иди, отдыхай. Мы выпили с ним, по сто грамм отобедали. Он — Что это с матерью.

Я возьми и ляпни – Да с Толькиного хуя сорвалась.

Отец строго сказал: — Чтобы ты не узнал и что бы не случилось. Никогда не смей говорить о матери гадости. Она твоя мать одна и на всю жизнь. К тому же любит тебя дурака.

— Извини, па так сорвалось. Больше не повториться.

Мать вечером, когда мы были одни… — Что тебе наговорил про меня Толька.

— Да ничего. Так поговорили про его не состоявшуюся свадьбу и он уехал.

— Врёшь ты всё мелкий пакостник.

— Что ты на нас с отцом зло срываешь. Тебя что Толька не до ебал сегодня ночью. Так уезжая он сказал, что противно с тобой ебаться. Сама обкончалась, а он ушёл с сведёнными яйцми. Ели на тебе два раза кончил.

Она стояла с раскрытым ртом. – Сволочи. Ну сволочи вы все. Паршивцы. Что городишь сопляк — и въехала мне по морде ладонью. Я встал и ушёл к себе. С ней началась истерика. Она закрылась в ванной.

Мы с ней не разговаривали друг с другом два дня. Утром в среду, когда ушёл отец, она пришла и села ко мне на постель. — Не спишь, прости меня за подщёчину. Хорошо. Прощаешь?

— Мам ты меня тоже прости. Наговорил тебе гадостей.

— Ладно забыли. Давай поцелуй свою любимую мамочку. Её пухлые губы прижались к моим, языки переплелись. Так целуются только зрелые женщины перед половым актом. Полы халата распахнулись, обнажая её голые ноги, живот и груди. Она скинула его. Легла на спину, раскинув широко ноги согнутые в коленях. Тяжело прерывисто дыша сказала – Иди ко мне скорее. Давай мириться.

У меня перехватило дух от её Рубеновского тела. Как Тольке могла надоесть тётка с такими формами. Наверно есть с чем сравнивать. У меня женщин до армии не было ни одной. После армии с двумя тёлками переспал пару раз, да и то со своими бывшими худосочными одноклассницами. Кроме молодого тела, так не фига особенного — одни амбиции. Лежат как куклы резиновые. Не поймёшь, хорошо им или плохо. Что такое оргазм может и слышали…. но он пролетел пока мимо их тела.

Мы протрахались с ней два часа. Толька был прав в одном. Она обкончалась подомной. Я же кончил в неё только три раза. Член опять стоял колом, пока она подмывалась в ванне. Я залез к ней в ванну.

— Куда сумашедшийй. Я и так уже опаздываю. Я нажал ей на плечи, и она стала на колени. Залупа упёрлась ей в губы.

– Нет, Нет я не шлюха….. Я надавил на затылок и член провалился ей в горло она замычала. Я держал её за волосы, вставлял глубоко в горло. Онанируя в нём и вынимал, давая ей продохнуть. Её сопротивление меня так завело, что я кончил через пару минут ей в горло.

Дурак, Дурак. Чуть не задохнулась. Кто тебя этому научил… Слёзы стояли в её глазах. Да ладно мама прости, если, что не так. Но мне так было хорошо. Мы блудодействовали с ней до сентября.

В августе я поступил в Медицинский. Благо шёл в не конкурса, так как отслуживший армию.

Вначале сентября приехала бабуля и меня выселили в гостиную. С матерью трахаться стало негде.

Иду домой с электрички. Так быстрей, да и зайцем можно проехать. Начало сентября. Бабье лето.

Днем до 23 тепла. Срезая путь сворачиваю в парк и дальше по протоптанной тропинке, через заросли кустов сирени и жасмина к нашим домам. Парк в плотную подходил к в новьвыросшим в шестидесятые годы корпусам пятиэтажек. Их построили, снеся частные дома, оставив сады окружавшие их. Эти сады стали неотемлемой частью парка. За ними никто не ухаживал и они буйно разрослись. Народ протоптал тропинки, по которым ходили к электричке и автобусным остановкам. Вечером здесь никто не гулял. Только тёрлись влюблённые парочки, целуясь и …. да мужики выпивашие на троих. Место было, довольно глухое рассказывали, что здесь бывали случаи изнасилования и ограбления.

Время около восьми вечера. Опускаются сумерки и в тени кустов уже плохо не видно, что там и кто. Где- то уже ближе к домам слышу из-за густых кустов жасмина материн голос. Я вздрогнул по телу пробежала неприятная дрожь. – Да отпусти ты меня. Хватит лапать. Послушай. Послушай. Ты видно забыл сколько мне лет? Мы стоим с тобой на разных возрастных платформах. У нас с тобой разные понятия о культуре секса, любви, уважении к партнёру. Мне не 30 и не 40 лет. Мне нужны стабильные, гармоничные отношения, основанные если не на любви то на уважении. У меня семья — муж, сын. Как я им буду в глаза смотреть после траханья с тобой под этими кустами. Я ведь не девчонка и не проститутка, чтобы вот так не с того не с сего подставить свою задницу под хрен мужика. Это у вас кобелей всё просто — поймал, вставил, слил и побежал дальше. У женщин сложная психика — ей нужны чувства, эмоции, а не стрессы… Вы сливаете в нас, а мы принимаем ваш детородный материал. Потом сравниваем свои чувства эмоции, с которыми отдавались мужчинам. А ложась в постель к мужу после близости с другим, чувствуешь себя последней шлюхой, да и на душе после этого мерзко и пакостно.

