Двое в ночи - 2— Не говори так, прошу тебя, — прошептала в ухо Максиму Вика. — Вся жизнь впереди…

— Надейся и жди, — процитировал слова из песни Максим. — Мне хорошо с тобой, Вика. Я, словно, заново родился! — и, осторожно, указательным пальцем правой руки провел по влажным губкам ее влагалища и, подобравшись к ее анальному отверстию, резко воткнул палец внутрь. — Как это «нам» нравится?! Можно, туда залезть моему «Алексу»?

— Да, да, да!… Думаю, что мне это понравится, — заглатывая новую волну возбуждения, ответила Вика. — Пусть, он войдет в мою «Аниту», правда, я никому раньше этого не позволяла, — и, почувствовав как головка «Алекса» наступательно проникла в ее узкое отверстие, задыхаясь от немного болезненных, но в то же время приятных ощущений, беспомощная, сложенная вдвое и доступная агрессивно пронзающему ее «Алексу», громко застонала.

Максим безжалостно «входил» и «выходил» в беспрестанно зовущее его тугое отверстие, плотно охватившее его взбешенный член, не обращая никакого внимания на участившиеся громкие стоны партнерши.

— Сумасшедший, сумасшедший… еще… еще, — сладострастно повторяла Вика до тех пор, пока новый бурный оргазм не настиг ее. — Ах, ох… ах, ах!

— Я люблю тебя! О, о, о! — застонал в свою очередь Максим, изливая струйки спермы в понравившуюся ему пещерку. — Убит! Убит! Наповал!

— Миленький мой, родной мой, хороший, — шептала Вика, благодарная и сытная, обнимая Максима и целуя его в губы и глаза, — Люблю тебя, люблю…

— У меня, где-то завалялась бутылка вина полусухого, — вдруг, вспомнил Максим. — Не желаешь?!

— Желаю, и, даже, очень! Но нам бы, не мешало подмыться! У тебя есть вода? — спросила Вика.

— Воды нет! Но вино для этого, думаю, тоже подойдет! — доставая бутылку вина из бардачка, предложил Максим. — А, заодно, отметим наше знакомство!

— Подмыться вином? Даже… не знаю, — у меня, «там» все болит. Кажется, ты мне натер. Ну, да, ладно, не помру,… Давай! Проведем дезинфекцию! — и струйка шипящего вина полилась из открытой Максимом бутылки, на мягкий животик Вики, стекая ручьями в ее промежность, обжигая и щекоча своими пузырьками розовые губки влагалища и покрасневший анус.

— Ну, как, милая, не жгет? — заботливо спросил Максим.

— Кажется, я снова начинаю возбуждаться! — лежа на спине и, немного умиленно произнесла Вика.

— Подожди, милая! Давай выпьем по глоточку вина! — попросил Максим и, сделав пару глотков, поднес горлышко бутылки к губам девушки — Пей, дорогая и тебе станет лучше… Пей!

Сделав несколько глоточков вина, Вика, восхищенно, прошептала: «Чудное вино! » — и, скрестив ладони ковшиком, попросила Максима налить туда вино. Поднося наполненный «ковш» к своим «пещеркам», она обильно омыла вином свою «Соньку» и анус, а затем «влажными руками ухватилась за «Алекса» и начала его обтирать. — Чистенькие «мы», теперь, будем, свеженькие и, почти что, новенькие!

Настойчивые движения ее рук по «Алексу» быстро заставили его, снова поднять головку, и радостная Вика, удобнее укладываясь на сиденье и широко раздвигая ноги, сама ввела его в свою непобеспокоенную еще и неразведанную «Алексом» лощину, в свою «Соньку»…

Сделав, уже, несколько фрикций, «Алекс», почувствовав внутренний жар «Соньки» и приятную сочную смазку, стал быстро затвердевать, пролезая все дальше и глубже в ее пещеру, пещеру «тара-ра». В этот момент, Вика, резко пристав из-под Максима, с силой завалила его на свое место, и тут же, забралась на него сверху. Пригибая свою голову, она поцеловала Максима в грудь, в живот, затем добралась до, недоуменно, застывшего «Алекса» и стала покусывать его своими белыми зубками, обсасывая головку и ствол. Опускаясь все ниже и ниже, Вика стала целовать и облизывать мошонку с яйцами, бедра, голени Максима и, добравшись до гладких его пяток, начала, мастерски покусывать их и обсасывать пальцы ног.

Возбужденный Максим, лежа в полусогнутом состоянии, стал поглаживать и почесывать уши любвеобильной девушки, которая сумела в третий раз подряд, так быстро, возбудить его «до крайности»…

— Ну, иди ко мне! Безумная — умоляюще промычал Максим. — Залезай на меня! Прошу тебя!…

— О, о…! Какие, мы, скорые! Ты, меня «поимел», теперь, я тебя «поимею», узнаешь как со мной связываться! Сейчас я тебя трахать буду! — воинственно, заявила Вика, ловко, забираясь на Максима и вставляя напуганного, как ей показалось, «Алекса» в свою жаждущую страсти, «Соньку».

