ДедовщинаНачало лета выдалось теплым, а повод по которому я ехал к Сергею в соседний город, был тоже радостным. Сергей наконец-то сделал предложение своей Ирке, и сегодня должна была состоятся свадьба.

После всех обязательных процедур, регистрации брака, голубей и прочего веселья, все отправились в кафе, которое располагалось посреди большого одноэтажного поселка.

— Знакомься, это мой дедушка,- сказал Сергей, когда все высыпали на улицу покурить.

— Очень приятно,- сказал я и пожал сухую руку седому невысокому мужичку.

— И мне,- ответил тот довольно взрослым голосом, но без нотки какой-то вялости и старости.

Я сразу же вспомнил рассказы Сергея о своем дедушке, который всю жизнь занимался спортом и вел здоровый образ жизни. Практически не пил, не курил и всегда был полон бодрости и сил. Так он на самом деле и выглядел. Сегодня дедушка Степан позволял себе не пропускать ни одной рюмки за молодых и был уже на веселе. К тому же, только после знакомства я обратил внимание, что дедушка Степан сидел рядом со мной, до этого я и не обращал внимания за жужжащей толпой, что это был именно он.

Дедушка Степан, как и все взрослые люди оказался довольно многословным человеком и любителем поговорить, так что мне приходилось отвечать на его вопросы, которые так и сыпались от него.

Я сканировал всю свадьбу своим взглядом в поисках достойной, хотя бы после бутылки водки девушки, которую можно было склонить на путь разврата, но таких не оказалось и теперь я медленно топил свою горечь в водке, беседуя с дедом Степаном.

После очередного танца Сергей подошел ко мне раскрасневшийся и сообщил, что забыл мне сказать, что именно у его деда я и буду ночевать. Я согласно кивнул головой.

Веселье было в полном разгаре, тамада в очередной раз объявила о том, что перед танцем нужно выпить, а потом всем высыпать на танцпол. Сделано. Выпили, закусили. Я оперся рукой о край стола и попытался встать, как мой сосед слева, уже довольно пьяный друг Сергея из местных жителей, вставая одновременно со мной слегка толкнул меня и я начал медленно заваливаться на бок, в сторону деда Степана. Выставив правую руку, я перся ей в ногу деда, ближе к паху. Момент секундный, но он оказался довольно важным в том вечере. Дед Степан посмотрел мне в глаза с такой болью, что я не понял ничего. Я решил, что наверное сильно придавил деду его сухую жилистую ногу, но потом, через какую-то долю секунды понял, что это была не нога.

Я сел обратно на свое место и опустил глаза вниз, где дед Степан гладил выпиравшую сквозь ткань тонких летних брюк довольно длинную змееподобную форму, напоминавшую пару сарделек, выложенных одна за одной.

— Вот поэтому я и не встаю,- тихо прошептал дед Степан мне на ухо.

— Простите,- промычал я,- Это… я не понял…

— Да все ты понял,- терпение деда Степана сходило на нет. Это хрен мой.

— Ничего себе.

— Ага,- деда Степана вроде начало немного отпускать, скорее всего от того, что он наконец-то признался кому-то, что у него довольно немаленький член, а в ответ увидел удивление и почувствовал себя гордым.

— Ничего подобного в жизни не видел,- я немного освоился и почувствовал доверие со стороны деда, какое-то тепло.

— А ты и не видел. Щупал, но скорее — давил.

— Еще раз простите…

— Да ладно,- отмахнулся дед,- Давай лучше выпьем.

— Давай…-те,- поправился я.

— Давай на ты.

— Давайте.

— Наливай. Чего не бывает.

— Это уж точно,- сказал я стрельнув глазами вниз, указывая деду, что такого в принципе не бывает. Дед засмеялся.

— Потрогай, руку под скатерть засунь, все равно не видят. Кто знает о чем мы тут с тобой беседуем?- дед взял меня за руку и положил на свой выпирающий член.

— Впечатляет! — сказал я шаря рукой по все длине ствола зажатого между ногой и брючиной.

— А мне представь каково…

— Не больно? — перебил я деда.