— Светочка. Поверь я не хотел тебя обидеть ты такая красивая и привлекательная. Я когда тебя долго не вижу, ты мне начинаешь снится ночами. Я просыпаюсь весь мокрый в твоих жарких объятиях.

— Толь, я что только, что со стенкой говорила.

— Да понял я всё. Понял. Но ни чего с собой не могу сделать. Меня тянет к тебе магнитом. Давай в эту субботу встретимся, я договорился с квартирой….

— Опять групповуху решил старой дуре устроить.

— Клянусь только мы с тобой. Розы шампанское и три часа незабываемой любви.

— Да не верю я тебе. Прошлый раз обманул да ещё так подставил второй раз. Толь ну пойми старая я, старая стала для такого лёгкого флирта. Найди себе женщину по моложе и таскай её по кустам, дачам и съёмным квартирам.

Быстро темнело. В кустах правее их я увидел тень ещё одного мужика.

— Светик давай за мир и дружбу на брудершафт Португальского по сто грамм.

— Да не буду я пить.

— Да попробуй. Божественный напиток. Прошу… — он чуть не насильно поднёс к её губам наполненный стакан.

— Да что ж ты делаешь. Прольёшь на платье. Потом не отстираю.

— Вот молодец. Как тебе это вино. Говорят это напиток влюблённых. Он греет кровь и возбуждает чувства.

— Да приятное вино. И вкус необычный. Толь давай договоримся, что мы останемся друзьями. Я работаю в больнице. Ты в автоколонне. Всегда можем друг другу помочь. Мне приятно будет услышать твой голос и эти комплементы, которые ты мне наговорил по телефону при поздравлении и с праздниками или с днём рождения. Давай поддерживать просто товарищеские отношения. Нельзя же всё время всё сводить к половой близости.

— Свет, почему мы должны с тобой отказывать себе в этой маленькой радости жизни.

Он обнял её целуя. Оторвавшись от его губ тяжело дыша, отстраняя его от себя руками – Ты опять за своё. Да не будет этого больше. Ты понимаешь. Не будет. Не хочу я в этих кустааааах….

— Что делаешь, что делаешь. Прекратиии. Сукин ты сын прекрати.

Это он опустился на колени. Его голова скрылась у неё под платьем. Трусы упали до колен. Его руки крепко обнимали её ноги, приподняв платье и так сексуально смотрелись матовые чулки обхватывающие её бёдрах. Она пыталась оттолкнуть его голову, приникшую к её промежностям.

Его язык делал своё предательское дело массируя клитор и проникая дальше в её ваганину.

— Пустииии, пустиии, сууучонок. Что же ты делаешь со мноййй. Она замотала головой, прижимая его голову к своему паху. Из её горла вырвалось её коронное ЫЫЫЫЙЙЙ ААААХХХ….

Мне наверно надо было сразу окликнуть её в самом начале и увести домой. Я не думал, что такое может произойти. Теперь было поздно. Если я сейчас подойду, для неё это будет стресс. Никогда не думал, что Толька может трахнуть её языком, вылизывая её манду, а она получить от этого такой оргазм.

— Не мучь меня, не мучь прошууу. Перестааань этооо делааааать, перестань, из её горла ещё раз вырвалось — ЫЫЫЫЫЙЙЙ.

Он встал и развернул её спиной. Его ялда сходу с хлюпаньем провалилась в мокрую ваганину. Она ахнула и прогнулась в спине схватившись за ствол яблони. Дальше всё как обычно – всхлипования, стоны, её голая белая задница, всё быстрее подающаяся на встрече его ялде. Её вопли ЫЫЫЫЙЙЙ через каждые несколько минут. И вот — Толя Толечкааа прошууу прошу, хвааатит, хвааатит. Что я скажу дома, что скажу. И опять ЫЫЫЫ и дёргающаяся задница на его члене. Он задрал ей платье до шее и расстегнул лифчик. Груди заколыхались как колокола в такт вхождения члена.

Он ебал её уже минут двадцать. Совсем стемнело. Сквозь листву пробивался свет от окон домов и свет луны — освещая её дёргающуюся, голую задницу, длинные ноги с приспущенными чулками, и эти такие привлекательные болтающиеся груди. Она стояла голая.

Он кончил под её очередное подвывание. С боку уже стоял мужик. Он положил свои руки на её ягодицы, и его ялда с хлюпаньем вошла е неё. Она сначала ничего не поняла, прибывая в прострации после очередного сильнейшего оргазма. Вдруг почувствовав в себе вновь вошедший в неё член, начавший долбить её ваганину в всё возрастающем темпе она всё поняла и запричитала.