Качающаяся из стороны в сторону машина, теперь, больше напоминала качели с кабинкой, с раздающимися в ней криками и визгами, переходящими в нечеловеческие стоны… Незаметно, подкатившая машина ДПС, резко остановилась возле стоящей вдоль дороги «девятки». Двое высоких молодых милиционеров быстро вышли из машины и, освещая дорогу фонариком, направились к, загадочно, качающейся и издающей дикие стоны машине.

Первый стук в лобовое стекло машины остался незамеченным и неуслышанным любовной парой — Викой и Максимом, которые, в этот момент, жадно вцепившись друг в друга, готовились к заключительной «концовке».

— Наверное, надо немного подождать! — захохотал милиционер, старшина по званию.

— Дадим им три минуты, — согласился второй и, тоже, захихикал.

Через минуту, другие раздирающие стоны и крики Вики и Максима прекратились, и стало понятно рядом стоящим милиционерам, что «концовка» произошла удачно.

— Ну, слава богу! — произнес один из сотрудников и начал грозно стучать по окнам «девятки». — Милиция! На выход! Документики показываем!

Максим и Вика, напуганные неожиданным вторжением стали спешно разыскивать разбросанную по машине, одежду.

— Секунду, командир! — сквозь стекло прокричал Максим и, быстро, натянув на себя брюки, и прихватив барсетку с документами, вышел из машины.

— Чем это мы тут занимаемся?! — строго спросил мент-старшина.

— Общаемся! — стараясь скрыть волнение, ответил Максим и предъявил документы.

— А, кто там с Вами, Максим Николаевич, если не ошибаюсь, — освещая фонариком и разглядывая документы спросил все тот же сотрудник.

— Ясное дело кто! Баба! — вмешался в разговор второй сотрудник. — Что!… Дома места не нашли?!

— Да, со мной девушка! — виновато заговорил Максим. — Ребята, давайте только без протокола!

— А, Вы, не пьяный, ну-ка дыхните! — подставив свою круглую морду к лицу Максима спросил старшина. В этот момент, громко хлопнув дверью, из машины вышла Вика и, ровным шагом подошла к ментам.

— В чем дело, мальчики! — спокойно улыбаясь, спросила она.

— Нарушаем, гражданка, общественный порядок! — уже нестрого, сказал мент «поглавней», жадно разглядывая стройные ноги Вики.

— Нарушаем, значит заплатим. Только скажите сколько? И, вы нас не видели! Хорошо? Поймите, это не в моих интересах, — начала объяснять Вика. — Меня ждут люди из Москвы. А Максим отвезет меня, домой, обратно!

— О, мы, еще и из Москвы, — ехидно произнес мент-помощник.

— Да! Из Москвы, но, здесь, в этом городе я родилась, и, здесь, мои родители. Сто долларов вас устроит?!

— Устроит! — разом ответили менты, никак не ожидавшие такого крутого «навара».

— Сто долларов? — смутился, внезапно, Максим.

— Не волнуйся, Максим, это мое дело, — добавила Вика, протягивая стодолларовую купюру ментам. — Давайте, ребята, счастливо вам! Мы сейчас уедем.

— Ну, спасибо, Вам, мадам! Как Вас звать — величать? — поинтересовались обрадованные менты.

— Виктория Альбертовна! — с достоинством ответила Вика и поспешила к машине — Поехали, Максим!

— Ну, Вика! Теперь, я твой должник! — глядя на отъезжающую милицейскую машину, расстроено, произнес Максим.

— Ничего страшного, будем считать, что половину этой суммы ты уже… отработал — шутливо заявила Вика — Все остальное оставим на потом. Я оставлю тебе свою визитку. Думаю, что ты через месяц приедешь в Москву, как ты это сделаешь, думай сам?! Хотя… через месяц, может, я приеду сама. В общем, звони мне через две недели, и я тебе, точно, скажу!…

Медленно заехав во двор 9-этажного дома, Максим остановил машину. Назревал рассвет, Вика, грустно, смотрела в лобовое стекло и ей не хотелось уходить.

— Максим, Я счастлива, что встретила тебя и буду ждать твоего звонка, не забывай меня, — сквозь слезы произнесла она, и вышла из машины.

Удаляющийся силуэт женщины, ставшей близкой за эту бурную в жизни Максима ночь, быстро растворился в темноте…

Не находя силы успокоить свое встревоженное сердце, Максим завел машину и умчался, на большой скорости, домой.

— Каким будет завтра, время покажет — подумал он — Впереди, расстилалась жизнь…