Екатерина. Часть 1Группа-В-Уха.

Цикл реальных эротических историй.

История Первая.

Это событие случилось в прошлом году, и, что уж теперь таить, изменило мировоззрение всех его участников. Казалось, тот день, 27 ноября 2004 года не предвещал ничего необычного. С утра я не пошёл в школу, в знаменитый в нашем городе 85-й лицей, и отправился шляться по городу. Причина этого была банальна: прошлым вечером я поздно пришёл домой и элементарно забил на уроки, а схватить «пару» мне не хотелось, тем более в тот день должна была быть физика. О, я терпеть не мог этот предмет. И всё из-за отмороженного на всю голову препода, считающего, что никто из учеников не имеет права получить оценку выше тройки.

С утра я вышел из дома и, мысленно послав всех учителей на хуй, отправился в кинотеатр. На 9 часов утра шёл неплохой фантастический боевик, так что пару часов я спокойно убил. Выйдя из кинотеатра я взглянул на часы: 11. 32. Что ж, времени до хуя, можно заниматься фигнёй с чистой совестью. От нечего делать я зашёл к своему другу, который сейчас болел и раньше учился, кстати, в одной школе со мной. Потом его потянуло в техникум, и теперь он учился там с горем пополам. Я позвонил в его дверь. Примерно через минуту она открылась.

— Лёха, ты чё тут? — спросил он меня с удивлением.

— Да так, школу въябываю. Делать нехуй. А ты тут целыми днями дома дрочишь, а?

— Пошёл в пизду, — с ухмылкой ответил Паша (так звали моего друга).

Я прошёл в его квартиру, мы потрепались ни о чём, вышли на балкон, покурили.

— Как у тебя дела на блядском фронте? — спросил я с заговорщицкой ноткой (Паша был известный ходок, и девчонок он трахнул уже немеренно; и это в десятом классе — ужас!).

Тот захотел врезать мне, но потом передумал:

— Хуёво.

— Подожди, — удивился я, — А Полинка?

— Всё. Расстались.

— Чё, не давала?

— И это тоже, — с грустью произнёс Паша, — А у тебя?

Я на секунду задумался, потому что однозначно ответить на этот вопрос я не мог.

— Пока так, средненько. Но надеюсь, скоро всё улучшится.

— С Катей?

— Молодец, просёк, — Екатерина Валеева была влюблена в меня класса с пятого, но я её принципиально не замечал, потому что раньше она была типичной серой мышкой. Однако, в последнее время я стал обращать внимание: у девушки неожиданно для меня обнаружились развитые груди (то есть где-то второго-третьего размера) и классная, по моему мнению, попка. Да и внешне она была ничего. Прибавить к этому то, что она почти боготворила меня, и получается идеальная кандидатка в подружки.

Я уже пару раз провожал её до дома, даже был у неё в гостях, мы целовались, но дальше этого дело не шло. Хотя, казалось бы, я мог спокойно трахнуть её уже несколько раз, но я не торопился. Для меня в сексуальных отношениях существовало следующее правило: никогда не шухериться и не дёргаться, а довериться естественному ходу событий, то есть ждать того момента, когда будет ясно: теперь можно спокойно отыметь эту девчонку, потому что она сама только этого и хочет. Да и к тому же Катя была девственницей, и это меня тоже тормозило. Целку я рвал лишь один раз, и впечатления от этого остались не очень приятные.

— И как, ты её уже отъебал? — голос Паши вернул меня к реальности.

— Пока нет, но: всему своё время.

— Блядь, как всегда. Пока она сама к тебе в ширинку не полезет, ты и не дёрнешься.

— Тут не в этом дело.

— А в чём? — Паша задумался, потом неуверенно произнёс, — Она — целка?

Я молча кивнул.

— Да, пиздец, повезло тебе, — мрачно ответил паша, размышляя о чём-то своём, — Ну и ты собираешься чё-то делать?

— Я же тебе сказал, блядь: всему своё время. Но, без гонева: возможности у меня появляются постоянно.

— Ты, это, не напрягайся, и давай, будь мужиком.

Я заржал:

— Ага, базара нет.

— Слышь, чё-то холодно здесь. Пошли на кухню, у меня там телик.

— Лады.