— Толя, Толька зачем, зачем ты так со мной поступаешь. Как с проституткой. Сука ты, сука. Сууучооонооок. Ой мамочкааа. Что они со мной делают, что делают. ЫЫЫЫЙЙЙЙ иона закрутила жопой на его члене. Мужик кончил минут через пять семь. Она упала на колени и заплакала. Толька стал успокаивать её.

— На выпей успокойся.

Её зубы стучали об стакан в её дрожащих руках. – Да что с тобой. Столько соплей как будто ты девочка, которой целку сломали. Влюбилась что ли и изменила. Ревешь как верная, любящая жена, которую выебли. Он взял её за волосы его член скользнул по её губам. – Нет. Нет. Мне противнооо и тишина. Покачивание его зада. Я ушёл противно стало. На хрена встретилась с ним. Да ещё в кусты пошла с ним как несмышленая девочка.

Она пришла через час. Я видел как она вылашла из парка. Приоткрыл дверь в прихожую. Растрёпанные волосы в сперме. Заплаканные красные глаза с размазанным по лицу макияжем. Растёгнутые пуговицы платья и болтающиеся груди выпрыгивающие наружу при её движении.

Помятое платье, приспущенныё чулки. Хотелось выйти пожалеть, успокоить её. Она закрылась ванне. Отмокала там около часа. Я не стал выходить. Зачем причинять ей душевную боль. Пусть думает, что это только её тайна. А боль от этой случки скоро пойдёт.

В конце сентября весь первый курс послали на месяц в колхоз. Приехал в начале ноября. Бабуля уехала ещё к октябре к дочке.

Мать встретив, расцеловала меня. Похудел то как. Я так соскучилась по тебе сынуля дорогой. Она пришла ко мне ночью. Я наверно никогда не женюсь. После мамочки все тётки просто пустое место …..

Отцу полтинник. День рождения 11 ноября. Полно гостей. Все были в хорошем подпитии. Я зашёл пописать в туалет. За мной вошёл дядька. Материн двоерудный 32 летний брат. Я посмотрел на его член и он поймав мой взгляд нарочно стал его подрачивать выдавливал последние капли мочи. Его ялда быстро стала расти. На меня смотрела уже не сарделька, а хороший круг ливерной

– Что нравиться – тётки тоже балдеют, когда он встаёт в полный рост и вползает в их ваганину. У тебя тоже нормальный. Наша порода. Слишком большие тоже проблема. Моя жёнушка всё время залетает из-за этого. Презики рвутся и уговорить её на секс в опасные дни просто проблема. А у неё то менсы по пять дней, то опасные дни. А я что должен простаивать. А когда начинаю за другими бабами ухлёстывать – ревнует сучка. Скандалы устраивает.

Мать несла грязную посуду на кухню, убирая со стола. Он пошёл за ней следом. Уже на кухни обнял её сзади положив руки на её груди, целуя шейку, прикусывая мочки ушей. Он тёрся пахом о её задницу. Поднял платье, член выпрыгнул из ширинки, нырнул в промежность, и его рука видно сдвинув трусики, направила его её влагалище. Всё произошло так быстро.

Мать ахнула прогибаясь в спине – Саш перестань, перестань. Могут войти. Не здесь же.

— УУУЙЙ ну и хрен у тебя. Никак не могу привыкнуть. Как только Муська с тобой живёт до сих пор и не ушла ещё от тебя.

Сашкин зад ритмично задвигался. Мать вцепилась руками в раковину ещё больше прогнулась в спине начала тихо постанывать.

– Давай. Давай Быстреее. Могууут воойтиии. Кончааая. Кончаай скорее дурак.

Картина была настолько захватывающая — Платье было задрано на спину. Оголив её полные ягодицы. Раздвинутые длинный ноги в чёрных чулках, обхватившие её полные бёдра, розовые трусики немного припущены и сдвинуты в сторону и его член часто, торопливо скользящий в её ваганине, выходящий на половину и опять скрывающийся в неё с силой долбящий её.

Из гостиной вышла жена материного брата, тоже неся в руках посуду. Услышав, приближающейся стук каблуков по паркету. Мать резко выпрямилась, вскрикнув от боли выскочившего из неё члена. Дурак уходи, идууут.

Он подошёл к окну, повернувшись спиной. Открыл форточку и закурил. Мать поправив платье мыла посуду. Валя — Свет давай помогу. Саш шёл бы ты курить на лестницу.

Гости стали расходиться. Мы пошли провожать. Заодно и проветриться. На выходе из парка остановились. Мать Сашки давайте посидим такой тихий хороший вечер. Его жена стояла и нервно курила. Отчим Сашки – Ну что ты Муся дёргаешься. Ни куда твой муж не денется. Сейчас подойдут с Светкой.

Отец – Мусь. Ты, правда, не переживай. Сейчас подойдут, наверно забыли, что ни будь дома и вернулись назад. Они подошли минут через двадцать. Мать – Ото из-за меня выскочила в тапочках. Пришлось вернуться.

Отчим — Какая мелочь Светочка. У меня сотрудница пришла на работу без юбки. Снимает плащ под общий хохот.

Все рассмеялись.