— Нет, прошло. Немного придавил. С бабами и не такое было,- Степан засмеялся. Я тоже рассмеялся в ответ.

Дед не отпускал мою руку и прижимал к своему органу, который мягко разлегся и теперь хвастался своими внушительными размерами как удав греющийся на солнце.

— А сколько там? — спросил я,- Это ж длина какая?

— Шестнадцать в таком состоянии.

— Это в неспокойном тогда сколько?

— Достаточно,- ответил дед Степан ухмыльнувшись и отпустил мою руку,- Захочешь — покажу, все равно у меня ночуешь.

Дед Степан читал мои мысли. Мне действительно очень хотелось увидеть этого монстра, и я начал рисовать в голове картины как это может произойти.

— Наверное и посмотрел бы,- сказал я. Дед Степан кивнул.

Танец закончился и все расселись по своим местам.

Оставшийся вечер тянулся мучительно долго, хотя я и сам до конца не мог понять того, нужно мне это или нет, хочу я увидеть член деда своего друга или нет, но любопытство и какое-то накатывающее возбуждение отключили тормоза и заднюю скорость и мне хотелось поскорее очутиться наедине с дедом.

Компания за нашей спиной шумно прощалась до завтрашнего дня, а мы брели с дедом Степаном по пыльной грунтовой дороге, виляя по улицам и закоулкам. Темень стояла непроглядная, на небе не было даже месяца.

— Долго еще идти? — спросил я.

— Да, еще порядочно. Автобусы все равно в такое время у нас уже не ходят. Да и куда спешить — идем, дышим.

Дед Степан рассказывал мне о своей жизни, о том как развелся и остался один, о работе, о друзьях.

Хмель медленно отступал и разум становился прозрачным и управляемым.

— Сейчас придем, покупаемся, винца бахнем моего. У меня винограда в прошлом году была уйма.

Я посмотрел на часы, была половина первого.

Мы плелись по улицам, на которых не было ни одного столба с горящей лампочкой, а в домах давно не горел свет — все уже спали.

— Ух, отлить не хочешь? — спросил дед и сбежал вниз по пригорку под иву, которая росла на берегу небольшого ставочка,- А то почти пришли, но не донесу.

— И я тоже,- сказал я направляясь за дедом.

— Расстегни мне ширинку,- сказал дед Степан,- Здесь все равно никто не увидит. Достань и вытащи его.

Я повиновался командам деда, который был на голову ниже меня. Медленно я расстегивал ширинку, а он Степан в это время гладил меня по заднице.

— Давай, не стесняйся. Мы же только вдвоем здесь с тобой.

Я расстегнул ширинку, расстегнул пуговицу брюк, которые тут же съехали вниз. Дед остался стоять в семейных трусах, которые я стянул и теперь он был голым ниже пояса с висящим длинным членом. Я взял его в руку. Мягкий, горячий член оказался в моей ладони. Дед начал отливать.

— А ты чего сам не ссышь? — спросил дед и активно начал проводить похожую процедуру с моими брюками. Высвободив мой член, он взял его в руку и приподнял.

Я расслабился и струя вылетела из головки. Мы стояли и держали друг другу.

Степан закончил отливать, я потрусил его змееподобным членом, струшивая капельки мочи, он сделал то же самое с моим когда я закончил.

— У тебя небольшой,- сказал дед натягивая свои трусы.

— По сравнению с твоим небольшой. Не у всех же такие шланги.

Мы засмеялись на пару с дедом Степаном.

До дома оставалась несколько десятков шагов и Степан ткнул пальцем в облицованный кирпичом дом с двухметровым забором.

— Вот оно мое хозяйство,- сказал дед.

— Солидно,- ответил я,- Даже окон не видно, прям крепость.

— От местных бездельников защита. Работать не хотят, а только по дворам шныряют, вот я и построил такой забор.

— Понятно.

Степан открыл дверь длинным ключом и закрыл за мной дверь.

Небольшой двор выложенный плиткой, гараж, все оплетено виноградом. Казалось, что привыкнувшие к темноте глаза опять провалились в какую-то непроглядную бездну.

Степан открыл дверь и включил свет, который больно ударил по глазам, а под лампой, висящей над порогом мгновенно закрутился вихрь из мелких мотыльков и мошек.