Мы ушли с балкона. Кухня у Паши была здоровая, в правом углу к стене был подвешен телевизор. Показывали какую-то комедию по ТНТ. Паха произнёс:

— Садись. Тут вон бутерброды, хавай.

С этими словами он вышел из кухни. Правда, я крикнул ему вдогонку: «Ты куда», но ответа не получил. Однако, ждать его долго не пришлось: через минуту он снова появился в дверном проёме, причём не один, а с бутылкой «Хеннеси». Пиздец, где он её откопал?

— Ну, чё, бухать будем? — с ухмылкой спросил меня друг.

— Нет, блядь: хули глупые вопросы задаёшь? Откуда у тебя это?

— Бате подарили, давно уже. А он тут как-то нажрался, и с утра ничё найти не мог. Я под шухер бутылку и ныканул. Пускай лучше я её выпью, чем он.

— Логично, — я улыбнулся, — рюмки-напёрсточки есть?

— А то?

Бутылку мы уговорили в течение часа, за это время переговорили почти на все возможные темы. Оказалось, что Полинка, сука, ни разу не ебалась, и Паше давать не собиралась, берегла себя до 18 лет. Овца. Я сказал Пахе, что он правильно её кинул. Тот натянуто улыбнулся. Ясно, нравилась она ему. И хуй с того? Если девчонка ебанутая на всю голову, то нахуй она нужна? Потом разговор зашёл о школе. Я признался, что тяну программу еле-еле, ещё чуть-чуть — и меня вышибут из школы. А я только этого и добиваюсь. Никакие уговоры, типа «ты такой умный и способный» со стороны учителей действия на меня не возымели, и теперь всё шло своим чередом.

У Паши также стоял вопрос об исключении, но он этого не хотел. Хуже всего у него обстояли дела с биологией. Училка по этому предмету, крыса, звонила его родителям, настучала директору, и теперь его, скорее всего, исключат. А всё началось с того, что он один раз не подготовился, его вызвали отвечать, училка начала всячески оскорблять его словами, типа «ты — дебил, и родители у тебя такие же». Паша не выдержал и послал её в пизду, где ей, кстати, самое место. Теперь он должен был сдать ей несколько зачётов, лабораторную и практическую работы, и ещё до фига чего, потому что Паша, ясный хрен, после того случая на биологию забил.

— Я-то тебе чем помогу? У самого тройбан, хули, блядь все биологички — овцы!

— Да я так. Просто к слову. Мне вообще похуй: выгонят, так выгонят.

И тут я кое-что вспомнил.

— Хотя, подожди, — я улыбнулся, — У меня же Катька-то в биологическом классе! И она отличница. Если я попрошу, то тебе стопудово поможет. Правда, она может потребовать от меня что-нибудь взамен: Паша заржал:

— А ты, это, всегда готов!

— Ну. Чё, пошли к ней?

— А у вас же сегодня уроки?

— У неё — две пары. Щас по-любому дома сидит, скучает.

Паха, которому уже офигенно дало в голову, достал пачку «Кента» из кармана и закурил:

— Похуй, пошли. Щас эту байду докурю.

Я со смехом посмотрел на него:

— Ты не ебанулся дома курить, а?

Далее на лице Паши выразилось самое настоящее прозрение:

— Блядь, нахуй! — он лихорадочно принялся тушить сигарету в рюмке с недопитым коньяком, — Пиздец!

Меня же пробило на ржачку, я неистово хохотал и не мог остановиться:

— Алан дырявый! Мудак, хули!

Вернув контроль над собой, я произнёс:

— Ну, ты даёшь! Ты чё пространственную ориентацию потерял?

— Чё? — переспросил Паша; на его лице было написано, что его мозг сейчас занят кипучей деятельностью. Только вот в каком направлении?

— Говорю: ориентацию потерял? — прокричал я с хохотом.

— Чё несёшь? — ответил Паша и попытался меня ударить; я отвернулся от летящего в меня кулака и приготовился дать отпор, если этот бухой олень соберётся проводить разборки. Поняв, что он абсолютно не контролирует себя, Паша сказал:

— Извини, чё-то я совсем. Нахуй я курил?

По понятным причинам я не знал ответа на этот важный вопрос.

— Ты идёшь?

— Ага.