В доме все было обставлено по последним модным веяниям: дорогой ремонт, а не беленые деревенские стены, кондиционер, огромная плазма, камин.

— А что, Сереге все останется. Да и мне приятно. Люблю когда все красиво и функционально.

Я с молодых лет по загранкам мотался, видел как люди живут. Что ж мы в своей деревне не можем так?

— Шикарно.

— Раздевайся, не стесняйся. Горячая вода, все есть. Покупаешься, выпьем еще, на улице сядем. Будь как дома.

Дед Степан начал снимать с себя рубашку, брюки, бросил их в широкой прихожей в пластиковый бак.

— Возьми в шкафу вешалку и повесь одежду. Раздевайся, не стесняйся,- сказал Степан.

— Дедушка, а вешалки в этом шкафу? — спросил я.

— Зови меня просто Степаном, без «вы» и «дедушек». Да, в этом. Мне же не девяносто лет, только седьмой десяток пошел и я еще в форме по всем статьям.

— Хорошо.

— Так-то. Давай помогу.

Я разделся до трусов и Степан аккуратно повесил мои вещи в шкаф, бережно выложив на столике мой телефон, сигареты.

— Я дома без трусов обычно хожу, ты не против? — спросил дед.

— Нет. Чего стесняться, все ж видели уже.

Дед снял трусы и остался голым.

— И ты снимай.

— Ох, Степан, ты меня соблазнить пытаешься? — я понял, что юлить в данной ситуации нет смысла и нужно говорить все прямо.

— А то непонятно, что пытаюсь?

Я снял трусы и отправился в ванную.

Степан шустрил на кухне, выставляя на поднос стаканы, вино, сыр.

— Уже? И я пойду сейчас. Подожди. Вместе выйдем на улицу, а то сам не разберешься.

— Хорошо. Одеваться будем?

— Забор два метра. Пусть тело подышит.

— Я понял.

— Хочешь — посмотри телек пока, будь как дома, а то напряженный весь.

Я голый уселся на диван, включил телевизор. Дико хотелось курить.

Степан вышел из ванной.

— Идем? — кивнул он головой.

— Пошли.

Мы в одних шлепанцах вышли во двор, сели на застеленную мягким пледом лавку. Степан налил по полному стакану красного вина.

— Пьем до дна, а то мы так не найдем конценсуса, не расслабимся. Ты зажатый и я.

— Давай.

Мы выпили по стакану прохладного вина и я закурил.

— И мне дай,- сказал Степан,- Сто лет не курил, а с молодым захотелось.

Степан жадно потянул в себя дым.

В голове закружилось, стало тепло и приятно во всем теле.

— Ну, как тебе на природе? Не холодно? — Степан пошлепал меня по коленке.

— Нет, хорошо, а после вина так вообще.

— И мне,- Степан поставил одну ногу на планку в заборе и теперь его промежность с седыми волосами на лобке и яйцах красовалась в свете фонаря над порогом.

— Ты бы свет выключил. В темноте как-то эротичнее,- сказал я.

— А, пойди, там справа выключатель. Клацни.

Я встал и пошел выключать свет.

— Хорошая задница у тебя, — сказал Степан,- Ничего что я так грубо?

— Да нет, нормально.

— Не садись, дай я тебя хоть пощупаю, рассмотрю.

— Смотри. Потянуло на молодое тело?

— А что? Молодое самое оно,- засмеялся Степан.

— Ты шалун.

— Еще какой.

Я стоял перед Степаном, а тот нежно гладил мою задницу.

— Садись, -сказал он и я сел.

— И как у тебя с партнерами? — спросил я, наливая еще по стакану вина.

— Вот это правильный подход, — обрадовался Степан,- Так мне нравится. Свой парень. С партнерами? Да, все, что движется,- засмеялся он,- То сосед бывает захаживает, то жена его, а так я переборчивый — на всех подряд не бросаюсь.

Я засмеялся. Глаза привыкли к темноте, на улице было тепло и хорошо. Только листья винограда тихо шелестели от горячего ветерка.

После второго стакана вина стало еще лучше.

В воздухе повисла тяжелая и долгая пауза.

— Что-то не клеится,- сказал Степан и положил руку на мой член, начал его медленно гладить, перебирать яички, затем стал передо мной на корточки и взял головку в рот, — А то ты боишься, я смотрю.

— Я? Нет.

— Ну ладно уже,- Степан ухмыльнулся и присосался к моей головке.

Я расставил ноги и предоставил дедуле простор для работы.

Степан сосал умело, видать не один член побывал у него во рту, но мне была сама идея начинать это все. Это выглядело бы как-то не очень, даже скорее унизительно для меня, а вот Степану так не казалось.

Он усердно чмокал ртом и шлифовал мой член, который он назвал небольшим, но который был среднестатистическими пятнадцатью сантиметрами.

— Стань рачком,- попросил дед.

«Все,-подумал я,- Вот и пришел черед моей жопы. Пососал, а теперь будет делать со мной что захочет». Но нет. Вместо того, чтобы приставить головку к моей заднице, Степан принялся ласкать меня языком. Он то нежно прижимался ко мне всем телом, то вылизывал мой вымытый анус, яички, ягодицы, одновременно надрачивая свой вялый член.

— Не встает? — спросил я.

— Что-то нет,- разочарованно подытожил Степан.

— Давай еще выпьем, -предложил я.

Степан принес еще бутылку вина, размахивая в стороны своим вялым концом.

— Всегда так? — спросил я, когда мы выпили.

— Возраст.

— Да ничего, не бойся, раскочегарим твоего перца.

Я стал перед Степаном на корточки и взял его член в рот, аппетитно зачмокав.

Степан довольный выдохнул.

— Я уж думал ты не будешь.

— Не суетись. Теперь нормально?

— Теперь да.

Мне отчасти стало немного жаль человека, который живет в одиночестве и хочет получить удовольствие, но у него может не всегда получиться это, а я молодой, разве не помогу ему? Помогу.

Дед довольно пыхтел покуривая, а я лизал его яички покрытые жесткими волосами, сосал член, который стал заметно прибавлять и в размерах и в упругости. В голове я перебирал мысли и понимал, что Степан выглядит намного моложе своих лет, что он не старик с обвисшей кожей, а довольно крепкий мужичок, сухой и жилистый, с выдающимся размером члена.

— Хорошо,- тихо шипел Степан,- Молодец. Вот это парень. Почаще приезжай.

— Если все будет хорошо, то приеду.

— Приедешь. Я тебе такое шоу устрою, какое захочешь. У меня и соседка и сосед — огонь. Кого выберешь — того и трахнешь.

— С тобой.

— Без вопросов, только соси, не останавливайся. Ух, как хорошо.

Внезапно налетел холодный ветер и яйца Степана съежились до размера маленьких орешков.

— Степ, холодно. Пошли в дом?

Мы собрали со стола стаканы, вино, сигареты и расположились в огромном и прохладном зале, включили телевизор.

— Можешь здесь курить, если хочешь,- сказал Степан усаживаясь в глубокое кресло, — Щас кондиционер включу на вентиляцию.

— Спасибо, сказал я и пристроился между ног деда Степана, который мелькал в темноте в такт картинкам из телевизора.

Член Степана стал оживать, теперь он торчал как игла с острой головкой и был реально длинным и тонким.

Степан отстранил меня от своего члена так чтобы я встал и схватил меня за ягодицы, толкнул на себя и всосал в рот мой торчащий член.

Он стал довольно энергично сосать и мять мои яйца, да так что я вскоре кончил в рот дедуле. Тот, в свою очередь проглатывал все, что вылетало из моего члена. Степан был доволен.

— Вкусно, еще бы такого деликатеса,- сказал он выронив мой член изо рта.

— Попозже получишь,- усмехнулся я и вернулся к члену Степана.

— Коль, дашь в попку? — спросил Степан.

— Конечно, а то я честно заебался сосать. Член хоть уже нормально у тебя стоит.

— И я о том же. В рот я тебе кончать не буду, а вот в попу тебя подолблю.

— Только аккуратно, чтоб до желудка не проткнул.

Степан засмеялся.

— Как тебя?- спросил он.

— Сиди, я хочу сверху.

Я стал ногами на боковины кресла и присел на член Степана, который быстро смочил слюной пальцы и смазал мой анус.

Я медленно присел на член Степана и он стал погружаться в меня. Мне не было больно, просто небольшой дискомфорт. Член уверенно проваливался в меня. Вот он во что-то уперся, но потом Степан поерзал задницей, член выскользнул из этого тупика и продолжил движение вверх. Вот он снова во что-то уперся и остановился, я теперь сидел на лобке Степана. У меня не было возможности дышать, на несколько секунд закончился воздух в легких. Казалось их скрутило в каком-то спазме. Я сделал усилие и вдохнул, расслабил задний проход.

— Вот ты и во мне,- сказал я Степану,- Я немного посижу. Член, смотрю в норме, крепкий, так что…

Степан медленно начал двигать тазом и член заерзал в моей заднице.

— Помолчи,- сказал он.

Я заткнулся.

Степан медленно сношал меня в очко, со звериным удовольствием глядя на меня, на мою дырку, в которой исчезала вся длина его члена, на мой вялый член.

— Давай, поменяем позу, а то ты наверно устал,- сказал Степан.

— Ну, ты же сказал молчать…

Не слезая с члена, я медленно перевернулся и теперь оказался спиной к Степану, который медленно начал вставать. Я стал на ноги и с членом в заднице пошел к огромному полированному столу в углу комнаты, а когда подошел, то медленно улегся на него грудью. Я нашел точку опоры.

Степан работал как заводной, он звонко шлепал своими яйцами по моим, шлепал меня своей сухой ладонью по заднице и материл на чем свет стоит.

— Выставил мне жопу свою блядскую, давай еби его… ах, хорошо,- рычал Степан,- Охуенная жопа. И не ноет как остальные.

— Что ты там пиздишь?

— Ты как со старшими разговариваешь? Сосунок?

— Тебе сосал — теперь конечно сосунок.

— Вот и ебало свое закрой, пидарас.

Степан разошелся не на шутку, и я понимал что это надолго, что он кончит ой как не скоро.

Но дед работал. Пот с него капал мне на спину. Я еле дотянулся до пачки сигарет, которая лежала на столе и закурил, струшивая пепел прямо на стол.

Я весь горел и с меня пот тек градом, стол подо мной был весь мокрый и липкий. Повернутый лицом в угол я смотрел как яркие вспышки телевизионных картинок плясали на светлых обоях.

Я выкурил уже пару сигарет, а Степан все не останавливался. Теперь было понятно, что сказывалась спортивная подготовка дедули, нормальный, обычный человек не смог бы вынести таких нагрузок.

Мое очко просто разрывалось и горело от трения, мне иногда казалось, что Степан с такой силой долбит мой зад, что в меня смогут влететь и его яйца. Но этой пытке суждено было закончиться. Степан стал кончать с диким ревом и хрипом, всаживая в меня свою палку до самой глотки.

— Сука, кончил,- простонал Степан.

— Наконец-то.

— Та да.

Степан еще подергался в конвульсиях и тяжело выдохнув выдернул из меня свой член. Так было легче.

Я так и остался стоять раком, упершись на стол.

— Хорошая жопа,- сказал Степан,- Хочешь мою?

— Неа.

— Как хочешь.

Я почувствовал, что из меня сейчас что-то польется, и прикрыв анус ладонью пошел в ванную.

Казалось Степан не кончал целую вечность — из меня текло его семя.

Приняв душ, мы улеглись спать на огромном диване, и я мгновенно вырубился.

Утром меня разбудил довольный Степан и сказал, что пора просыпаться. Жопа, на удивление, не болела.

— Так я тебя ночью мазал. Ты что не слышал? — спросил Степан.

— Нет.

— Ты крепко спал. Устал. Помазал чтоб все спало и не болело. Народная медицина.

— А, теперь понял.

После застолья второго дня Степан проводил меня на автобус и мы попрощались, обменялись телефонами. Теперь когда будет желание и свободное время, можно будет снова его навестить и помочь получить удовольствие, а пока его развлечет сосед и ненасытная соседка.